Вкус памяти - Таня Свон

После того как мои волосы перестали походить на перекати-поле, Илинка помогла мне принять ванну, которая тоже была в моем распоряжении. Там вампирша долго колдовала над моей кожей: залечивала ссадины на шее, полировала тело скрабами, увлажняла ароматными ягодными гелями и успокаивала воздушной пенкой. Почти все это я могла бы сделать и сама, но Илинка настояла. Ее присутствие здесь – приказ Хагена.

Я злилась на принца, который не оставил мне никакой свободы. Даже ванну принять не могу сама!

После купания, наконец смыв пыль и пот, я ощутила себя заново рожденной. Кожа дышала и сияла чистотой, тело казалось легким и отдохнувшим. На несколько секунд я даже позволила себе насладиться этим ощущением, отбросив прочь мысли о вампире, ради которого меня и прихорашивали.

Когда Илинка вновь усадила меня перед зеркалом и начала наносить макияж, за окном уже сгустились сумерки. Деревья заслоняли вид на город, но алую луну, выступившую из-за лохматого темного облака, я заметила сразу.

Красный диск отразился в зеркале и все оставшееся время сборов никуда не уходил. Луна будто следила за мной налитым кровью оком.

Илинка сделала мне легкий макияж, подчеркнув ресницы и выделив розовым блеском губы. Часть моих локонов она собрала наверх и закрепила заколкой с прозрачным сверкающим камнем, а часть оставила распущенными. Чуть волнистые пряди спадали на плечи, открытые в элегантном, доходящем до щиколоток платье. Оно плотно облегало фигуру, подчеркивая и аккуратную грудь, и стройную талию, и бедра. Наряд из безупречно белой ткани выглядел очень дорого и изысканно, хоть и имел совершенно простой фасон.

– Вы настоящая принцесса, – выдохнула Илинка, любуясь результатом своей работы, а меня вдруг словно молнией прошило.

Сколько раз я уже слышала это обращение? И каждый раз оно звучит по-разному. С издевкой от того вампира, который выслеживал меня среди Химер. С насмешкой от Нокса. С восхищением от Илинки.

Я грустно глянула в зеркало, и сердце пропустило удар. Еще никогда в своей жизни я не была настолько красивой. Как жаль, что вся эта безупречная обертка – только ради Хагена.

Вот только зачем? К чему этот маскарад, если принцу нужен лишь меч? Или Колдрен настолько привык к роскоши, что не посмеет посадить с собой за стол кого-то вроде… прежней меня?

Пока Илинка вела меня по безлюдным коридорам резиденции, луна бежала за нами, заглядывая в окна. Она следила за мной, окрашивала белое платье в кроваво-красный цвет и будто пыталась что-то сказать.

– Господин Колдрен ждет вас за этой дверью, – поклонилась Илинка, оставив меня перед входом в следующий зал.

Здесь царил полумрак, разбавляемый лишь светом пары тусклых ламп, спрятанных в стенных нишах. А потому я засомневалась, действительно ли Илинка мне ободряюще улыбнулась или это только привиделось. Вампирша торопливо исчезла в коридорах, по которым мы сюда пришли, и в небольшом зале перед резной дверью я осталась одна.

Я вслушивалась в тишину, пытаясь уловить по ту сторону двери признаки жизни, но слышала лишь собственное дыхание и трепет напуганного сердца. Должна ли я ждать, когда Хаген меня позовет, или стоит постучаться самой? Нужно ли мне вообще идти с ним на встречу? Может, сбежать, пока не поздно?

Я резко тряхнула головой, прогоняя навязчивые мысли. Нет смысла противиться воле столь могущественного вампира. Да и чего я добьюсь, проигнорировав этот жест гостеприимства? Обозлю Хагена и окончательно настрою его против себя, лишившись всякого шанса выторговать свободу.

Нужно быть умнее, расчетливее. Жаль, что мои эмоции порой оказываются сильнее рассудка…

Глубоко вдохнув, я толкнула дверь, прежде чем успела передумать. Удар сердца – и я оказалась в небольшой, тускло освещенной свечами комнате.