Инквизитор - Борис Конофальский

— Сам загнал сегодня парочку, — похвастался барон. — Без егеря, один.

Тут же на столе появилось большое блюдо с солёными листьями капусты, тарелка с тертой репой и постным маслом.

Волкову очень хотелось есть, от запахов кружилась голова, ведь он сегодня ел рано утром. Но солдат умел терпеть, ждал, когда барон приступит к трапезе, но тот продолжал разглагольствовать, видимо, кого-то ждал. Так и оказалось. Вскоре в зале появилась дородная, богато одетая дама и маленький мальчик, Волков их уже видел. Он встал и поклонился с максимальной галантностью. Барон познакомил их. Дородную даму, жену барона, звали Фредерика. Она была пухла и улыбчива. Судя по всему, ещё и набожна — часто поминала Бога и матерь Божью. А мальчишка был боек, как и положено быть мальчишке. Боек и смышлен, а звали его Леопольд.

— Теперь вы живете у нас? — Спросила баронесса, усаживаясь напротив солдата.

— Да, барон удостоил меня такой чести.

— Вам понравились покои?

— Госпожа Фредерика, — произнес Волков, — я солдат, почти половину своей жизни я спал на земле, в телегах, в палатках, на лавках. Так что ваши покои, ваши перины и белые простыни кажутся мне раем.

— А я хотела спросить, хороша ли перина, — засмеялась баронесса.

— Необыкновенно хороша, — улыбнулся Волков.

— Так вы солдат! — Радостно завопил мальчик. — Вы воевали на войне!

— Да, господин молодой барон, воевал.

— С еретиками?

— С еретиками.

— А много убили?

— Я не считал, но, надеюсь, достаточное количество я отправил в чистилище.

— Никакого им чистилища, — серьезно сказал мальчишка. — Пусть горят в аду. Вот я, когда вырасту, стану рыцарем. Я тоже буду убивать еретиков.

— Ни секунды не сомневаюсь, — улыбнулся солдат.

Мальчишка посмотрел на него пристально, с подозрением, и спросил:

— А что такое секунды?

— Это очень короткая часть времени. Ваш учитель расскажет вам об этом.

— А это, правда, что у главных еретиков изо рта идет огонь и дым, как у дракона?

— Я такого не замечал.

— Да вы просто не видели главных, — заявил мальчишка.

— Давайте ка лучше есть, — сказал барон, подтянул к себе кастрюлю с петухом и стал, обжигаясь, отрывать от него куски и класть всем в тарелки.

Старый Ёган стоял рядом, помогая ему ножом. Все начали есть. Слуга ходил вокруг них, разливая им вино в кубки, подкладывая им в тарелки капусту и рапунцель. Потом он тесаком разрубал на части зайца, обносил ужинающих, те брали куски.

— Не пачкайтесь, — назидательно сказал баронесса Леопольду.

— Я не пачкаюсь, — заявил мальчишка.

Волкову было необыкновенно вкусно, он давно не ел с таким удовольствием.

— Вам нравится, господин Фольков? — Спросила баронесса.

— Очень. Мне в вашем доме все нравится, — отвечал солдат.

Он заметил, как барон чуть выпрямился после его слов и даже чуть улыбнулся.

— Так что, — вдруг начал молодой барон, отбросив куриную кость на тарелку. — Идет огонь изо рта еретиков?

— Я такого не видел, — снова сказал солдат.

— Вы не видели главных, — снова повторил мальчишка.

— Почему же? Видел. Почти самых главных еретиков.

— Неужели вы видели ихнего лжепапу? — Ужаснулась госпожа Фредерика.

— Нет, его не видел. Но я видел генерала Ван дер Пильса и генерала Ван Бомеля.

— Видели? — Не без удивления спросил барон. — Их обоих?

— Как вас сейчас вижу.

— А почему вы их не убили? Не смогли дотянуться?

— Смог бы, — усмехнулся солдат. — Но нельзя было.

— Да кто ж вам мог запретить? — Удивилась баронесса.

— Надо было их всех убить! — Закричал мальчишка, вскакивая на кресло. — Вот, если бы у меня был меч, я бы их всех убил!

— Сядьте немедленно! — Сурово сказал отец. — Ведете себя как пьяных холоп в трактире.

Мальчишка недовольно покосился на отца, но перечить не стал.

— Так, где же вы их видели? — Спросил барон, принимаясь за зайца.

— В Каасе, на переговорах.

— Вы были в Каасе? — Барон даже отложил зайца.

— Ну да, де Приньи был приглашен на переговоры, я сопровождал его.

— А почему вы его сопровождали? — Спросил молодой барон.

— Потому что я состоял в его гвардии. Я охранял его штандарт. — Отвечал Волков.

— Я тоже буду охранять штандарт у нашего герцога, — заявил мальчишка.

— Если будете хвастать и бахвалиться все время, — сухо сказал отец, — вряд ли вас удостоят такой чести. И вообще, давайте ка спать собирайтесь.

— Не хочу спать, ещё не темно на улице, — заявил мальчишка. — Рано еще.

— Хотелось бы вам напомнить, господин молодой барон, — произнес Волков. — Что в воинском деле, коим вы собираетесь заниматься, дисциплина является главной добродетелью.

— А что такое дисциплина? — Спросил мальчишка, с трудом выговорив слово.

— Так звали древнюю суровую богиню, а у нас это значит безоговорочное выполнение приказов командира или синьора. Ваш командир — это ваш батюшка, и его приказы должны выполняться неукоснительно.

— А если не буду выполнять?

— Вас просто выгонят из отряда и не возьмут в другой. И вам никогда не позволят охранять штандарт герцога.

— Да? — С недоверием спросил мальчик, глядя на барона.

— Именно так, — кивнул отец.

— Ну, тогда пошли, мама, — молодой барон нехотя встал и взял мать за руку.

— Вы прямо волшебник, — заулыбалась баронесса и кивнула солдату.

Волков встал и поклонился в ответ. Женщина с ребенком ушли.

— Так что произошло в Каасе? Почему ни о чем не договорились? — спросил барон, наливая вина солдату и себе.

— Я думаю, что наши князья делают вид, что непреклонны, на самом деле, они почти согласны, просто должен кто-то первый из них об этом сказать.

— А что ж предложили еретики?

— Еретики говорят — чья земля — того и вера.

— Неужели наши князья пойдут на такое и бросят добрых, верующих людей в землях еретиков еретикам на съедение.

— Пойдут, барон, они не согласились сразу только чтобы выторговать себе условия получше.

— Даже не верится, — произнес барон.

— На западе от Большой реки графства обезлюдили, каналы зарастают. Из двух деревень осталась одна. Я видел пустые замки. Бароны погибли, не оставив наследников, гербы раздаются проходимцам и еретикам. Ваша земля, по сравнению с тамошними, — счастливая Аркадия. Там графы и даже князья обнищали так, что позавидуют вашему столу.