Хроники простого волшебства - Надежда Мамаева

«День добрый, я Ремар, бывший рыцарь, и я ищу новую работу.

Я могу быть вашей правой рукой, левой пяткой, носом, глазами, ушами и даже мозгами.

В общении легок настолько, что могу договориться и с детьми, и со стариками. В меня влюбляются без памяти адепты обоего полу, художники и поэты, роженицы, суровые воины и даже монашки с монахами.

Готов выполнить любую работу и даже больше, если буду уверен, что это действительно нужно вам, моей стране, и будет оплачено по достоинству.

Я не буду закапывать с вами труп вашего врага, но знаю дюжину способов, как избавиться от мертвого тела в условиях снятой на ночлег комнаты, не привлекая внимания соседей, а также найду семь контор, которые смогут это сделать за вас, не задавая вопросов.

Легко обучаюсь, адаптируюсь к любым условиям. Заявляю это как человек, работавший и в палящий зной в долине говорящих барханов, и не единожды побывавший в командировках на вершине Снежного хребта. Вынослив, как вол, легок на подъем, как грифон. Обладаю уникальным навыком быстро анализировать ситуацию.

Взяв на вооружение мудрость торговцев, завел себе тетрадь с полезными адресами и советами на все случаи жизни и смерти. Мои знания и опыт помогут вам найти все, всегда и везде. Я помогу в поисках повитухи для вашего любимого паука, найду ландыши в разгар зимы для люто любимой тещи, сочиню серенаду и очарую двоюродную сестру подруги секретарши важного заказчика.

Мои военные навыки и опыт помогают мне вовремя взять тряпочку и заткнуть ею свой рот, если начальник не в духе. Или же произнести с полным пониманием: «Да! Так точно. Будет исполнено».

Если этого требуют обстоятельства, могу превратиться в кого угодно, даже в Темного властелина. Хладнокровен, пунктуален. Довожу начатое до конца в установленные сроки.

Мои познания обширны и подкреплены практикой во многих, да что там во многих, практически во всех областях. Я могу продать печь пустыннику и морозильный шкаф ледяному дракону, вести бухгалтерию (если нужно – то и подземными переходами, если нагрянут налоговики с проверкой), расхвалить лежалый товар так, что его оторвут с руками и даже поменять подгузник детенышу тролля.

Знаю все об оружии и бое, торгах и дипломатии (могу даже убедить женщину, готовую заложить мужа в меховой лавке ради шубки, что та ее безумно полнит), легко переношу любые погодные условия и способен работать даже под свист стрел над головой.

Разговариваю на двух языках свободно: имперском и всеобщем матерном, а также владею деловым языком жестов (особенно хорошо получаются фигуры из одного и трех пальцев). Способен понимать иностранцев по интонации.

О себе:

Родом из Заболотья, а тому, кто сумел вырасти в этих топях, уже ничего не страшно. Посему – здоровья отменного, и не свалюсь с простудой, даже если все вокруг будут кашлять, выплевывая ошметки легких. Юность провел в седле, оруженосцем, объездив пол-империи. По этой причине отлично разбираюсь в картах и ориентируюсь на местности. Не только не потеряюсь среди трущоб и городских лабиринтов, но и в лесу, степи, болотах, а также выведу всех куда надо. Молод, не женат, детей нет. Потому могу работать с утра и до вечера, не отлучаясь на больничные детям и очередные роды жены.

Особые навыки

Умею штопать и готовить.

Хорошо целуюсь.

Могу нашинковать врага и колбасу мечом за пару вздохов

Думаю головой, люблю сердцем, чую жопой и никогда не путаю эти три понятия.

P. S. А при личной встрече вы, помимо всего прочего, сможете почувствовать всю силу моего обаяния.»

Прочитав последние строки, Ремар нервно икнул, отложил в сторону пергамент и на негнущихся ногах подошел к столу, на котором стояли кувшин с водой и стакан. Он взялся за горловину кувшина и начал пить жадными глотками.

А потом и вовсе вылил остатки себе на голову.

«Лучше бы я так и не научился толком читать, – была его первая связная не матерная мысль. Вторая, впрочем, оказалась еще более эмоциональной: – Придушу гаденыша рыжего! Так опозорить воина. Это же надо, кем этот паразит меня только не обозвал». Но потом, поразмыслив, бывший тамплиер все же пришел к выводу, что свое дело резюме сделало: работу он нашел, причем хорошую, по душе.

С такими думами Ремар решил прогуляться по городу, чтобы окончательно выветрить из головы гневные мысли. Ведь руки нет-нет, да и сжимались в кулаки при воспоминании о строках, написанных ушлым пацаном.

Ремар шел по булыжной мостовой, и сам не заметил, как ноги вывели его к той самой таверне, где ровно год назад писарь за медьку изменил его жизнь. Рыцарь уже было хотел пройти мимо, как двери едальни распахнулись, и наперерез ему выскочила девица. Рыжая копна кучерявых волос, в одной руке пергамент, во второй – подол.

Она на всей скорости влетела в широкую грудь Ремара, выронив свиток. А за ней следом выскочил поддатый бугай с заплывшими глазами и криком:

– Паршивка неблагодарная! Отдай деньги, ведьмино семя. А то я тебя… – и мужик недвусмысленно потянулся к поясному ремню.

Рыжуха, в которой Ремар признал своего писаря, сдавленно ойкнула и попыталась поднырнуть под руку рыцарю. Но от воина так просто не уйдешь.

Ремар перехватил ее запястье и вкрадчиво поинтересовался:

– Что происходит?

Будь он по рождению благородным, то непременно поинтересовался бы другим: не нужна ли даме помощь? Окажись он не рыцарем, а горожанином, то и вовсе прошел бы мимо. Но Ремар был воином. А воин привык в первую очередь разведывать обстановку.

– А не твоего ума дело, – пьяно, а потому бесстрашно возразил преследователь. – Она, ик, моя падчерица, а ты ей никто, так что проваливай.

Ремар при этих словах сжал челюсти: да, он знал, что есть такой закон, что позволяет распоряжаться судьбой своих дочерей главе рода. И стороннему вмешиваться в дела семейные – не след.