Хозяйка чайной - Наталья Александровна Буланова

Она громко отпивает глоток чая, смачно прихлюпывая, а потом как-то разом добреет и расслабляется.

Я решаюсь на вопрос:

— А вы тоже куратор?

Она хмурит лоб, но улыбается глазами и губами:

— Нет. Просто я много чего повидала на своем веку. Сила у меня особая. Вот только одно сделать не могу — забыть то, что важно сердцу.

Бабушка отхлебывает еще один глоток и говорит:

— Неси пока то зелье забвения, а я начну свой рассказ. Жили мы тут с мужем моим Ильхой душа в душу. Он работал возницей на тракте, я открыла лавку товаров первой необходимости. Добавляла щепотку магии в каждый, и скоро у меня отбоя от клиентов не было.

Бабушка трогает стол, словнопытается нащупать там что-то, и спрашивает:

— А где вкусненькое к чаю?

А у нас только суп с обеда. Мы в режиме экономии, лишнего не покупали.

Я только хочу оправдаться, как она машет рукой:

— Поняла. Не говори. Обойдусь без сладкого.

Мне немного стыдно.

Я ставлю зелье забвения на середину стола, до сих пор относясь к нему очень настороженно.

— Что вы хотите забыть? — спрашиваю я.

— Ильху. Не вернется он уже. Пора это признать. Канул в горах.

Как оказалось, пятнадцать лет назад ее муж ушел на охоту и не вернулся. Его искала вся деревня в течение месяца, но тот словно провалился сквозь землю.

— Вот тогда-то я первый раз и прозрела. Увидела его во сне в другом мире. С тех пор каждый день в ночи наблюдала за ним. Скучал он по мне сильно, а я по нему. Семьи не завел, и я не завела. Только я его могла видеть, а он меня нет.

Бабушка замолчала, взгрустнув, и минута прошла в молчании. А потом она продолжила:

— Год назад перестала его видеть во снах. Но стал видеть других попаданцев. Как тебя, например. Но Ильхи больше не было.

Она дрожащей рукой придвинула к себе чашу с напитком забвения.

— Сначала я обрадовалась, что он в нашем мире появился. Все ждала его. Но теперь понимаю, что нет его ни в одном из миров. И мне за ним пора. Мне надо его забыть, чтобы дух тело отпустил.

С этими словами она берет чашку, подносит к губам и медленно, глоток за глотком осушает ее до дна.

А у меня даже рука не поднимается ее остановиться, потому что это ее решение. Я не имею никакого морального права ей мешать.

И как только она выпивает напиток, то с облегчением выдыхает.

— Спать. Пойду спать, — говорит она, вставая.

И медленно уходит из чайной, останавливается на пороге и напоследок говорит:

— Все мои товары с магией. Помогут тебе, если зла в сердце держать не будешь и не будешь жадной.

Жадной? Это она про желание остаться здесь?

Я смотрю ей в спину, а у самой в груди щемит.

Неужели я хочу так много?

Глава 16. Часть 1

Утром следующего дня по нашей горной деревеньке проходит весть: бабушка и все ее товары пропали за одной ночь.

Все гадали, куда же она делась, и все находили в этом что-то магическое. Никто не видел ни груженой телеги у ее магазина, ни ее саму.

А я не могла отделаться от ощущения, что чего-то подобного я и ждала. Вчера бабушка словно прощалась со всеми, выпив это зелье. Видно было, какое облегчение она получила, словно отпустила себя. Позволила себе уйти.

— Фигурки и карта из чайной никуда не делись, госпожа. Я уж думал и они пропадут, — говорит Рикки.

— Они проданы, — шепчу я, чувствуя печаль.

Мне было жалко, что бабушка столько лет прождала своего мужа. И меня до глубины души задели ее слова о том, что я не должна быть жадной. В отличии от Ильхи в моем прошлом мире меня никто не ждал. Но справедливо ли вот так забирать чужое тело и чужую жизнь?

Наверное, нет. Я, правда, жадная.

Даже поведение Алисии использовала, чтобы оправдать свое желание завладеть ее телом. Всегда думала, что я добрая, хорошая, отзывчивая и еще уйма положительных прилагательных, но старушка права. Я жадная.

Когда куратор предложил сделку с кислотой, я и на то не могла пойти. Я не хочу платить никакую цену за новую жизнь — эта мысль крепко сегодня сидела в моей голове.

И Зверь забыл Алисию в оплату за мои дни здесь, что я вела себя как истинная хозяйка тела. А ведь мне сразу сказали, что я тут временный гость.

Почему я не могла сразу относиться к этому, как к отпуску? Отдыху? Возможности пожить девяносто дней в привлекательном теле без уродства на лице?

Может, поэтому все мои попытки поставить чайную на ногу проваливались одна за другой?

— Госпожа, я пойду искать рассказчика, как договаривались! — машет Рикки мне рукой.

— Осторожней! — машу ему в ответ.

И принимаю решение — я вернусь.

Вчерашний разговор и сегодняшнее исчезновение старушки что-то меняет во мне. Она всегда попадала словами не в бровь, а в глаз. И сейчас смогла достучаться до моей души. Жадной души.

Я даже Алисию в другой мир своим желанием отправила. И Зверь забыл меня. Нет, не меня — Алисию. Я снова все присваиваю себе.

Ладно.

Когда решение принято, и на душе легче. Теперь я точно знаю, что здесь на короткий срок. Дни идут, а чайная все еще не стоит на ногах. Мне нужно наладить бизнес, обеспечить Рикки будущее и вернуться в свой мир со спокойной совестью. Да, именно так.

И, как только я принимаю это решение, в чайную входят две возницы.

— Хозяйка, а мы за вашим фирменным напитком! — говорит один мужчина с порога.

У него живот такой, словно он арбуз съел. Второй же худой и плоский, словно доска.

— Доброе утро, уважаемые! Рассаживайтесь поудобнее. Выбирайте столик по вкусу.

Мужчины снимают шляпы, оглядываются.

— А тут здорово! — говорит худой.

— Хозяйка, а есть что перекусить? — спрашивает толстый.

— Скоро наладим поставки и будет! Мы только открылись в новом стиле.

— Родной тракт! Вижу-вижу, — мужчина немного расстраивается из-за отсутствия еды, но быстро переключается на изучение карты.

Я подаю тонизирующий чай и спрашиваю:

— Куда вы поставили повозки?

— Так за поворотом. Ближе стариканы не дают. Разорались сразу. Бешеные у вас соседи.

Я улыбаюсь. Значит, за поворотом. Надо посмотреть там территорию.

— Плохо, что у вас внутреннего двора нет, куда заехать можно. Могу зайти к вам только тогда, когда порожняком еду.

А вот