Бойся моей тени - Данила Пушкин

— У меня тоже все погнулось! — Вячик продемонстрировал топор. И в самом деле, топорище стало изогнутым. Но терпимо изогнутым.

— На вид даже эргономично. Иди вперед! Серьезно, пока на твой рык сюда не прибежал кто-то большой и любопытный.

Мы полезли в нору. Оставалось надеяться, что мой меч скоро вернет свою форму. Остаться без оружия, в этом странном месте, мне совсем не хотелось.

Нора оказалась узкой и неудобной. Зато приятной — из-за толстой паутины, шелковой на ощупь. Все мелкие и мерзкие клочки собирал себе на гриву ползущий впереди Вячеслав, поэтому мне оставалось только наслаждаться путешествием. Видно было, что нора древняя и, изначально, совершенно точно, выкопана не пауканами. Я видел характерные следы кирки. Мы ползли не долго — каменная терраса оказалась не монолитной. Метров через пять мы вывалились в пустое пространство. Похоже на закуток, куда сбрасывали строительный мусор, а потом сверху застроили.

— Коконы! — обрадовался Вячик, найдя искомое. И кинулся к ним. Я не стал торопиться, остался у входа, осмотрелся. Тут тоже были буквально заросли фосфоресцирующих мхов и грибов. Это плохо для ночного зрения. Мне казалось что тут темно, как при свечах в большой в комнате. Но я заметил забившихся по щелям маленьких паучков. Не больше ладошки. Зато целые десятки. Вячеслав их не замечал, увлеченно потроша мешок из паутины, с торчащими из него обломками костей. Похоже, Вячеслав видел даже немного хуже меня. А вот Кузя ловил паучат, ловко насаживая их на коготь и хрумкал их. Одного за другим. Вот почему он не соизволил выйти и помочь мне наверху. Впрочем, насчет хрумкал — я поторопился. Он просто протыкал паука когтем, осторожно поднимал к своей жуткой харе и жадно втягивал эссенцию жизни, вытекающую из умирающего существа. Со стороны он казался этаким гурманом. От созерцания этой жутковатой картины меня отвлек Вячеслав:

— Не кажется ли вам, Ватсон, что все украдено до нас? — драматично взрыкнул он и упер руки в бока.

Я подошел поближе. Всего в норе было три относительно свежих кокона. Трупы были черные и очень сморщенные. Я, конечно, предположил, что это были цверги… Но, если честно, они были больше похожи на чернослив, чем на цвергов. Еще десяток коконов совсем старых и растрепанных. Пол покрывали буквально залежи костей, делая его относительно ровным. Кстати, трупы издавали не такой уж ужасный запах, как я боялся. Пахло резко, немного как будто химией и, совсем чуть-чуть, батиным супом.

— Смотри, у него явно было что-то при себе. Видишь, срезали одежду. Вон следы от надрезов, — продолжал проявлять чудеса дедукции Вячеслав. — Вон у того осталась броня. На твою похожа, только порченная. А вот это, ставлю пять тысяч рублей, ремень от шлема. А где шлем?

Я осмотрелся внимательнее. Со второго раза приметил низкую нишу, с глухой каменной стеной. Подошел поближе. И убедился в своих подозрениях — это была цвергская дверь. Немного закамуфлированная, но я её узнал.

Я подозвал Вячика и Кузю. Вячик подобрался и приблизился взяв на изготовку топор. Кузю пришлось долго уговаривать — он явно был слишком занят едой. Пришлось приманить его обещанием целого ведра вкусных паучат. Потом я сунул свой штопоромеч под мышку, схватился одной рукой за Вячика, второй за Кузю, и потребовал его повторить фокус с прохождением сквозь стены. Тот выполнил моё требование немедленно, протащив нас через щель между каменной дверью и косяком. И тут же скрылся обратно, видимо, надеясь таким образом от нас избавиться.

— Ох ты ж, — охнул и тыжнулся Вячик. — Предупреждать же надо!

— Сорян, — покаялся я. — Слушай, это цвергский тоннель.

Стены были такие же неровные, как раньше. Но теперь стало куда меньше паутины. И пол был немного лучше выровнен. Но самое главное — характерная круглая дверь с каменным камнем-запором.

— Цверги? Ненавижу, млять, цвергов! — немедленно отозвался Вячеслав. Перехватил топор поудобнее, он двинулся по низкому тоннелю вперед.

— Ты же не видел их никогда? — удивился я.

— Зато наслышан. А еще, они украли мой лут! — резонно прорычал гривастый Вячик. Обида и злость в его рыке звучала вовсе не шуточные. Тут он внезапно остановился. Осмотрел неровные стены тоннеля. Прижался спиной к одной из них, и махнул рукой, приглашая меня протиснуться мимо него.

— Иди вперед!

— Почему это? — заподозрил неладное я.

— Тут могут быть ловушки, — простодушно прорычал Вячик.

— А, тогда конечно, тогда ладно, — легко согласился я и сделал шаг назад.

— Я жду. Ну? — рыкнул гривастый шкуролюб.

— Хер на гриву, — остроумно ответил я, сделав ударение на последнем слоге. Вот такой вот я рифмоплет. — Сам иди впереди!

— Почему это? — кажется, искренне, удивился Вячик.

— Ходят слухи, что тут могут быть ловушки, — объяснил я.

— Так ты же плут! — возмутился Вячик. — У тебя бонус на обнаружение ловушек!

— Да с хера ли я плут?! — я тоже возмутился. Возмущение прям припекло и забурлило. Где-то в районе ягодиц припекло, в районе пищеварительного тракта забурлило. — Кто тебе эту дичь сказал? Ты же сам только что себе придумал, да? Ну так я тебе…

— А кто сигнальную паутину сходу различил? — неожиданно спокойным рычанием ответил гривастый блоховоз. — Тебе кто-то показывал, как паутину различать? Я, вот, видел просто кучу паутины. И потайную дверь тоже ты сходу обнаружил.

— А... А ты! — я, некоторое время постоял, подбирая слова. Потом захлопнул рот и полез мимо него, занимать место впереди. Постаравшись побольнее ткнуть его в живот локтем. Там оказалось столько мышц, что мне, кажется, досталось сильнее.

— Что с цвергами? Сразу валим, или говорить пытаемся? — пыхтел в спину Вячеслав.

— По ситуации. Мне кажется, они к разговорам не очень склонны, — недовольно бурчал я. И все сильнее злился. Почему я послушался и полез вперед? Серьезно, ну что за дебильные идеи с классами… Я резко остановился, подняв руку и шепотом скомандовал. — Стоять! Ловушка!

Вячеслав послушно остановился. Я осторожно присел, внимательно разглядывая участок тоннеля перед собой. Надолго послушания у Вячика не хватило — он высунул свою львиную морду вперед, рядом со мной, и спросил:

— Да где?

— Вот смотри, — начал я. — Тоннель проделан в диком камне. А потолок из каменных плит. Такое