Обряд - Константин Бояндин

— Привет, Володя! — Бодрый голос Пашки таким и остался. — Крутая свадьба была, крутая. Слушай, что звоню: ты когда-то свои обои забрал, ну те, железные, со спиральками. Так у нас тут ещё дюжина рулонов нашлась. В идеальном состоянии. Отдам за самовывоз.

— Привет, Паша, — отозвался Владимир. — Что-то ты снова щедрый, есть повод?

— Ну так твои новые работы продаются на «ура». Мне грех жаловаться. Заедешь?

Заехал. Посмотрел на свои новые работы, и чуть не уронил челюсть: работы были далеко не новые, и спроса на те узоры никогда не было. А теперь есть?! В демонстрационном зале, то есть в магазине, оказалось людно, и покупали очень бодро.

Павел, успевший отрастить заметное пузо, сам вышел в зал и поманил Владимира к себе в кабинет.

— Думал пригласить тебя на какую-нибудь акцию, — пояснил он. — Люди это любят — увидеть художника. Как вернётесь из путешествия, черкани мне, поди договоримся.

— Замётано, — согласился Владимир.

Ему показали несколько альбомов с образцами — сплошь его, Владимира, узоры — и похвастались, как всё идёт. В основном обои, но иногда и мебель обтягивают, на посуду наносят, на облицовочные плитки. Много куда.

— Ты новые-то пишешь? — поинтересовался Павел на прощание, когда лично помог загрузить ту дюжину рулонов в салон. — В этом году на тебя дикий спрос. Будет что новое — сразу мне.

— Договорились! — пообещал Владимир и отбыл.

Вроде бы он своими глазами увидел тексты договоров с типографией, всю эту отчётность по продажам, а всё равно не верилось. Ну узоры и узоры, с какого перепугу народу так понравились? Тоже кто-то подшаманил, как со свадьбой?

Владимир перетаскал все обои в квартиру Агаты, заодно и размялся. Сегодня, похоже, он годовую норму физической нагрузки получил. И при этом почти не устал. Владимир обратил внимание на коробку на письменном столе Агаты, раньше её не было, увидел и приоткрытую дверцу шкафа, того самого, пустого внутри, оклеенного обоями. Заглянул туда — никого — прикрыл дверцу и уехал домой.

* * *

К нотариусу Агата заехала, обнаружив в своей папке для бумаг в небольшом конверте, который сейчас замечательно умещался в волшебной куртке, опись принятых на хранение документов.

— Не терпится перечитать? — приветствовал её улыбкой нотариус.

Его Агата помнила смутно, даже имя не пришло на ум само. А вот он, несомненно, знал её хорошо.

— Стёрла случайно фотокопии, — придумала Агата первое правдоподобное объяснение, и уже через десять минут вновь сдавала документы на хранение.

Удивительно, но сдала она их бесплатно.

— Это в наших правилах, — пояснил нотариус. — Один раз повторно принимаем в течение недели, если владелец отчего-то решил взять документы.

Ну хоть он не предложил выпить кофе. Агата поблагодарила нотариуса, и, пока ехала в следующий пункт назначения, успела сделать ещё один важный звонок. Когда подъехала, получила сообщение от Владимира, что всё доставлено. Вот и замечательно.

* * *

Повторилась прежняя история, биологические родители не узнали Агату, пока она не заговорила. Выражение их лиц могло бы испугать человека с воображением.

— Как ты нас нашла?! — был первый вопрос её матери, Маргариты Камышовой.

— Это было несложно, — заверила Агата. Судя по тому, как смотрел на неё биологический отец, Евдоким Владимирович Камышов, визиту отказной дочери он был рад ещё меньше её матери. — Похоже, вы мне не рады?

Биологические родители переглянулись.

— Чего ты хочешь? — поинтересовался Камышов.

Агата услышала радостные вопли и, в отдалении, увидела резвящихся детей — мальчика и девочку, лет десяти-двенадцати. То есть детей они всё же завели, и предполагаемый диагноз Камышовой-старшей их не испугал.

— Ничего, — пожала плечами Агата. Плохая была идея… но довести её до конца стоило. — В ту субботу мы с мужем отправляемся в свадебное путешествие. Захотела хотя бы раз увидеть вас своими глазами.

— Я так и думал, — усмехнулся Камышов. — И сколько ты хочешь, чтобы отстать от нас раз и навсегда?

Агата заметила, что биологическая мать старается не встречаться с дочерью взглядом.

— Вы про деньги? — уточнила Агата. — Мы хорошо зарабатываем, у нас всё отлично. Я хотела спросить, не нужна ли вам помощь. Но, похоже, у вас и так всё хорошо. Прощайте.

Не меняясь в лице, она кивнула, развернулась и направилась к воротам. Неплохо они тут устроились, судя по собранным бумагам, часть денег дядя — брат Евдокима Камышова — припрятал у брата. Видимо, дровишки именно оттуда. Камышова-старшая сроду не работала, а её муж хоть и бизнесмен, миллионами всё-таки не ворочает.

— Агафья? — позвала Камышова-старшая. Робко, почти извиняясь. — Ганя? Постой!

Агата остановилась и оглянулась. Похоже, сработало. Неужели деньги их взаправду волнуют больше всего остального?

— Мы не хотели тебя обидеть, — посмотрела Камышова-старшая в глаза мужу, и тот кивнул. — Приходи, когда хочешь. Одна или с мужем. Пообедаешь с нами?

— Да, мама, с удовольствием, — улыбнулась Агата. — Только зови меня «Агата».

* * *

Жизнью Агаты биологические родители до этого момента не интересовались, а теперь их впечатлила и предыдущая юридическая карьера дочери, и её зарубежные перспективы, о которых Агата упомянута вскользь, небрежно.

Дети Камышовых смотрели на нежданную старшую сестру настороженно и с ощутимой неприязнью. Похоже, они обрадовались, когда Камышов отослал их в сад.

— Чтобы не возвращаться к вопросу, — посмотрела Агата в глаза биологическим родителям. — Я к вам без претензий. Что случилось, то случилось. Я устроила свою жизнь, мстить никому не собираюсь. Про помощь я тоже не соврала, если что — обращайтесь.

Вот теперь её отец с матерью не знали, куда девать глаза. Что ж, если они способны ощущать вину, значит они не самый худшие из людей.

— Я проверилась, мама, — продолжила Агата. — У меня нет шизофрении. Может, это вас хотя бы немного обрадует.

Камышова-старшая поднялась на ноги и посмотрела в глаза мужу.

— Ким, сделай нам всем кофе. Ты ведь пьёшь? — посмотрела она в глаза дочери.

Агата кивнула, тоже поднимаясь на ноги. Камышов явно был рад поводу покинуть столовую. Камышова-старшая обняла дочь и расплакалась — похоже, взаправду. Агата даже растерялась поначалу.

— Прости меня, Агата! — повторяла Камышова вновь и вновь.

Она не сразу успокоилась. В дверном проёме появился Камышов с кофейником в руке и вопросительно посмотрел в глаза Агаты — та кивнула, чтобы он прошёл.

— Я всё простила, мама, — улыбнулась Агата. — Я не буду вам мешать, у вас своя жизнь. Показать тебе фото с нашей свадьбы?