Мародеры Гора - Джон Норман

— Там же стоит стража, — тихонько проговорила Хильда. — Вы просто глупцы! Вам никогда не пробраться мимо них!

— А я и не собираюсь пробираться вместе с тобой мимо воинов, — спокойно ответил Ивар Раздвоенная Борода.

Она недоуменно посмотрела на него. Ивар подошел к высокому окну ее комнаты, выходящему на залив. Далеко внизу плескались темные волны.

Раздвоенная Борода выглянул наружу. Потом направился к столу, взял глиняную лампу, зажег ее и несколько раз поднял и опустил перед окном. Я подошел к нему, продолжая крепко держать Хильду. Мы вместе посмотрели вниз, в черную пустоту залива. И увидели, как на короткое время вспыхнула, а потом погасла корабельная лампа. Внизу, в лодке, нас ждал Горм с четырьмя гребцами.

— У вас даже нет веревок, чтобы спустить меня в свою лодку, — презрительно бросила она. — Быстро снимите с меня эту гадость!

Ивар Раздвоенная Борода подошел к двери и бесшумно задвинул два мощных железных засова.

Хильда взглянула на пол; там лежали кольца, браслеты и золотые цепи, которые совсем недавно висели у нее на шее. Теперь ее горло было полностью обнажено, поскольку Ивар оторвал ворот у зеленого платья.

— Вы не хотите взять мои кольца, браслеты и золотые цепочки? — удивленно спросила она.

— Нам нужна только ты, — усмехнувшись, ответил Ивар.

Я тоже не сдержал улыбки. Это было серьезное оскорбление Торгарду из Скагнара. Кольца, браслеты и цепочки останутся. Тем самым мы покажем, что нас интересует не золото, а только девушка, которую мы так дерзко похитили.

Ивар Раздвоенная Борода наклонился и заставил Хильду снять золотые туфли и алые шелковые чулки в стиле Ара.

Она стояла в платье из зеленого бархата с разорванным воротом и открытой шеей, без туфель и чулок, в наручниках, лишившаяся колец, браслетов и золотых цепочек; распущенные волосы струились по плечам.

— Ноги вы тоже собираетесь мне связать? — спросила она.

— Нет, — ответил Ивар.

— У вас нет веревки, чтобы спустить меня, — повторила она, цепляясь за последнюю надежду.

— Нет, — не стал спорить Раздвоенная Борода.

Она недоуменно взглянула на него.

— За меня дадут хороший выкуп, — заявила Хильда. Она посмотрела на свои рассыпанные на полу драгоценности. — И он будет гораздо выше, если на мне останутся все мои украшения.

— Теперь ты станешь носить совсем простые украшения, — холодно сказал Раздвоенная Борода, — накидка из белой шерсти, клеймо и ошейник.

— Ты сошел с ума! — прошипела она. — Я дочь Торгарда из Скагнара!

— Девка, — презрительно бросил Раздвоенная Борода, — я взял тебя вовсе не ради выкупа.

— Зачем же тогда вы меня похищаете? — взмолилась она.

— Неужели ты так холодна, Хильда Надменная, что не можешь догадаться сама? — усмехнулся Ивар.

— О нет! — прошептала она. — Нет! Нет!

— Тебя научат подчиняться и служить своему господину.

— Нет!

Он взял оранжевое покрывало и накинул ей на голову.

— Я прошу только об одном, — молила Хильда, — если вам удастся осуществить свой безумный замысел.

— О чем же? — равнодушно поинтересовался Ивар.

— Никогда, никогда, — просила она, — не отдавайте меня в руки Ивара Раздвоенная Борода!

— Меня зовут Ивар Раздвоенная Борода, — заявил он.

В ее глазах появился ужас.

Ивар опустил покрывало на лицо и крепко завязал его на шее шарфом.

Он не стал оглушать Хильду или затыкать ей рот: Ивар хотел, чтобы она могла звать на помощь. Конечно, ее крики будут приглушенными, так что их не услышат в крепости, — а вот Горму они помогут разыскать девушку в темноте.

Раздвоенная Борода слегка приподнял Хильду, ее платье задралось вверх, обнажив колени. Мы услышали ее сдавленный голос.

— Нет! Не надо! — рыдала она. — Я не умею плавать!

Не говоря ни слова, Раздвоенная Борода вышвырнул ее в окно, и Хильда полетела вниз, отчаянно извиваясь и крича. До черных волн было не меньше ста ярдов. Плеск волн, ударяющихся о скалы, заглушил шум падения.

Мы дали Горму время найти девушку, вытащить ее и связать лодыжки. Потом Раздвоенная Борода встал на подоконнике и нырнул вниз. После короткой паузы я последовал за ним.

Прошло совсем немного времени, и вот я уже сижу на корме лодки рядом с Раздвоенной Бородой, стуча зубами от холода. Он успел раздеться и растирал тело большим куском меха. Горм протянул мне другую шкуру, и я с благодарностью схватил ее. Вскоре мы оба переоделись в сухую одежду. Раздвоенная Борода склонился над мокрой, дрожащей пленницей. Он снял с нее на ручники, после чего завел руки Хильды за спину и снова застегнул кандалы. Ноги девушки уже связал Горм. После этого Раздвоенная Борода бросил Хильду Надменную на дно лодки лицом вниз и взялся за руль. Тело девушки вытянулось во всю длину лодки, а ее голова оказалась между сапогами Раздвоенной Бороды.

— Тихо! — приказал Ивар.

Гребцы подняли весла. Все огни на лодке оставались потушены.

Нас ждал сюрприз. К одному из причалов бесшумно, как морской змей, с двумя зажженными лампами на носу подошел «Черный слин». А мы-то предполагали, что Торгард отправился на промысел и вернется нескоро! Мы увидели, как по причалу, о чем-то переговариваясь, забегали люди с фонарями. Я поднял глаза вверх. Мне было хорошо видно окно Хильды Надменной, дочери Торгарда из Скагнара. В комнате все еще горел свет. Видимо, она поздно не спит. Перед дверью ее комнаты уснули пять рабынь, прикованные к своим постелям за лодыжки, а еще дальше стояли на посту четверо воинов, которым ужасно наскучила их однообразная работа. Хильда тихонько заскулила. Раздвоенная Борода пнул ее сапогом.

— Помалкивай, — сурово приказал он.

Она лежала на животе, ее пальцы мучительно и тщетно пытались избавиться от наручников. Промокшая, отчаявшаяся Хильда замолчала.

— Подойдем поближе, — негромко приказал Раздвоенная Борода.

Наши весла почти беззвучно опускались в воду, лодка медленно приближалась к «Черному слину».

Мы увидели, как кто-то бросил причальные канаты.

Гребцы втащили весла внутрь. Люди казались усталыми. Воины один за другим начали вешать свои щиты на борт.

На палубу перебросили сходни, и появился Торгард из Скагнара в развевающемся на ветру плаще, с рогатым шлемом на голове. Он первым сошел на пристань. Его встречали управляющий фермой и множество других людей.

Он обменялся с ними несколькими фразами, а потом зашагал по причалу к берегу.

Встречавшие остались возле корабля, да и воины не стали спускаться на причал.