Осколки серебра и льда - Лаура Кардеа

Тем не менее, мои уши вспыхивают. Я прижимаю руки к бедрам и делаю глубокий вдох:

– Мы оба знаем, что у каждого есть свой план. Ни о какой свадьбе по любви и речи не идет. Но если я приму ваше предложение, то хочу сначала познакомиться поближе с вами и с зимним королевством. Чтобы лучше понять.

– Я бы подверг себя и свой народ большой опасности, выдав вам хотя бы одну нашу тайну.

– Послушайте, у меня нет союзников. Ни особых сил, ни власти, ни друзей. Я ничего не скрываю. Если бы я узнала о вас чуть больше, это сделало бы нас немного более равными. Это ведь, кажется, важно на свадьбах фейри?

Принц с разочарованным стоном запрокидывает голову назад.

– Почему с вами так трудно?

На этот раз я молчу, пока он не ответит.

– Хорошо. Договорились.

Он уже наполовину закрыл дверь, но я останавливаю его:

– Возьмите меня с собой в ваше путешествие.

Принц стряхивает мою руку.

– И кто же из моих никчемных подданных проболтался об этом?

– Разве эта поездка держалась в строгом секрете? Мне немного известно о таких путешествиях, потому что мой отец ежегодно совершает их по Ауруму, чтобы узнать, как обстоят дела в королевстве. Обычно он уезжал на несколько недель. Я не собираюсь так долго торчать в этом замке, пока вы с половиной двора в пути. К тому же если мне предстоит стать правительницей Ригоса, я хочу с ним познакомиться.

– Наши тайны в обмен на ваши. – Я озадаченно смотрю на него, пока он не объясняет: – Я покажу вам свое королевство и расскажу наши тайны. Но прежде мы заключим магический пакт: за каждый из наших секретов вы раскрываете один из своих.

Он протягивает мне руку, и я скептически смотрю на нее.

– Что я могу вам рассказать?

– Вопросы будут касаться только вас. Не Аурума, не жертв и не Проклятых.

Интересно, каким образом заключается этот пакт? А вдруг это ловушка? Но разве у меня есть выбор?

Так что я пожимаю ему руку. Она излучает то же тепло, что и на втором нашем уроке, а затем раздается треск магии. Во мне будто что-то защелкивается, как две части металлических головоломок отца. Магия настолько опьяняет, что я едва замечаю, как он прощается и закрывает дверь.

Его сила еще долго пульсирует внутри меня, даже когда я лежу без сна в своей постели и смотрю в окно на ночь. Я должна бы бояться и сомневаться из-за пакта. Но во мне бурлит только жажда. Если принц и старая фейри говорили тогда правду, часть этой власти может принадлежать и мне.

Двадцать первое февраля

Мне нужно выйти на свежий воздух и пораньше пробраться на тренировочную площадку. Правда, наши тренировки с принцем опять отменились, только на этот раз он не объявлял об этом заранее. Принц сейчас занят приготовлениями к путешествию. Хотя, может, его просто беспокоят мои быстрые успехи? Но я могу практиковаться и без него, и небольшая прогулка на воздухе пойдет мне на пользу. Мерзлая земля хрустит под моими ногами. И вдруг я замечаю прислоненное к забору копье. Воровато оглядываясь, я подкрадываюсь к нему. На таких копьях сражались участники турнира. Нерешительно беру его и рассматриваю рукоятку, на которой выгравирован тот самый герб в виде головы дракона с шипами вокруг. На ощупь рукоятка и в самом деле не такая мягкая, как серебро в Ауруме, а твердая, как алмаз. А вот наконечник – железный. Ухмыляюсь. Кажется абсурдным само копье выковать из высококлассного серебра, а наконечник сделать из дешевого железа. Зато теперь я, кажется, догадываюсь, в чем дело. Копье идеально сбалансировано, и я поворачиваюсь, чтобы попробовать изобразить удар, который видела у принца. Чувствую себя очень глупо в своем платье.

И тут вижу Роуэна, присевшего на заборе. Я теряю равновесие, и конец копья запутывается в моей длинной юбке, из-за чего я с визгом падаю на мягкое место.

– Сначала магия, а теперь еще и копья, – ворчит Роуэн. – Может, стоило начать с чего-то попроще? Чтобы не испортить свое красивое лицо.

Фыркаю от такой явной лести и опираюсь на копье, чтобы подняться.

– Я слышала, вы очень хорошо разбираетесь в копьях, – говорю я, чтобы отвлечь его от моего промаха.

Он спрыгивает с забора и хватается за сердце.

– Комплимент? От самой принцессы? Я так же поражен, как и рад! – Он медленно приближается ко мне. – Что вы задумали, Верис?

Отступаю на шаг. Пульс учащается.

– О чем вы?

Чем ближе он подходит, тем более угрожающе выглядит.

– Вы пришли сюда такая маленькая, невинная, изнеженная девушка. «Я ничего не знаю. Я просто хочу жить», – у него удивительно хорошо получается подражать моему голосу. – Но внезапно вы уже не пленница, а невеста принца.

Я поднимаю палец.

– О нет, я не…

– Вы набираете власть и сторонников. Принц не жалеет усилий, чтобы сделать это правильно. Но я знаю, что вы что-то планируете.

Я отказываюсь отступать.

– Да вы боитесь меня. Хотя в вашей игре я всего лишь пешка.

– Иногда даже пешки становятся королевами.

Смело выдерживаю его взгляд.

– Только вот я уже принцесса. Так что сравнение так себе.

– Пусть будет так, как вы задумали.

– Вы действительно боитесь меня. Меня! – ошеломленно вздыхаю я и разражаюсь хохотом.

Его рука тянется к моей голове, и я слишком медлю, чтобы увернуться. Он осторожно гладит мои волосы:

– Я боюсь не вас. А за вас.

Двадцать четвертое февраля

Сиф ждет меня в спальне с огромным деревянным дорожным чемоданом. Мой платяной шкаф наполовину пуст.

– Ты что, все платья упаковала в один чемодан? – спрашиваю я пораженно.

Смеясь, Сиф качает головой.

– Остальные чемоданы и сундуки уже забрали. Здесь только одежда для особых случаев. И там лежит ваш дорожный наряд, – она кивает на темно-бордовое платье, одиноко лежащее на кровати. Пожалуй, из всех платьев, что я получала, это самое простое. Цвет неброский. Сиф помогает мне одеться, а затем завязывает вокруг талии пояс с кармашками, до которых я могу достать через боковые прорези согревающих нижних юбок. Вопросительно смотрю на свою камеристку.

Сиф подмигивает.

– Иначе вы просто не дотянетесь до бедра через все эти юбки.

Больше ей не нужно говорить, чтобы заставить меня усмехнуться.

– Ты подумала о том, как мне взять с собой кинжал?

– Если на нас нападут, я хочу, чтобы вы могли защищаться, пока меня не будет рядом.

Слов нет, чтобы описать мою благодарность к ней, и я крепко обнимаю Сиф, которая в этот момент как раз пытается завязать кремовый шелковый бант на воротнике.