Вкус памяти - Таня Свон

Путаные коридоры уходили в самое сердце здания. Я не понимала, где нахожусь, но внутреннее убранство залов, которые мы с Бастьяном миновали, давало все основания полагать, что это какой-то замок. Все было оформлено богато, со вкусом и с королевским размахом. На стенах – белые гобелены, на которых золотыми нитями вышито сердце, защищенное крепким крылом.

Путь, судя по всему, Бастьяну был хорошо известен. Мы никого не встретили, пока шли, и я даже решила, что солдат специально выбрал более длинную, но зато безлюдную дорогу. Однако, несмотря на отсутствие свидетелей, вплоть до самых покоев мы шли молча.

Бастьян открыл передо мной дверь, пропуская в просторную, очень уютную новую клетку. Здесь не было ни решеток, ни кровожадных хищников. Вместо этого имелись широкая кровать с высокой периной, несколько зеркал от пола до потолка и светлый уголок с парой кресел и небольшим столиком.

Мило. Красиво. Уютно.

Но осознание, что эти покои не что иное, как новая камера, не отпускало. В голове приговором гремели слова Хагена, сказанные сухо, без эмоций: «Твой дом теперь здесь».

Я до боли прикусила губу и обернулась, услышав щелчок замка. И ни капли не удивилась, встретившись взглядом с Бастьяном. Знала, что он не уйдет, а останется поговорить, и очень ждала этого момента. Наконец-то я могу выплеснуть все, что накипело!

– Серьезно, Бастьян? Ты просто исполнил его приказ?!

Парень оторопело заморгал. Он совсем не ожидал, что я вот так сразу нападу.

– А что мне оставалось делать?! Отказать принцу вампиров и остаться на растерзание вурлаку вместе с другими провинившимися?!

Упоминание о случившемся в подземелье заставило меня вздрогнуть. По коже снова поползли липкие мурашки, а в горле застыл ком подступившей тошноты. Несколько секунд я молчала, пытаясь прогнать накатившие эмоции, а когда снова смогла говорить, спросила:

– Он их… Что с ними будет?

Бастьян тяжело вздохнул, запустил пальцы в короткие темные волосы и пожал плечами:

– Хаген превыше всего ценит порядок и терпеть не может, когда его нарушают. Те олухи сильно провинились, когда решили допросить тебя, не дожидаясь приказа.

– Он не сможет им навредить. Закон не позволит. Правда ведь? – Мой голос дрогнул, и я не заметила, как пальцами здоровой руки начала теребить замок куртки.

Бастьян поднял на меня помрачневший взгляд, от которого внутри все перевернулось:

– Есть вещи, которые стоят выше закона, – надтреснутым голосом ответил он. – Например, клятвы.

Он умолк, а я помрачнела.

– Химеры, – сорвалось с моих губ, стоило вспомнить о нашем разговоре перед испытаниями. – Они тоже?..

Я прикрыла рот здоровой рукой, будто сказала нечто запретное.

Но Бастьян услышал вопрос и слабо кивнул.

– Именно. И Химеры, и военные штаба, и слуги королевской семьи произносят такие клятвы перед началом службы. Ошибка, измена, ложь… Наказание выбирает тот, кому принесли клятву. И какой бы суровой кара ни была, закон не может вмешаться.

– Хочешь сказать…

– Если Хаген убьет слуг, ему за это ничего не будет. Если ты станешь одной из Химер, а потом вздумаешь уйти, наказание может быть любым.

На душе стало так гадко, что захотелось завыть в голос. А ведь меня пытались остановить и Нокс, и Бастьян. Хотели уберечь от необдуманного решения. И в итоге меня спасла сама судьба.

Или же не спасла?

– Где мы? – спросила я, оглядев свою тюрьму в пастельных тонах.

– В резиденции Колдренов.

– Значит, мы все еще в Нью-Сайде? – Внутри меня вспыхнула надежда, и этот огонь сиянием отразился в глазах. Бастьян заметил его и сурово, без жалости отсек крылья веры, что едва успели возникнуть за моей спиной.

– Сбежать не выйдет, Сандра. Столько барьеров и охраны я в жизни не видел. Чтобы попасть на территорию резиденции, нужно пройти все круги ада, и еще столько же – чтобы выйти.

Я насупилась, а внутри заклокотала нарастающая ярость. Я в клетке. Да, красивой, безукоризненной, но все же – клетке. И плевать, что прутья у нее золотые.

– И как же ты здесь оказался, Бастьян? – цепляясь за последние крупицы самообладания, спросила я.

Парень грустно улыбнулся, и в этой улыбке я прочла больше, чем он мог бы сказать. Бастьян понимал мое смятение и страх, прекрасно видел желание сбежать… Но помочь не смог бы.

– Я солдат штаба, Сандра, – напомнил он и красноречивым жестом указал на темно-зеленую военную форму, которая так напугала меня утром в лагере Химер при нашей первой встрече. – Мы обязаны вести отчетную документацию и предоставлять ее по завершении работ. Сегодня мой отряд занимался тем, что развозил по районам кровь для вампиров. Думаю, тебе не нужно напоминать, насколько это серьезно и какое количество бумаг нужно заполнять на каждый пакетик донорской…

Я вяло кивнула, уронив взгляд в пол. С каждым словом Бастьяна меня окутывало все большее отчаяние, тесно переплетенное с ужасающим бессилием.

– Я всегда отвожу документы о поставках крови в резиденцию Колдренов. Обычно мои дела здесь на этом заканчиваются, но сегодня мне «повезло» получить внеплановое задание по сопровождению.

За дверью послышали шаги, и мы оба настороженно замерли. Кто-то прошел мимо, даже не заглянув в комнату, однако мы с Бастьяном стали вести себя заметно тише.

– Может, это судьба? – едва слышно произнесла я и посмотрела на стража так жалобно, что парень не выдержал и отвернулся.

– Сандра, я понимаю, к чему ты клонишь, но помочь не смо…

– Я не прошу выводить меня отсюда! – резко перебила его я и заговорила быстрее. Чувство, что время на исходе, не давало покоя. – Просто свяжись с Химерами, скажи им, что я в беде…

– Сандра, – устало выдохнул Бастьян и покачал головой.

Я понимала, что он начнет меня отговаривать, а потому не дала парню и шанса начать это делать.