Король и спасительница - Кристина Выборнова

— Равным-то равным, только он, небось, может здесь колдовать, а ты…

— Что делать. Как у вас говорят, ворон ворону глаз не выклюет…

— Ага, — вздохнула я и нервно зевнула.

— Соня, ты устала? — немедленно озаботился мной Лид. — Сейчас уже поздно по вашему времени, лучше бы поспать несколько часов. Я найду подходящее место — вон там, например, среди деревьев.

— А если рассветет и нас заметят?

— Не рассветет. Еще дня два не рассветет, — успокоил меня Лид. — И не заметят, мы уйдем подальше от дороги. Пошли.

— Какого хрена! — возбух Леня. — Потом подрыхнете! Надо Ирку искать!

— Иди и ищи, — пожал плечами Лид. — Я тебя не задерживаю.

Леня осекся под напором королевского равнодушия и, что-то бормоча, послушно побрел вместе с нами вглубь леса.

Лид протащил нас довольно далеко, по-прежнему запрещая зажигать фонари. Я не переломала себе ноги об упавшие деревья каким-то чудом, и не упала сама только потому, что король цепко держал меня за руку. Леня, судя по шуму, пару раз ронял себя и Натку, но Лид продолжал чесать вперед не оглядываясь, а я просто почти ничего не видела в темноте.

Наконец мы вылезли на небольшую полянку, окруженную толстенными деревьями вроде наших дубов. С них периодически падали нам на головы и плечи тяжелые холодные листья. Сама поляна поросла высоченной, но очень тонкой и сухой травой, которая громко, как папиросная бумага, шелестела. Опять пахло чем-то сладким, и этот запах уже начал действовать мне на нервы.

— Здесь мы будем ночевать, — объявил Лид и без лишних слов плюхнулся прямо в траву.

— Костерчик бы зажечь, а, твое величество? — жалобно сказала Натка. — Или хоть одеял нам каких наколдуй — холодно же.

— Ага, — поддержала ее я, обнимая себя за плечи, потому что была в летнем платье с короткими рукавами и не догадалась захватить из дома ветровку. Лид поглядел на меня снизу вверх, прикрыл глаза и с явным напряжением принялся делать руками замедленные движения, будто пытался разрезать ребром ладони студень. В воздухе перед ним медленно, чуть ли не по миллиметру, начала проявляться какая-то белая вязаная тряпочка вроде покрывала. Я в молчании наблюдала за этим: Лидово напряжение вдруг так передалось мне, что я начала машинально стискивать кулаки, как бы помогая ему. Тряпочка рождалась в час по чайной ложке. Натка вздохнула и принялась рвать изобильную траву, проворчав:

— Ну ладно, сено — тоже хороший утеплитель.

— Это он че, колдует?! — потрясенно прошептал Леня за моей спиной.

— Ну да, — сказала я тоже шепотом, — но в нашем мире это у него гораздо лучше выходило…

— Он серьезно, что ли, король?

— Ох, Лень, серьезней некуда.

— А где ты его взяла?

— Нечаянно расколдовала, — буркнула я и пошла помогать Натке рвать травку, чтобы скоротать время. Леня, подумав, присоединился к нам, видимо, чтобы просто чем-то занять руки. Поэтому через полчаса, к тому времени, как Лид дотворил свое белое покрывало, полянка уже выглядела так, будто по ней прошлась хорошая сенокосилка, а мы собрали небольшой стожок.

— Соня, — негромко позвал меня король. Я подбежала, отряхивая руки, и получила в них покрывало.

— Вот, — сказал Лид и добавил устало: — если бы я его соткал вручную, по-моему, было бы быстрее. Тяжелый мир для колдовства.

— Спасибо большое, — сказала я, заворачиваясь в тряпочку, — а Натке и Лене…

— Они вполне обойдутся травой, — отрезал король. — Я не буду тратить часы, изготавливая постели для них.

— А для себя?

Лид, уже успевший подтянуть к себе какую-то длинную корявую палку и начавший колдовать над ней, закрыв глаза, пробормотал:

— …Тем более.

Я поняла, что ничего от него не добьюсь, и со смущенным видом потащилась на кучу сена к Натке и Лене, чувствуя себя какой-то нехорошо избранной со своим белым покрывалом.

— Ну чего, шиш он нам сложил? — поняла все по моему виду Натка и повернулась к Лене. — Привыкай, Лид у нас только Соньку обслуживает… Ладно, твоего покрывала вообще-то как минимум на двоих хватит.

— Я курткой обойдусь, — вздохнул Леня. — Сонь, он костер разведет?

— Вряд ли, он опять чем-то занят.

— Давай тогда ты, у тебя же зажигалка есть, — деловито приказала ему Натка. Леня кивнул. Мы очистили кусок поляны до земли, чтобы не устроить в здешнем сухом лесу пожар, натаскали веток и развели огонь, на всякий случай небольшой. К королю приставать было бессмысленно: он усиленно колдовал, поэтому мы грустно сели на корточки вокруг пламени и уставились друг на друга.

— Пожрать-то он нам теперь тоже не наколдует? — поинтересовалась Натка. — Эх, надо было из дома чего-нибудь взять…

— Не знаю, может, и наколдует, если я попрошу, — сказала я неуверенно.

— А он тебя чего, так любит? — спросил Леня тусклым голосом.

— Не знаю, — ответила я честно. — Просто у них, у королей, принято слушаться своих спасителей. Я же говорю, расколдовала я его. А заколдовали — подданные, которым он надоел хуже горькой редьки…

— Да, странный мужик, — согласился Леня и сделал запоздалое открытие: — Так его не Леонидом, что ли, зовут?

— Его зовут Лид, — вздохнула я. — А полное имя Лидиорет.

— Бабское какое-то… А фамилия у него есть?

— Не знаю, не спрашивала, но похоже, что нету. Он не с Земли, понимаешь? Не из нашего мира.

— Башка трещит, — мрачно ответил на это все Леня. — Если я закурю, этот твой ругаться не будет?

— Не знаю, наверное, нет… Отойди на всякий случай за дерево, чтобы не видел.

Леня кивнул и вышел за круг света, падающий от костра. Я тоже выпуталась из покрывала, оставив его Натке, и пошла выяснять насчет еды.

Лид все колдовал над палкой, творя из нее что-то плохо видное при слабом звездном свете. Вроде бы, он почти заканчивал, поэтому я тихо подала голос:

— Лид, извини, что я тебя тереблю…

Он поднял глаза.

— Ничего страшного, Соня, я хотя бы отдохну от здешнего процесса колдовства.

— Э-э-э, с отдыхом, как раз, наверное, не получится, — сказала я виновато. — Мы есть хотим…

Лид со вздохом кивнул и махнул забинтованной рукой, как бы покоряясь судьбе.

— Хорошо, идем.

Мы вместе подошли к костру. При свете пламени я разглядела странную штуковину, которую волок за собой Лид. Это оказалось что-то вроде тонкого длинного меча из светлого, почти белого металла. Одна сторона меча была острая, другая — в мелких крючках и зазубринах. Перед тем как сесть возле нашего костра, Лид пижонским размашистым жестом воткнул меч в землю, и огненные отражения мелко задрожали на блестящем лезвии и рукоятке со сложной мелкой резьбой.