Вторая жизнь майора - Владимир Сухинин

– Учиться, – вежливо поклонился я.

– А пропушк у тебя есть? – прошамкал он.

– Есть. – Я достал не значок студента академии, а бутылку вина и сунул деду в руки. Тот внимательно посмотрел на бутылку и произнес:

– Надо же, сюда не только дурни поступают. – И, посмотрев весело на меня, сказал: – Проходи.

Мои апартаменты сияли, как у кота… Была расставлена мебель, а на чистых, белоснежных простынях в моей синей мантии возлежала, как Клеопатра, Берта.

– Берта, девочка, ты молодец! – восхитился я. – Это надо обмыть. – Достал из сумки вино, конфеты и бокалы: как я уже понял, тут надо приходить со своей посудой. – Иди сюда, – позвал я ее и разлил вино.

Берта легко соскочила со своего ложа и с удовольствием потянулась. Потом сунула в рот конфетку.

– Красава, а не велика ли тебе моя мантия? – спросил я ее.

– Это можно исправить, – засмеялась она, сбрасывая ее на пол. Под мантией на ней ничего не было. Кто бы сомневался.

Врастание в новый мир происходило весьма многогранно. Рок, возвративший мне молодость, дал возможность опять вкусить прелести молоденьких девушек. Но что он потребует взамен? Это было скрыто в глубоком тумане будущего. Хорошо, что тут не существовало статьи за развращение несовершеннолетнего нехейца.

Через пару часов Берта ушла, тихо и незаметно выскользнув во внутренний двор, и скрылась во тьме.

Утром я встал уже юристом второго уровня. Мог оформлять договоры купли-продажи недвижимости, устаревшего легкого вооружения. И знал воинские звания пограничников. Без этого мне было просто ну никак. И что удивительно! Я выучил запутанную систему правовых отношений государств этого континента.

Сытно перекусив, вышел во внутреннний двор. Кроме моих вчерашних «снежков», еще никого не было.

«Ну что, надо идти поближе познакомиться», – решил я, посмотрев на хорошо сдружившуюся компанию. На меня обернулись очень настороженно.

– Привет, Высокие! – поприветствовал я их на общем языке.

За всех ответил Аре-ил:

– Чего тебе надо, мелкий?

Я даже обиделся:

– Неужели непонятно?

– Непонятно, – зло сказал он.

Вот это он зря. Опять подставляется.

– Я хочу просто познакомиться. Так сказать, сгладить вчерашнее недоразумение.

– Ты просто мелкий гаденыш. Вот твое имя, – сказал Аре-ил.

Вчера кому-то здорово досталось, подумалось мне.

– Не груби, дяденька, – без обиды ответил ему я. «У тебя не получается», – подумал про себя.

Остальные начали улыбаться, вспомнив мое вчерашнее выступление.

– Аре-ил, он просто невоспитанный мальчик, и все, – примирительно сказала одна красавица.

– Точно! – обрадовался я. – Невоспитанный. Возьми меня на воспитание! А я тебе буду стихи сочинять, – обратился я к ней, вспомнив свои частушки.

– А ты можешь сочинять стихи? – удивилась она.

– Конечно. А что еще делать в горах? Сидишь и стихи сочиняешь. – Там, на далекой родине, я мог быстро, экспромтом сочинить несколько строк или частушку. И, развлекая друзей за столом, наяривать их под гитару.

– А сочини про меня, – засмеялась девушка.

Я набрал в грудь воздуха и хотел пропеть одну из них. Но, вовремя вспомнив, что там не совсем литературный текст, остановился.

– Ну, чего ты остановился, непревзойденный поэт-песенник? Давай, выдай девочкам свою матерщину, – подначила меня Шиза.

Я прижал руки к груди. Посмотрел нежно в глаза «снежинки» и, медленно направляясь к ней, полным драматизма голосом, продекламировал, сочиняя на ходу: