Никаких принцесс! - Мария Сакрытина

А еще висп — это национальный символ. Есть специальный закон, по которому виспов запрещается вывозить (совершенно бесполезный, потому что эти твари тут же дохнут, стоит их увезти из Садов), а также убивать (это приравнивается к убийству феи), калечить (опять же как фею) или наносить вред любым другим способом (то есть обкормить цветочным «молоком» и затискать тоже нельзя — был случай, когда одну высокую гостью из эльфов чуть не казнили за это).

О виспах много пишут, а по преданиям, один из то ли эльфийских, то ли все-таки человеческих художников как-то решил польстить королеве и изобразил ее а-ля висп. Королеве очень понравился свой портрет с крыльями бабочки, ее даже не смутило, что изображена она перелетающей с цветка на цветок. Она повесила портрет в спальне, осыпала художника милостью… Конечно, другие живописцы тут же просекли, что нужно сделать, чтобы Ее Величество дала и им столько же розовой пыльцы, сколько они весят (то есть очень много — пыльца ведь легкая). В общем, королеву и ее фрейлин стали изображать виспами все, кому не лень. Считается, оттуда и пошла традиция рисовать Ее Величество на парадном портрете в виде привычной моему миру сказочной феи.

На самом деле никаких крыльев у королев и их подруг нет. Да и зачем? Делать Ее Величеству больше нечего, как цветы опылять. Но летать они, конечно, могут. Правда, редко — как мама говорила, только в исключительных случаях. И маленькими, размера этих самых бабочек, они не становятся. Впрочем, все феи и так крайне миниатюрны — я дылда на их фоне. Роз, кстати, тоже. Бабушка говорила, что это все человеческая дурная кровь, а виновата мама — не умеет выбирать мужчин. Вот бабуля в свое время выбирала только самых породистых принцев, изучая их родословную до пятидесятого колена. Поэтому мама получилась настоящей феей. А мы с Роз — так, какие-то, прости господи… Даже назвать это стыдно.

В общем, о бабушке у меня воспоминания самые приятные. О Садах в принципе тоже, но я помню их другими. Не пустыми, как сейчас, не такими мирными и спокойными. Рядом со мной, шестилетней, обязательно кто-то носился, какой-нибудь висп дергал за волосы, какая-нибудь юная феечка пыталась заплести в них цветы, а они неизбежно превращались в крапиву, и это было жуть как больно, когда крапива стегает по лицу и шее…

Когда мама забрала меня в Сады на три дня раньше, я морально подготовилась. Оделась неброско и так, чтобы не жалко было порвать. Ну и чтобы открытых мест было не очень много — я привыкла чесаться от золотой пыльцы, помните? Я бы еще на голову шляпу нацепила, желательно с вуалью, но оказалось, в Сиерне они давно вышли из моды, и даже коронованная главная горничная не смогла мне найти ни одну. Тогда я подумала, что если что, буду защищаться от пыльцы волосами. Не зря же они у меня такие пышные и длинные.

Габриэль, когда меня увидел, поинтересовался, нужен ли мне меч на пояс или доспехи. Сказал, подойдут к костюму. Да, я оделась в мужской охотничий наряд, подозреваю, кого-то из пажей, поэтому он так жмет в груди. Зато все закрыто.

Но маме, конечно, не понравится.

А зря — на крашеной коричневой коже золотая пыльца смотрится очень экстравагантно. А уж когда трое висп притаскивают мне откуда-то венок из фиалок и кладут на голову, я начинаю чувствовать себя настоящей принцессой.

Дурацкое чувство, если честно.

Да, мама забрала меня пораньше. Во-первых, она поняла, что с добрыми делами, когда у меня депрессия, ничего не выйдет. Во-вторых, ей написал Ромион, когда я наутро после ссоры с Дамианом отказалась вставать с кровати, объявила, что жизнь ужасна, и даже принудительное купание в ванной, устроенное мне Габриэлем, не помогло.

Мама примчалась очень быстро, первым же делом обвинила во всем Ромиона, потом — его брата. Дескать, они оба плохо на меня влияют. Конечно же, слушать о том, что на меня кто-то нападет в Садах, она даже не стала. Сады безопасны — это аксиома, и она не обсуждается.

Пообщавшись таким образом с королем Сиерны (он только чудом отговорил ее от посещения темницы и разговора с Дамианом), мама навестила меня, попытавшись в ультимативной форме напомнить про добрые дела и «времени осталось совсем немного».

Я послала ее вместе с делами и временем — кажется, бедняге Ромиону тоже что-то досталось, — потом устроила истерику с битьем всего, что можно и нельзя (например, у меня получилось разбить стул, не знаю как: когда позже я попыталась поднять второй такой же, у меня не вышло).

Мама очень удивилась. Она потом говорила Ромиону — пока горничные закатывали меня в смирительный плед, — что Виола всегда была спокойной девочкой в отличие от ее сестры и совсем никогда не била стулья. И что же такое случилось со спокойной девочкой Виолой, что она вдруг пошла вразнос?

На этот вопрос я сделала стойку и ответила куда эмоциональнее Ромиона. Даже плед меня не смирил. Я рассказала, как меня заперли в башне, как нарушили мои права и какой Дамиан мерзавец, что заставляет меня страдать даже сейчас, когда он сидит в темнице, а я торчу тут, в пледе, и захлебываюсь успокоительным чаем.

Лично мне чай не помог, а вот мама успокоилась. Отослав Ромиона (ага, как лакея — бедный король!), она полночи рассказывала мне, что все мужчины — ослы, а демонологи — ослы в квадрате. И «тебе просто нужно выбирать любовников тщательнее, мой цветочек». Я пообещала ей, что никого и никогда больше выбирать не буду. Еще я, кажется, пообещала, что буду злиться на Дамиана вечно. Надо ли говорить, что вместо этого он полночи снился мне, бедный и несчастный, в цепях в темнице. У меня сердце кровью обливалось, но я собрала волю в кулак и попросила маму забрать меня пораньше. Мама согласилась.

Я настояла на том, что доберусь до столицы королевства фей (если можно назвать столицей огромный сад) самостоятельно, а мама пусть идет заниматься своими делами, потому что я хочу побыть одна, подумать и успокоиться.

Мама согласилась и на это. Действительно, прогулка по цветущим садам в солнечный день должна обладать терапевтическим эффектом. Тем более маме совсем не хотелось, чтобы я топтала цветы, орала на висп и билась в истерике в ее дворце. Пусть лучше я все это делаю в Сиерне. Ромиона ей не жалко.

Так что с утра пораньше я оделась, приготовилась, хмуро попрощалась с явившимся меня провожать королем Сиерны (он пытался вручить мне какие-то амулеты, но я гордо отказалась). Я даже стойко не поинтересовалась, как там Дамиан, — потому что меня не волнует состояние всяких там демонологов! Меня вообще не волнуют всякие там демонологи! А конкретно Дамиана я больше знать не хочу! И почему он постоянно лезет мне в голову?! Кто ему позволил?!

Так что я шагнула в портал и вот уже второй час иду по бесконечным садам, то и дело спрашивая у висп направление. Они что-то пищат в ответ, но я не понимаю, тогда они выстраиваются в воздухе в огромную указательную стрелу — то направление я и выбираю. Честно говоря, мне все равно, куда я в итоге попаду. Выберусь как-нибудь, нестрашно.

К концу третьего часа, устав, я сажусь прямо у обочины дороги — в траву и цветы, чуть не придавив парочку замешкавшихся висп. Они взволнованно кружат надо мной какое-то время, потом начинают приносить цветы. Наверное, я должна сплести из них венок… А, черт с ними, плету. Руки лучше чем-то занять, тогда не надо страдать из-за всяких там… Ну вы поняли.