Нить - Анна Калина

Оставалось только с замиранием сердца слушать дыхание за спиной и ни о чем не думать, любуясь звездами. Я не ждала счастья, не надеялась на что-то даже отдаленно похожее на любовь. Я давно уже не верила в нежность, заботу, поддержку. Для меня они были мифом. А мужчины самым страшным ночным кошмаром. И вот, наугад ткнув в точку на карте, я фактически упала в руки своему счастью… Или нет?

Почему-то мысль, что все это может закончится, меня напугала. Все так быстро происходило, что я даже не успевала понять, чего хочу сама. Страх загнал меня в Лингро, теперь он же толкал к Лиаму. А что нужно шерифу? Чего он ждет от наших отношений.

— Ты дрожишь, — спросили у меня, — пойдем в дом. Спать.

Эта фраза. Спустя столько лет меня продолжало мутить от нее. И от мысли, что мужчина, стоящий рядом, намекает на что-то, стало дурно. Все же в памяти у меня хранилось слишком много воспоминаний о нашей с Гаем интимной жизни. Прошло так много времени, а я продолжаю вздрагивать от одной простой фразы.

— Давай еще постоим? — с надеждой шепнула я.

За мой спиной тихо вздохнул шериф. Потом разжал объятия, отчего стало неожиданно холодно и одиноко.

— А хочешь прогуляться? — шепнул он, беря меня за руку, — увидишь пустоши ночью.

— А волки?

— Ни один волк в здравом уме не подойдет к магу. А подойдет — пожалеет.

В лунном свете Лиам походил на древнее божество из сказки. Широкие плечи и высокий рост, рыжие волосы растрепал легкий ветерок, а в глазах едва заметно искрились искры смеха. Он осторожно потянул меня за собой, заставляя сделать несмелый шаг. Еще один. Так мы и вышли на тропинку, ведущую прочь из городка в засыпанные снегом пустоши. Лиам все время осматривался, будто что-то искал.

— А теперь иди очень тихо, — шепнул Лиам, — и не кричи.

— Почему я должна кричать?

— Мне кажется, ты именно так выражаешь восторг, — с улыбкой произнес шериф, — Они уже должны прийти.

— Кто?

Лиам промолчал, только с загадочным видом развернул меня туда, где в лучах ночного светила двигались двое животных. Пегасы танцевали. Именно на это больше всего походили движения крылатых лошадей. Они перебирали стройными ногами, взмахивали крыльями и кружились на снегу. Искрились белоснежные гривы, взлетали в воздух одинокие перышки.

— Не ори, — чуть смеясь, напомнил Лиам, — у них острый слух. Напугаешь.

— А что они тут делают?

— Гуляют, — пояснил шериф, — эта пара любит ходить именно здесь. Уже третий год приходят. Хочешь погладить?

— Как?

— Рукой.

Я злобно глянула на смеющегося мужчину. А шериф запустил руку в карман, извлекая из него красное яблоко. Его протянули мне. Потом Лиам очень тихо засвистел, выводя тихий, похожий на песню ветра звук. Животные замерли и навострили уши. Самец фыркнул и тряхнул гривой.

Лиам протянул руку вперед, раскрытой ладонью вверх. И опять засвистел. Конь тихонечко заржал и более смело двинулся к мужчине. Кобылка шла спокойнее, недоверчиво поглядывая на меня. Когда кони были совсем близко, то шериф схватил меня за руку, заставляя протянуть яблоко пегасу. У меня было чувство, что я сплю.

— А теперь осторожно погладь по голове, — шепнул Лиам, пока пегас грыз яблоко.

И мужчина сам легонько похлопал животное по шее, извлекая из кармана еще одно яблоко. Его он протянул кобылке, которая без страха подошла к мужчине.

А я в совершеннейшем восторге гладила белую искрящуюся шерсть пегаса. Потом осторожно провела пальцами по гриве. Потом осторожно коснулась пальцами бархатистой морды. Лиам по-свойски гладил кобылку, почесывал ей шею.

— Как?

— Я их три года прикармливал, — гордо сообщили мне, — пегасы пугливые животные, но если не чувствуют угрозу — подпускают людей. Хочешь покататься?

— Что?

— Буран тебя покатает, если ты не будешь визжать.

— Я не умею!

— Я умею. Едем?

Я точно спала. Видела чудеснейший сон и боялась даже шелохнуться, чтобы не развеять эту сказку. А Лиам улыбался, мягко и задумчиво, пристально глядя мне в глаза. А потом отвел взгляд, словно этот огромный и сильный мужчина смутился.

— Это будет наше первое свидание, — глядя себе под ноги, произнес мужчина.

В моей жизни не было свиданий. Не было романтики и сказочных вечеров, когда стирается ощущение реальности.

Я без лишних слов протянула мужчине руку, позволяя усадить себя на спину пегасу. Лиам вскочил следом, легко и без проблем, словно на коня были надеты и седло, и уздечка. Щелчок пальцев, и из воздуха принялась ткаться тонкая цепочка, обвившаяся вокруг шеи пегаса.

— Без магии приходилось держаться за гриву, — шепнул Лиам, — теперь будет проще. Держись.

И шериф Нордвуд осторожно тронул пятками бока пегаса. Конь тряхнул головой и расправил крылья. Оставалось только с замиранием сердца смотреть, как на снегу вырастают две крылатые тени и весь мир вокруг меняется до неузнаваемости. Далеко внизу простирались бесконечные холмы снега. Черные очертания Лингро остались далеко позади.

Только шуршание крыльев и свист ветра, в убаюкивающей тишине зимней ночи. Звезды нависали над самой головой, искрились и сверкали драгоценными камнями. И огромный диск луны, прожектором блестевший на черном небе. Мне хотелось плакать. Пара слезинок даже успела скатиться по щеке, их подхватил ветер, унося прочь.

— Просто думай о том, что будет, — прошептал Лиам, — а прошлое было не с тобой. Ты же другая?

— Да.

— Вот и не вспоминай то, что было… Я помогу забыть. Позволишь?

И он обнял меня за талию, прижимаясь поцелуем к шее. Сердце невыносимо сжимало от эмоций. Ком застрял в горле не давая ни ответить, ни вздохнуть. Оставалось только поднять руку, чтобы обнять Лиама за шею. Закрыть глаза и выдохнуть в морозный воздух все свои страхи, боль, беспокойства. У моего счастья был морозный вкус, оно пахло зимой и немножко костром. В эту ночь я поняла, что хочу жить без оглядки на прошлое. Хочу смотреть вперед и видеть там будущее, где на меня будут смотреть пронзительными зелеными глазами.

— Я не буду вспоминать, — шепнула я, целуя Лиама в губы, — той, другой Бэа, больше нет.

И это было правдой. Только сейчас, под этим ночным небом я ощутила, что могу вдохнуть полной грудью и больше не оглядываться.

* * *

Саманта и Гари встретили Лиама удивленными взглядами. Когда шериф сказал, что пришел допросить Лиззи, то порывом родителей девочки, было отругать малышку за какую-то шалость. Но, услышав тему допроса, супруги окончательно растерялись. А вот девочка спокойно восприняла появление гостей на пороге и охотно согласилась рассказать о своей прошлой жизни. Она выглядела счастливой и увлеченной, ведь впервые ее рассказы слушали внимательно, а не отмахивались, как от врушки.