Бегство от Бессмертия - Алекса Марина

– Смотри, – Седрик протянул мне ладонь, на которой танцевало пламя размером с небольшое яблоко.

– Седрик, как! Тебе не больно? – я не могла оторвать взгляд от изгибающегося и скручивающегося огненного бутона.

– Дельфина, я – Маг! Огненный Маг! Огонь наша защита от вампиров, вампиры же боятся огня! – он раскрыл вторую ладонь, и на ней тоже появился огонь. Я на всякой случай отодвинулась от него:

– И поэтому ты жег мое лицо?

Седрик стушевался: – Я не специально, извини, я забылся… в тот момент, понимаешь, – он опустил глаза, – мы целовались тогда…

Я усмехнулась: – Не переживай, все зажило, я же вампир, у меня быстрая регенерация.

Он благодарно взглянул на меня: – Скажи, а тебе бывает больно?

– Да, в первый момент, боль – это охранник, который сигнализирует – здесь опасно, надо что-то делать.

– Что делать? – не понял маг.

– Драться, бежать, лечиться – изменить ситуацию на комфортную. – Вот мы целовались, и мне было хорошо, но когда загорелась кожа, стало плохо…

– Я не знал, что со мной, я не мог себя контролировать, а потом стал тренироваться и теперь я могу его держать, – и снова пламя заплясало на его ладони.

Но меня понесло дальше:

– А сбросить с руки, но что бы горело, можешь? А далеко метнуть, как камень?

Он пожал плечами: – Не знаю.

– Так попробуй!

Маг взмахнул рукой, и пламя погасло. Ему потребовалось время, чтобы собраться силами и снова зажечь на ладони огонек. Он опять размахнулся, и снова неудача. Мне пришла идея:

– А кто-нибудь в твоей семье мог это делать? Ты бы смог научиться. В ваших книгах что-нибудь про огонь есть?

Седрик задумался:

– Мой дед мог, но он не бросал, на его руке пламя было больше, и он действовал им как мечом, сражаясь с вампирами.

– Если ты не сможешь бросать пламя, тебе придется подпустить вампира близко, а с нашей силой и скоростью, – я с максимальной скоростью оказалась по левую сторону от него, потом за спиной, а потом перед ним. – тебе придется туго.

– В моем случае я постараюсь тебя защитить, но я не смогу быть рядом с тобой все время, у нас с тобой разная физиология и нам изредка придется разлучаться.

– Дельфина, это я должен быть твоим защитником.

– Будешь, когда вырастишь – невесело пошутила я.

* * *

И вот настал день моего отбытия в замок Аарона, вернее ночь. Гаюс уговорил меня отправиться ночью, что бы все вампиры замка могли со мной попрощаться. И действительно, нас с Аяксом провожали все бессмертные жители замка. Кроме Гаюса и Шарлотты, горничная Мадлена, чьего громового голоса мне будет не хватать, Гийом, вроде наш дворецкий и конечно, мой бывший повар Марчелло, и охрана замка. Охрана стояла в стороне, потупившись, с одной стороны они теперь избавлены от постоянной головной боли, что я куда-нибудь залезу и что-нибудь себе сломаю, а с другой их жизнь без меня станет совсем скучной. На лицах Гийома и Марчелло написано отчаяние, мы с ними дружили по-настоящему. Поэтому, когда мы с Аяксом вышли за ворота, Марчелло бросился за нами:

– Дели, не забывай нас, мы тебя очень любим, – вампир прятал глаза.

Я обняла и крепко прижала к себе моего любимого повара, наверно слишком крепко, потому, что он крякнул или кости где-то треснули.

Я отстранилась:

– Марчелло, ты живой?

– Ну, конечно, я же бессмертный, – со слабой улыбкой выдохнул повар, потирая плечи и грудную клетку.

– Я люблю тебя Марчелло, и тебя Гийом, и тебя Мадлена, – я махнула рукой провожавшим, – Я буду приезжать.

Сцена прощания напоминала человеческую, вампиры стояли полукругом и махали мне вслед. Я развернулась к моему хранителю:

– Побежали?

Мы с Аяксом решили не брать лошадей, во-первых, бегом быстрей, а во-вторых, лошадям в отличие от нас нужен отдых. И еще на бегу легче решаются некоторые запутанные проблемы, как быть с Седриком дальше?

Я простилась с ним сегодня днем, на словах, которые должны были быть сказаны в той ситуации, но сердце мое горело и плакало, Седрик кричал, что поедет за мной, но я запретила ему даже думать об этом.

Гаюс не будет воевать ни с Седриком, ни со старым Корнелиусом, отчасти потому, что я просила об этом, отчасти, что они уже соседствуют семьдесят лет, а в землях Филиппа ему ни кто не будет рад.

Я удивлена, что до сих пор Филипп не пытался убить Седрика.

Обо всем я думала по пути в замок Аарона, пока мы с Аяксом передвигались с огромной скоростью, потому, что бегом наше передвижение можно было назвать с натяжкой. Иногда нам на пути встречалось какое-нибудь животное, не успевшее отпрыгнуть в сторону, и тогда прыгали мы, очень высоко и очень быстро.

Впереди мелькнула чья-то тень, не животного и не человека, мы сбавили темп и остановились. Аякс сразу принял боевую стойку, нас окружили странные существа. В нос ударил запах грязи, гнили и запущенности: вампиры-кочевники.

Мы оказались в плотном кольце, и, повернувшись, друг к другу спинами приготовились к атаке.

Самый крупный, видимо предводитель, потому что другие смотрели на него с опаской, зарычал и сделал шаг в нашу сторону.

Мне такое отношение не понравилось, я выпрямилась:

– Кто посмел перейти дорогу Высшему, обращенному Сердцем Дьявола?

Предводитель засмеялся грубым, хриплым смехом:

– Кто здесь верит глупым сказкам о Высших? Некоторым бессмертным наскучила вольная жизнь и охота, и они стали уподобляться людишкам, собирая их ценности и создавая себе слуг и поклонников.

Я задумалась, в первый раз услышав версию, отличающуюся от того, что слышала с детства.

– И что, Сердца Дьявола не существует?

– А ты как думаешь? – он сделал шаг по направлению ко мне, Аякс за плечом глухо зарычал. Но меня на данный момент интересовал еще один вопрос:

– Почему вы нападаете на нас, вампиров?

Крупный опять разразился противным смехом, а в его примитивном мозгу проскочила мыслишка: месть, за все: за богатство, за высокомерие, за убитого брата. Месть, месть!

– Мы просто убиваем таких, как ты, чистеньких, гладеньких. Вы не настоящие хищники, вы стережете свои земли, убиваете нас, вы не настоящие вампиры. Настоящий хищник бродит где хочет, ест, где хочет и ни кто ему в этом не указ!

Когда он выкрикнул последнее слово, стая кинулась на нас.

За Аякса я не боялась, сильнее его вампира я не видела. Схватив первого бросившегося на него за голову и ногу, хранитель просто разорвал его тело на две части, нападавшие замерли, но потом подгоняемые предводителем опять бросились на нас.