Черный рассвет - Лиза Джейн Смит

Все кончено. На том месте, где только что стоял Хантер Редферн с самыми верными соратниками, зияла огромная, выжженная в земле воронка.

Перед глазами Мэгги все еще стояла ужасная картина взрыва и разбегающихся в разные стороны людей. Среди них она заметила работорговца Гэвина, но Хантера нигде не было. Когда ударил Голубой Огонь, он оказался в эпицентре взрыва и от него ничего не осталось, даже рыжего волоска.

На площади из всех Ночных обитателей остался только Дилос.

Рабы украдкой выглядывали из своих хибар.

– Не бойтесь! – закричала Джина. – Эй! Выходите, не бойтесь! Дилос не опасен. Во всяком случае, для вас. Выходите. Все выходите! Ну что вы там прячетесь?

Мэгги увидела высокую худощавую фигуру и прижавшуюся к ней сбоку маленькую девочку.

– Прачка! Пи Джей! Какое счастье, что с вами все в порядке! Нет, Прачка, пожалуйста, не надо…

Прачка упала перед Мэгги на колени. Потом пристально посмотрела на Сильвию, лицо которой приобрело мертвенно-бледный, сероватый оттенок. Под глазами легли синие тени, а из уголка губ сочилась кровь.

– Дело плохо, – прохрипела Сильвия.

– Да, так и есть, – прямо сказала Прачка. – Освободительница, ты ей уже ничем не поможешь. И я тоже ничем не смогу ей помочь.

– Никакая я не Освободительница. – Мэгги вдруг всхлипнула и быстро смахнула навернувшиеся на глаза слезы.

– Значит, ты ловко морочишь всем голову, – сказала Прачка и поднялась с колен. – Однако похоже, что все рабы действительно свободны. Ты пришла – и пророчество исполнилось. Если это и не твоих рук дело, то, согласись, очень странное совпадение.

Почтительный взгляд ее темных глаз заставил Мэгги почувствовать себя неловко. Она показала на Сильвию.

– Это не я, это она спасла нас, – пробормотала Мэгги. – Сильвия заслуживает признания…

– Не только она, – раздался у нее за спиной тихий голос, и Мэгги обернулась к Дилосу:

– Конечно! И ты тоже.

– Я не об этом. – Он сел на землю рядом с Прачкой, обнял Мэгги и погладил руку Сильвии. – Я мог бы попытаться спасти тебя. Ты согласна Сильвия?

– Уйти в вампиры? – Она отрицательно покачала головой. – Нет. Нет смысла. Меня пронзили деревянным копьем, мне все равно не выжить.

Мэгги оглядела острый обломок дерева:

– Мы вытащим его…

– Брось! Я не выдержу. Сдайся хотя бы один раз, а? – усмехнулась Сильвия.

Потрясающе! Даже на пороге смерти она оставалась насмешливой и язвительной. Ее стойкость восхищала Мэгги.

– Послушай-ка, – неожиданно обратилась к ней Сильвия, – хочу кое-что тебе сказать. – Она прерывисто вздохнула: – О твоем брате.

Мэгги сжалась в ожидании ужасных подробностей его гибели.

– Знаешь, что меня действительно задевало? Мне было так обидно, когда я долго наряжалась, сооружала умопомрачительную прическу и шла на свидание с твоим братом, а он… сразу начинал рассказывать о тебе.

Мэгги заморгала в недоумении. Это было совсем не то, что она ожидала услышать.

– Он… что?

– Рассказывал о своей сестренке. Какая она смелая, какая она смышленая и какая упрямая.

Мэгги продолжала моргать. Она бы не удивилась, обвини ее Майлз во всех смертных грехах… Но неужели он и правда думал, что она смышленая? Она почувствовала, что ее веки снова защипало и ком подступил к горлу.

– Я не смела сказать ни одного плохого слова в твой адрес. – Сильвия прищурила свои потемневшие фиолетовые глаза. – Я возненавидела тебя за это… А его… его я любила.

Голос Сильвии становился все слабее. Арадия прикоснулась к ее серебристым волосам.

– Тебе осталось совсем немного, – произнесла она, словно предупреждая.

Сильвия опустила веки – она знала это.

– Я сказала Дилосу, что я убила Майлза, – прошептала она. – Но… я лгала.

Сердце Мэгги забилось так сильно, что его удары сотрясали все ее тело.

– Ты не убила его? Он жив?

– Я хотела наказать его… но я хотела, чтобы он всегда был рядом со мной…

У Мэгги голова пошла кругом. Она буквально впилась взглядом в бледное лицо колдуньи.

– Пожалуйста! Скажи мне, что ты с ним сделала. Ну пожалуйста! Говори!

– Я его… изменила… – от мелодичного голоса Сильвии остался лишь хриплый шепот. – Я превратила его в оборотня… и еще немного поколдовала, чтобы он не мог стать человеком, пока я того не захочу…

– Какое заклинание? – быстро спросила Арадия.

Сильвия слабо вздохнула:

– Ничего особенного, Дева… Просто сними кожаную повязку с его лапки. Он всегда будет оборотнем… но останется жив… – Ее голос неожиданно стал прежним, а в глазах мелькнуло выражение прежней жестокости. – Мэгги, ты же очень смышленая… Ты наверняка догадаешься, в кого я его превратила…

Она не договорила: жутковатый звук вырвался из ее горла. Мэгги никогда такого не слышала, но почему-то сразу поняла, что он означает: Сильвия умерла.

Ее стройное тело, обтянутое зеленым платьем, выгнулось дугой и застыло. Голова запрокинулась. Широко распахнутые глаза цвета лесных фиалок смотрели в небо, но они уже ничего не видели.

Арадия положила свою тонкую руку на бледный лоб Сильвии.

– Богиня Жизни, прими дочь Элвайзы, – проговорила она проникновенным низким голосом. – Проводи ее в другой мир. – И добавила шепотом: – Да пребудет с ней благодарная память всех ведьм.

Мэгги со страхом ждала, что появится светящаяся фигура и окружит Арадию светлой аурой. Но она видела лишь прекрасное, смуглое, как кофе с молоком, лицо Арадии и ее печальные слепые глаза.

Арадия нежно закрыла ладонью глаза Сильвии.

Мэгги стиснула зубы, чтобы не заплакать. Не помогло. Она всхлипнула и вдруг отчаянно разревелась. Дилос обнял ее, и она зарылась лицом в его плечо. Это помогло. Несколько секунд – и Мэгги взяла себя в руки. В его объятиях ее охватывало невыразимое чувство покоя и безопасности, как и тогда в ее волшебном сне. Она знала, что принадлежит ему. До тех пор, пока они вместе, с ней все будет в порядке.

Пи Джей подбежала к Мэгги, и та, высвободив одну руку из объятий Дилоса, прижала к себе маленькую испуганную девочку:

– С тобой все хорошо, детка?

Пи Джей шмыгнула носом:

– Да. Теперь – да. Было страшновато, но я рада, что все уже позади.

– Знаешь, – неожиданно заговорила Джина, глядя вниз на Сильвию, – вот так и мне хотелось бы уйти. Избрав свой собственный путь…

Ее слова поразили Мэгги и помогли справиться с истерикой. Она покачала головой: