Дураков здесь нет! или Приключения дракоши - Елена Белова

Оказывается, зверя мне заказывали в коричнево-зеленую полоску, то есть медведа обыкновенного древесного. А то, что я принесла, — это уникальный реликтовый экземпляр пушиста-брызгуна, который в неволе не содержат. Ясное дело, кто ж такого придурка реликтового дома держать будет с его брызгами?

Но слушать все-таки надо внима…

— Александра!

Ой, опять уплыла.

— Простите…

— Ясно. Тогда обратимся к повторению пройденного. Правила поведения дракона при нападении, пункт одиннадцатый и далее.

— Одиннадцать — по окончании боя проверить нанесенные повреждения. Двенадцать — оказать помощь себе, по необходимости — соплеменникам и прочим участникам. Пункт тринадцать: виды травм и средства лечения. Подразделы…

— Достаточно. Запомни, Александра, этими пунктами никогда нельзя пренебрегать. Нельзя откладывать помощь на потом. У нас сложная система кровообращения, и последствия могут быть…

Последствия… помощь… ой…

Как мне пришлось извернуться, чтобы, не приземляясь, увидеть собственный хвост, вы представить себе не можете! Драконы тоже, наверное, поэтому заткнулись, и больше никаких указаний от них не поступало.

Рррррррррррррр!

Первая попытка провалилась — изогнуть шею и просто глянуть, как там дела с ранами, не вышло. Я заехала крылом по собственной шее, сбилась и помянула сволочные облака с тентаклями такими словами, что, по-моему, покраснела даже пролетавшая мимо ворона.

Ох… летела б ты отсюда, птица. Не до тебя.

Больно — плакать хочется.

Вторая попытка… ее вообще постараюсь забыть и не вспоминать, как ту прогулку по Сенатской площади в костюме покемона. Я даже задумалась о приземлении, тем более что мутило все сильней. Но глянула на землю — и как-то она мне не очень понравилась. Особенно когда присмотрелась к нескольким брошенным тушам, охотничьей добычи драконов. Сначала показалось, что они ожили и дергаются, знаете, как зомби? Да, мне тоже стало плохо. А потом еще хуже, когда я рассмотрела, что на самом деле с этими телами происходит. Облака облепили их сплошь, и туши… не знаю, но мне показалось, что они тают.

Пока я набиралась сил для третьей попытки, у драконов таки проснулась совесть, и они подлетели помочь. Оригинально так помочь… Вместо поддержать или дохнуть засыпали вопросами:

— Эй!.. Эй, ты меня слышишь?

— Где тот аррохи, что на тебя напал?

— Ты нас понимаешь?

— Он тебя зацепил? Да или нет?

Кстати, а правда, а где этот самый? У хищников инстинкт: ранил — добей. А его нет. Вам это странным не кажется?

— Эй, ты чего молчишь? — Драконы изо всех сил обращали на себя мое внимание.

— Немая, что ли?

Я? Ах вы… Сами слова вставить не дают, а теперь еще и обзываются! И это вместо помощи. От злости у меня даже пропали эти самые слова. Дар речи пропал. В смысле сказать было что, причем так много, что оно застряло на выдохе — не смогла выбрать, что высказать в первую очередь! Как толпа в кинотеатре, если крикнуть «пожар!», обязательно собьется у выхода в кучу и застрянет.

Так что я постаралась высказать взглядом все, что думаю об этих придурках и их поведении, а потом все-таки была попытка номер три… Удачная попытка. Хотя это как сказать — рану (три коротких, но глубоких рубца) на хвосте я увидела и даже на всякий случай прошлась два раза пламенем, выжигая яд или что там еще, от чего мне кажется, что эти проклятые когти-щупальца еще внутри и рвутся наружу. Так что это получилось, но в процессе… не знаю, как это получилось. Может, не надо было так напрягать поврежденные мышцы. Не знаю, но в какой-то момент уже привычные белые вспышки в глазах стали черными.

А потом мир просто выключился.

Сначала мне показалось, что идет дождь. Теплый. Знаете, когда спишь, а сверху дождь, то сначала он не беспокоит, особенно если сон крепкий… Просто капли. Только они обычно не шипят. Где-то рядом сковородка?

— …постерегу?..

— …ти отсюда…

— …для… бя… бережешь?..

— …пока цел.

Злобный какой-то дождик…

Внезапно — будто с головы сдернули подушку — все эти шипения-шуршания стали голосами.

— …охота? И так пришлось бросить половину добычи на прежней стоянке.

Стоянке? А как я сюда попала?

Облака с щупальцами, боль, раненый хвост, дергающиеся на земле туши… Последнее, что помню, — проверка хвоста и кое-как наложенный тервейс, лечебное пламя-дыхание. Потом пустота.

Значит, я вместе с драконами на новой стоянке? Лежу на земле спиной вверх, на хвосте что-то холодное. Лечебное?

А рядом разговаривают…

— В отсутствие Первого Крыла его заменяет Главный коготь. Так что вперед.

— А Первое крыло тем временем будет сидеть у крылышка золотистой самочки?

— А Главный коготь должен придержать язык. Пока не нарвался.

Шумный выдох. Главный коготь, кто б он там ни был, решил сменить тон:

— Рэй, она же дикарка. И, похоже, того… немая.

Пауза. Мрачный голос Рэя:

— Отцепись.

Значит, моего черного Казанову зовут Рэй. Буду знать. А «немая» — это, наверное, я. Кажется, мои характеристики так и остались в мыслях и до драконов не дошли. Ну и ладно. Чтобы отсюда выбраться, я буду и немая, и даже глухая. Меньше будут стесняться — больше наболтают.

— Тебе что, все равно? Дикая, немая, придурочная — лишь бы красивая мордочка?

Эй-эй, кто тут тебе придурочный?! Сам чучело!

— Я уже сказал — отцепись. Мне приказать?

— Да хоть рычи! Рэй, это глупость! Ты подумал, что тебе скажут Проницающие?

— Не их дело.

— Может, и не их. Но сам знаешь — они могут вмешаться.

— Это если я им позволю.

— Да кто может что-то не позволить? Про Драго не забыл?

Как, однако, полезно иногда помолчать. Проницающие — это не мои ли знакомые из пещеры с черепами? Распустились они здесь, я смотрю. Суют лапки в дела Первого крыла, как себе в хохолок. Интересно, что это за Драго такой, и почему после его имени такое нехорошее молчание повисло. Прямо траурное.

— И еще есть Гэйр…

— Ты еще перечисли мне его братьев и родословную. Знаешь… Лети-ка ты на охоту, Миро.

— Но…

— На охоту. — Голос Рэя похолодел градусов на пятнадцать. — Веерный поиск на солнечную сторону от аррохи. Добычу сносить сюда. А там посмотрим…

Аррохи? Я насторожила ушки. Ну-ну, поговорите немножко про этих самых аррохи, очень интересно. Но неведомый мне Миро только вздохнул, и в следующую секунду в воздухе шумно захлопали крылья.