Лёгкое пёрышко. Как шёпот времени - Мара Вульф

– Конечно, но очень размыто. Я понятия не имею, что это значит.

– Я видела башню в будущем Элизы. Это не предвещает ничего хорошего. Я бы запретила тебе вмешиваться в дела эльфов, если бы знала, что ты ко мне прислушаешься.

Моя бабушка редко была такой серьезной, и волосы на моих руках встали дыбом.

– А что значит башня? – спросил Фрейзер.

– Башня предвещает приближение беды, – заявил Кассиан, и у меня от изумления открылся рот. До этих пор я не знала, что эльфы разбирались в таро. – Это значит, что твой мир построен на иллюзиях и лжи. Она блокирует твою энергию и силы. Чаще всего в этом виноваты негативные чувства или какие-то зловещие силы, – он сказал это совершенно бесстрастно, но я чувствовала себя так, будто на меня напали.

Я и так понимала, что чувствую к нему одни негативные эмоции, не надо было еще больше лезть в мои дела.

– Ладно. – После этих объяснений Фрейзер, казалось, лучше соображать не стал.

– Мы можем начать? – спросил Кассиан.

Я кивнула, но повернулась к Фрейзеру.

– Это просто карты!

– Звучит немного жутко, когда он так это объясняет, – прошептал Фрейзер, кивком указывая на Кассиана.

В этом он прав. Голос Кассиана звучал пугающе пророчески. Типичное поведение. И зачем так надменно разговаривать с Фрейзером и выставлять себя всезнайкой?

– Мы с Кассианом выяснили, что ты можешь влиять на выбор места, в котором окажешься.

– Мне так не показалось. Меня просто тоннель куда-то вышвырнул.

Рэйвен кивнула.

– Потому что это было твое первое путешествие.

Скай перебила ее.

– Почему Рубин мог видеть Элизу? И почему ей стало так холодно? Мне кажется, вы что-то скрываете.

Взгляд Рэйвен метался между мной и ей.

– Мы не знаем, видел ли тебя Рубин в действительности. Не думаешь, что тогда он узнал бы тебя, когда вы увиделись впервые?

Этому аргументу я ничего противопоставить не могла, и Скай тоже задумчиво прикусила губу.

– Существуют эльфы, которые более чувствительны, чем другие. Они лучше видят магию, когда с ней сталкиваются. Мы не знали, что Рубин к ним относится. До этих пор он не отличался способностями, скорее наоборот. Он даже мысли читать не умеет, – сказала Рэйвен.

– Неужели? Я думала, это закон природы.

– Скорее природный дар. Мы рождаемся с этой способностью почти всегда. Но иногда происходит иначе. Рубин очень страдает от этого, поэтому никто из нас особо об этом не распространяется.

– А что произошло на самом деле? Что видела Элиза? – продолжила свой допрос Скай.

– Коллам – шелликот. Он был одержим. Муриль, злобное зло, овладела его телом. Единственный способ уничтожить Муриль – убийство Коллама. Эмма сделала, что было необходимо, хоть и любила его, – терпеливо объяснил Кассиан.

– Но Рэйвен же сказала, что он не умер, – вмешалась я.

– Это так, но мы не знаем в точности, почему так случилось. Эмма тоже не знала об этом. Возможно, его защитила ее любовь.

– Как по мне, это больше похоже на какой-то клишированный фильм, чем на реальную жизнь, – прошептал Фрейзер.

– Очевидно, ты не понимаешь, какой силой обладает любовь, – ответил Кассиан.

Мне пришлось промолчать, чтобы подавить истерический хохот.

– У тебя есть еще вопросы? – Кассиан правда выглядел беспокойным или мне это показалось?

– Тебе следовало рассказать Элизе об этом куда раньше, все-таки Эмма стала причиной исчезновения Элизьен, – сказала Джейд, сразу же получив в ответ злобный взгляд брата.

– Ты обещала не вмешиваться, – обратился к ней он.

– Это не значит, что я должна тихо сидеть в углу.

– Вообще-то значит.

Бабуля успокаивающе положила руку на плечо Джейд и протянула ей печенье.

– Когда летишь по тоннелю, ты должна внимательно рассматривать изображения, которые он тебе показывает. Не выходи, пока не убедишься в том, что этот эпизод для нас важен, – потребовал Кассиан.

– Это же не лифт какой-то!

– Просто попробуй. Твое первое путешествие подтверждает то, что мы, в сущности, и так уже знаем. Эмма и Коллам имеют к этому какое-то отношение. Элизьен была на пути в Аваллах, где собиралась принять участие в заседании совета. Ей не грозила никакая опасность, однако она так и не добралась до Аваллаха. Мы искали ее несколько недель, но не обнаружили ни следа, – подвела итог Рэйвен.

– Ты готова? – нетерпеливо перебил ее Кассиан. Он опустился на колени передо мной и вложил часы в мою руку. Я повернула колесико, пытаясь сосредоточиться на загадке. Это давалось мне сложнее, чем в прошлый раз, пока все смотрели на меня.

– Ты сможешь. – Когда он улыбнулся, на его щеках появились маленькие ямочки, которые вскоре расплылись у меня перед глазами, когда меня засосало в тоннель из света.

Я плюхнулась на жесткую деревянную скамейку рядом с Софи. Как-то быстро. Она не обращала на меня внимания. Мы находились в какой-то слабо освещенной комнате. Вдоль стен рядами выстроились лавочки, места на которых были заняты. Словно в кинотеатре. В железных креплениях на стенах торчали факелы, освещавшие комнату без окон. Не думаю, что Кассиан раньше показывал мне это место. Все, кто присутствовал здесь, были эльфами, за исключением доктора Эриксона и Софи. Они молча сидели на краю скамьи, беспокойно разглядывая Рэйвен, сидевшую на стуле в центре зала. Я помахала ей рукой, а потом вспомнила, что она меня не видела.

Комната была почти круглой, в центре которой находился какой-то подиум. Кожа Рэйвен была неестественно бледной, я видела это даже с последнего ряда, а эльфы от природы и так смуглыми не были.

Три других стула на помосте тоже были заняты, но из всех присутствующих я знала только Ларимар. Двух мужчин, которые ее окружали, я никогда не видела. В любом случае дружелюбными они не казались. У обоих длинные седые волосы, а по их безбородым лицам нельзя было определить возраст. Они не предпринимали никаких попыток прервать царящую в зале суматоху.

Ларимар подала знак эльфу, стоявшему перед рядами лавочек, и тот трижды постучал по полу тростью. Крики почти сразу стихли.

– Я понимаю ваше возмущение, – объявила она в тишине. – Но я спрашиваю вас: сможем ли мы на самом деле выбрать королевой эльфийку, виновную в исчезновении Элизьен?

Снова поднялась суматоха.

– Лгунья! – кричали одни.

– Изгнать ее! – требовали другие.

– Ее надо наказать! – воскликнула женщина передо мной.

– Рэйвен – законная преемница Элизьен, – прошептала Софи, но никто, кроме меня, не услышал ее слов.

Крики медленно стихали, и я изучала напряженные или недоверчивые лица присутствующих. Только сейчас я обратила внимание на нумерацию рядов. Какие-то семьи сидели отдельно друг от друга, а на спинках их лавочек красовались большие искусно вырезанные цифры. На каменной стене позади меня была прибита семерка. Рядом с цифрой значительно меньшего размера, которую все же можно легко распознать, была нарисована ауреола семьи.