Институт неблагородных. Тёмные крылья - Инесса Иванова

— Не переводи тему.

— Что ты хочешь от меня услышать? — девушка тоже начала злиться. Нашёлся, Отелло! Ревнует, потому что знает за собой грешок.

— Ты обещалась кому-нибудь? Неважно: Магу, Волкодлаку или… другому Дракону, — глаза Марка сузились, белки поблёскивали голубоватым свечением, нос заострился. “Ещё немного и начнёт обращаться”, — поняла Ада.

— Нет.

— Клянёшься?

— Да, — спокойно повторила девушка и с восхищением наблюдала обратные изменения во внешности спутника. Гнев Марка утихал.

— Ну, тогда всё в порядке, — хладнокровно заявил он и улыбнулся виновато. — Нам обоим не помешает остудиться.

* * *

— Я к воде и близко не подойду, — поёжилась Ада, бросая опасливый взгляд на чёрную гладь озера. Кто знает какие там ещё обитают твари?

— Нет, не то. Полетаем?

— Прямо сейчас?

— Не бойся, я тебя не съем. Пока что, — подмигнул Марк и потащил девушку за руку прочь от беседок. Ада растерянно шла за ним и ловила на себе заинтересованные взгляды из глубин других террас и небольших павильонов.

Она не стала спрашивать, куда они идут. Девушке было всё равно, она доверилась Марку и своему внутреннему голосу, который уверял, что сейчас Дракону лучше подчиниться.

Ада почти не видела дороги и шла как заколдованная маленькая девочка за страшным чародеем, уводящим малышку в чащу леса показывать мрачные чудеса. Подол платья по мере приближения к высоким соснам цеплялся за всё более высокую траву, словно хотел удержать девушку, но граница благоразумности была пересечена, обратная дорога отрезана.

— Как далеко ты сможешь пролететь? — с улыбкой обернулся Марк, не замедляя ходу.

— Не знаю. Длины две или три. Может чуть больше, — растерялась Ада, вспоминая последние полёты. — Но среди деревьев мне не развернуться!

— Да не бойся, нам туда не надо. Сейчас немного обойдём лес, и на поле. Я хочу тебе показать своё секретное место, здесь минут десять лёту.

Ада поёжилась и будто очнулась. Лететь в темноте? А вдруг, она собьётся с пути или запаникует? Да и для обращения надо раздеться догола! И как взять с собой одежду?

Девушка снова, помимо воли, громко озвучила свои мысли. Марк расхохотался и, не выпуская руки Ады, приобнял её за плечи.

— Давай договоримся, что ты не будешь использовать на мне свой дар? — обиженно сказала Ада.

— Ну, я постараюсь, — и посерьёзнев, добавил. — Не стесняйся. Неужели, ты не понимаешь, что и правда, нужна мне?

Марк остановился и притянул Аду к себе, заглянув в глаза девушки.

— Ты сомневаешься, хочешь ли быть со мной? Тогда скажи сразу и каждый пойдёт своей дорогой.

— Не обижайся! У меня нет сомнений, просто… всё так запутанно.

— Думаешь, я тороплю события? Прости, если так, но я не привык медлить. Если это моё, значит, моё. И никому другому оно не достанется. Ты не достанешься!

Ада предпочла промолчать. Ей были приятны слова Марка и тон, каким они были сказаны, поэтому она только скромно улыбнулась и зажмурилась от нахлынувшего счастья

Лес закончился, открыв взору возделанные поля, тянущиеся до самого горизонта. Марк повернулся к девушке, и та поняла: пора.

Не говоря ни слова, мужчина ободряюще улыбнулся и принялся расстёгивать ворот рубахи. Ада растерянно смотрела на Марка и поняла, что начала краснеть.

— Я не смогу при тебе, — сумела вымолвить она. — Слишком волнуюсь.

Во рту пересохло, создалось впечатление, что Ада видит себя со стороны и даже сочувствует этой девушке.

— Не бойся! Отойди за те деревья и отвернись!

Она подчинилась и, дрожа всем телом, вошла в лес. Пахло хвоей и как ни странно, запах придал сил. Ада шла всё дальше, словно желала затеряться среди деревьев, а потом внезапно остановилась и принялась снимать платье, словно ткань жгла кожу и мешала полнее чувствовать саму себя, настоящую Аду, которая всегда была гарпией и любила Дракона.

Девушке казалось, что кто-то управляет её телом. Крылья легко расправились за спиной, и никакие деревья тому не помешали. Стоило на мгновенье прикрыть глаза, как Ада почувствовала, что легко обратилась, ей захотелось взмыть в воздух, подняться над верхушкам сосен и закричать во всю мощь лёгких. Так она и поступила.