Госпожа Потусторонья - Анастасия Никитина

Марфа остановилась, коснувшись ладонью витых прутьев решетки:

— Ну что ж, давай прощаться, Секлетинья.

Но я, окидывая взглядом привычно-величественную позу бабки, медлила. Над ней витал флер торжества и какого-то облегчения, что ли. Будто она чего-то опасалась, и, как выяснилось, зря. Вот этот едва уловимый даже не аромат, а так, намек на него не давал мне просто отпустить бабку, избавившись от ее присутствия. И тут в голове вдруг словно что-то щелкнуло, и я вспомнила вопрос, который так и не удосужилась ей задать.

— Еще один нюанс, бабушка, — с кривой улыбкой проговорила я.

Она приподняла бровь.

— Вы же помните, что я хочу, чтобы вы говорили мне исключительно правду.

— Да ты мне это раз десять на все лады повторила, — усмехнулась Марфа. — Не подкопаешься.

— Отлично, тогда скажите, как умерла Мавра, ваша сестра.

Бабку на мгновение перекосило.

— Понятия не имею, — быстро отозвалась она, но я уже поняла, что нащупала именно то, что нужно.

— Ее убили?

— Да.

— Вы?

— Нет.

— А кто ее убил?

— Какой-то человек.

— Почему он это сделал?

— Я дала ему денег, — прохрипела Марфа.

Она не хотела отвечать. О, как она не хотела отвечать… Она даже пыталась противиться магии Врат, но, разумеется, безуспешно.

— И зачем вы это сделали? — тихо спросила я, присев на корточки и почесывая за ухом глухо зарычавшего Ваську.

— Мне нужен был свиток! — выкрикнула Марфа, окончательно потеряв контроль над собой.

— Какой свиток? Зачем? — холодно уточнила я.

Именно в этот момент я поняла, что пыталась втолковать мне хитрая бабка, раз за разом требуя правильно формулировать приказы. Не формулировка была важна. Точнее, не только она. Я должна была в своей собственной голове четко представлять, что хочу получить, будь то правдивый ответ или определенный вариант поведения. И вот сейчас мне даже смотреть на ошарашенную вампиршу не возникало необходимости. Я знала, что впервые все делаю правильно.

— Список наследниц. Я хотела знать, когда появится новая наследница Врат и кто ей станет. Тот человеческий выродок должен был просто напугать мою дуру-сестру и отобрать у нее свиток. Но он ударил ее слишком сильно! Я этого не планировала!

— А что вы планировали, Марфа?

— Просто получить свиток! И найти наследницу первой. Свиток дает такую возможность. Покидая Врата, Ключ должна носить свиток при себе на случай каких-то непредвиденных обстоятельств! Без него невозможно ввести наследницу в права наследства, и, окажись он запертым в пустых Вратах, конец всем общинам! Кто ж знал, что гадкая девчонка отдала свиток ненавистным хищникам?..

— Вы поэтому помогли мне выбраться из плена Аррея?

— И поэтому тоже. И потому, что тебя нужно было учить. Ты Ключ, нравится мне это или нет.

— Вы так радовались, когда шли по этой тропке к воротам… — Все так же не глядя на нее, я протянула руку. — Отдайте мне то, что взяли здесь.

— Ах ты! — Ее лицо исказила звериная злоба. Но приказ не касаться меня даже пальцем все еще действовал. Да и магия требовала выполнения нового указания. Ругаясь похабными словами, она вытащила из-за пояса небольшой сверток со сломанными печатями и сунула мне в ладонь. — Маленькая хитрая дрянь! Но теперь-то, когда ты получила все, что хотела, отпусти меня!

— Я, может, и не самый опытный Ключ, бабушка, — медленно проговорила я, поднимаясь на ноги. — Но я усердная ученица. А вы… Вы хороший учитель. Как вы наставляли? «Не доверяй. Никогда. Никому».

Она вытаращилась на меня широко распахнутыми от ужаса глазами. Держу пари, она уже в тот момент поняла, что я собираюсь сделать. Но успела только отшатнуться.

А потом я заговорила:

— Замри! Забудь все, что здесь происходило, каждое слово, каждый жест, каждый звук. — Холодные слова падали медленно, как хлопья мокрого снега. — Забудь все, что знаешь о Ключах и Вратах, о Струнном озере и Серых тропах. Помни только, что есть госпожа Потусторонья и нарушить ее приказ для тебя смерти подобно. А теперь уходи!

Словно зомби, Марфа развернулась на каблуках и послушно шагнула в серую муть. Едва она скрылась, я повела перед собой рукой, в которой все еще держала вскрытый сверток, и туманная дымка рассеялась, открывая мне мир по ту сторону Врат. На поляне, как я и ожидала, стоял Аррей и тормошил безвольную, как тряпичная кукла, вампиршу. Я знала, что она не скоро придет в себя. Слишком большой кусок я вырвала из ее памяти. Но сейчас меня это не трогало. Меня вообще ничего не трогало…

— Знаешь, — Васька боднул меня лобастой башкой под колено, — самое лучшее, что сейчас можно было бы сделать, это помыться.

— Ты же не любишь мыться, — невольно хмыкнула я.

— После такого? Обожаю! — фыркнул кот.

Я рассмеялась, и мы пошли обратно в дом. Васька был прав, сперва мне надо смыть с себя весь тот липкий тлен, которым замарала меня зловредная бабка. А потом уже можно и о будущем подумать.

В тот день я так больше и не вспомнила, что я — Ключ. Точнее, сознательно отложила на завтра все те дела, которые меня ждали. Понежившись в горячей воде, я впервые за последнюю неделю поужинала без презрительного хмыканья Марфы над моими отсутствующими манерами. А потом затеяла пускать мыльные пузыри в холле.

Васька, позабыв свою всегдашнюю величавость, скакал, как котенок, еще на взлете сшибая радужные шарики когтистыми лапами. Умаявшись окончательно, мы так и уснули на одном из диванов, невообразимо перепутав лапы-ноги-руки-хвосты. Сквозь дрему я еще успела почувствовать, как Костя заботливо укрыл меня пледом, и провалилась в сон. Вот только вместо розовых пони или, на худой конец, очередного вещего кошмара приснилась мне какая-то муть.

Русская изба с огромной беленой печкой. Бородатый мужик в косоворотке сидел у стены, упираясь локтями в столешницу. Незнакомая женщина в сарафане суетилась у печки, сноровисто орудуя какой-то длинной палкой глубоко внутри. И все… «Декорации прямо из детской сказки. Сейчас какого-нибудь Колобка достанет, — недовольно подумала я. — Нормальных снов у моего подсознания для хозяйки не нашлось? Или кошмарики, или эта вот пастораль?»

«А так?» — снова ожила Васькошизофрения, и комнату наполнил тяжелый тоскливый вой смертельно раненного животного. Подскочила даже бестелесная я, что уж говорить об обитателях избы? Тетка чуть не выронила ухват с каким-то горшком, а хозяин, дернувшись, со всей дури грохнул кулаком по столу. И самое страшное, что так напугавший всех звук шел не с улицы, а откуда-то снизу, будто из подвала.