Черный рассвет - Лиза Джейн Смит

Мэгги посмотрела на них с надеждой… но нет… они не умеют думать самостоятельно, вернее – умеют думать только о себе. Никто из них не способен на протест.

«И рабы не поднимут восстания, чтобы прийти нам на помощь. Стража вооружена до зубов, а они безоружны. Они напуганы, они нам сочувствуют. Однако рабы видели такое не раз, они привыкли к охоте на людей. Они знают: так было и так будет, этого не остановить».

– Арадия пришла к нам с миром, стараясь сохранить союз ведьм и вампиров. – Дилос опустил руку на ее плечо. – И в ответ мы пытались убить ее. Призываю вас – остановитесь! Пролив ее невинную кровь, вы совершите преступление, кара за которое впоследствии падет на ваши головы.

Другая волна недовольства прошла среди женщин. Наверное, это были ведьмы.

– Заставь его замолчать! – прорычал Хантер.

На этот раз он обращался к конкретному человеку. Мэгги проследила за его взглядом и увидела Сильвию.

– На некоторых придется надеть намордник перед тем, как начнется охота. Итак, скорее позаботься об этом! – приказал Хантер Сильвии. – Охота начинается.

Сильвия неуверенно направилась к Дилосу. Тот остановил ее взглядом, будто предупреждая, что лучше ей не приближаться.

– Стража! – раздраженно крикнул Хантер.

Два ряда стражников вышли вперед. Они были вооружены разными копьями: одни с металлическими наконечниками (наверное, против ведьм и людей), другие – с деревянными. Против вампиров, догадалась Мэгги. Если Дилос не сдержится, его сердце пронзят еще до начала охоты.

– Сильвия, заткни его лживый рот! – приказал Хантер Редферн.

Сильвия послушно сняла корзинку с руки.

– При Новом Порядке, который наступит вместе с новым тысячелетием, мы будем устраивать охоту каждый день, – ораторствовал Хантер Редферн, стараясь снять вызванное словами принца напряжение и недовольство в толпе. – У каждого из вас будет по городу, чтобы охотиться. Целые города перерезанных глоток, чтобы напиться крови, целые города истерзанной теплой плоти, чтобы насытиться вдоволь.

Стоя рядом с Дилосом, окруженным со всех сторон лесом копий, Сильвия что-то искала в своей корзинке.

– Сильвия, – тихо позвала Арадия.

Сильвия удивленно обернулась к ней. Мэгги заметила испуг в ее глазах цвета фиалок.

– Каждый из вас станет принцем… – продолжал разглагольствовать Хантер.

– Сильвия Уилд, – повторила Арадия.

Сильвия опустила глаза.

– Не говори со мной, – прошептала она. – Ты не… я не ваша больше.

– Вы просто должны верить мне и слушаться меня… – говорил Хантер.

– Сильвия Уилд, – провозгласила Арадия, – рожденная колдуньей, чье имя означает зеленую дубраву или священную рощу.[5]Ты – дочь Элвайзы, и ты останешься ею до конца своих дней. Ты – моя сестра.

– Нет! – вскрикнула Сильвия.

– Ты не в силах изменить это. Ничто не сможет разорвать кровную связь. И в глубине души ты это знаешь. Я, Колдовская Дева, заклинаю тебя именем Элвайзы – Хранительницы Очага: сними заклятье с этого юноши.

Последние слова произнесла уже не Арадия. Голос принадлежал ей… Но на мгновение чья-то светящаяся фигура заслонила собой Арадию.

Мэгги увидела высокую женщину с пшеничными, как у Сильвии, волосами и огромными карими тазами.

– Элвайза… – ахнула Сильвия и замерла.

Мэгги отдаленно слышала, что Хантер продолжал свою напыщенную тираду, но смотрела она только на Сильвию, которую охватил благоговейный трепет.

«…только призвав к сердцам», – вспомнила Мэгги.

– Сильвия, – заговорила она, – я верю в тебя.

Фиалковые глаза пораженно уставились на Мэгги.

– Я прощаю тебя за Майлза, – сказала Мэгги. – Я знаю, ты просто запуталась. И ты несчастна. Но у тебя появилась возможность все исправить. Ты можешь сделать нечто важное. То, что изменит мир.

– …реки крови! – кричал Хантер. – И никто не остановит нас. Мы обратим в рабство не только людей, но и ведьм. Отныне ведьмы – наши враги. Подумайте о Силе, которую вы приобретете, когда будете пить их кровь!

– Если по твоей вине обладатель Неукротимой Силы будет убит, на тебя ляжет ответственность за наступающую Тьму, – говорила Мэгги. – Только на тебя. Потому что только ты можешь остановить это прямо сейчас.

Сильвия закрыла лицо руками. Ее пальцы дрожали. Она почти теряла сознание.

– Я, Колдовская Дева… – заговорила Арадия.

И другой глубокий голос вторил ей эхом:

– Я, Мать-Прародительница…

– …именем Элвайзы…

– …именем моих детей…

– …тебе, Хранительнице Очага…

– …тебе, моей дочери, истинной Хранительнице Очага…

– Повелеваю! – Голос Арадии возвысился и разнесся многократным эхом, прервав на полуслове тираду Хантера.

Он потряс всех. Воцарилась мертвая тишина. Придворные озирались в недоумении, откуда доносится звук.

Сильвия не могла отвести взгляд от Арадии. Потом ее фиалковые глаза медленно закрылись, и она тяжело вздохнула.

Когда она заговорила, ее тихий шепот был слышен только стоявшей рядом Мэгги:

– Я, дочь Элвайзы, повинуюсь.

Сильвия потянулась к руке Дилоса. Хантер дико закричал. Мэгги не смогла разобрать его слов. Она не расслышала и того, что прошептала Сильвия. Просто увидела, как движутся ее губы и тонкие пальцы сжимают запястье Дилоса.

Краем глаза Мэгги успела заметить летящее копье… Мгновение – и оно пронзило сердце Сильвии. Тут же раздался неузнаваемый визгливый голос Хантера Редферна, кричавшего:

– Убейте ее! Убейте ее!

И стража выполнила приказ. Копье насквозь пробило грудь Сильвии и отбросило ее от Дилоса. Кровь залила элегантное зеленое платье.

Сильвия оглянулась на Хантера Редферна и улыбнулась. По ее губам Мэгги прочла:

– Слишком поздно.

Дилос рванулся вперед. По рукаву его белой рубашки тоже текла кровь – его кровь. Сначала он пытался преградить путь стражникам и спасти Сильвию. Но потом впился глазами в Хантера:

– Тьма кончается здесь!

Мэгги уже видела Голубой Огонь, но этот удар был подобен ядерному взрыву. Голубой Огонь полыхнул там, где стоял Хантер Редферн с его сворой прихвостней, и ушел в небо огромной шаровой молнией. Пламя вознеслось от земли до неба, словно солнце выкатилось из замка.