Небо после бури - Саба Тахир

Фарис тащит меня от стены, а я, кривляюсь от боли, прижимаю ладонь к шее. Мимо моего уха со свистом проносится стрела.

– Пошли, – он подгоняет меня. – На другой стороне площади есть люк, который ведет прямо в туннели. Если поторопимся, успеем до него добраться.

Мы бежим через площадь, прячась за остатками погребальных костров. Но варваров слишком много, а кучки обгоревших поленьев едва ли годятся в качестве укрытия.

– Сорокопут! – раздается предупреждающий крик Фариса.

Я слышу свист очередной стрелы, а потом наконечник пронзает мою незащищенное плечо. Я невольно вздрагиваю и скрежещу зубами от боли. Рубашка сразу же пропитывается кровью. Следующая стрела попадает мне в бедро.

– Ф-фарис…

Я падаю на одно колено. Из предплечья и плеча Фариса торчат две стрелы, но он помогает мне встать на ноги. Мы кое-как тащимся дальше. Еще дважды мой друг содрогается всем телом. Но он продолжает идти, тащит меня за собой мимо куч головешек и пепла. Нам удается благополучно преодолеть небольшое открытое пространство, и мы ныряем в узкий переулок, заваленный костями, мусором и битым стеклом.

– Сюда. – Мой взгляд выхватывает позеленевший медный диск. – Люк.

Я без сил опускаюсь на землю, пытаюсь открыть крышку. Перед глазами все плывет. Но я выживу, только бы мне убраться отсюда, укрыться там, где я смогу исцелить свои раны.

– Никак… не открыть…

Фарис хватается обеими руками за край крышки и приподнимает ее. Из-за поворота доносится вой карконов.

Мой друг оглядывается, потом смотрит на меня. Если мы спустимся в подземелье вместе, враги ворвутся туда за нами и тогда нам конец.

– Сорокопут, послушай меня…

– Даже не думай, Фарис Канделан! Молчи, черт бы тебя побрал!

– Выживет только один из нас, – упрямо продолжает он. Лицо у Фариса белое, как полотно, по телу бегут судороги – большая потеря крови, шок. – Они будут здесь через минуту. Я останусь и выиграю для тебя время. Беги.

– Я тоже ранена. Может, я и сама не выберусь.

Очередной приступ головокружения. Карконы, судя по воплям, уже совсем близко. Они кричат так громко… Слишком громко…

– Ты выберешься. Уходи.

– Капитан Фарис Канделан, я приказываю тебе спускаться в этот туннель, немедленно…

– Мне конец, – хрипит он. – Но еще на одно сражение сил хватит. Это будет мой последний бой. Империи нужен ее Сорокопут. А я Империи не нужен.

Пристальный взгляд его светлых глаз устремлен на меня, и у меня перехватывает дыхание.

Нет. Нет. Я знаю Фариса с шести лет – с тех пор, как мы подыхали с голоду в загоне для детей-новобранцев, в Блэклифе. Фарис мог рассмешить Элиаса даже тогда, когда тот находился в самом мрачном настроении. Только благодаря Фарису я не сошла с ума после того, как Маркус приказал нам выследить Элиаса и схватить его. Фарис в первый раз отвел меня в заведение мадам Хиры, он был личным телохранителем моей сестры. Только не Фарис. Пожалуйста, только не Фарис.

– Повторяю, спускайся, это приказ…

Но он не дает мне договорить, хватает за лямки доспехов и запихивает в дыру. Я неловко приземляюсь, колени подгибаются.

– Фарис, ты идиот…

Я поднимаю голову и вижу его силуэт на фоне светлеющего неба.

– Для меня было большой честью служить под твоим командованием, Элен Аквилла, – говорит он. – Передавай привет Элиасу, если увидишь его. И ради всего святого, прекрати, наконец, страдания Харпера. Бедняга должен получить хотя бы одну ночь после всего, что ему пришлось испытать по твоей милости.

Я разражаюсь истерическим смехом, по моему лицу струится что-то соленое, не знаю, пот, слезы или кровь. Карконы лают, как псы. Фарис берет меч и ногой задвигает на место крышку люка. Я слышу звон стали и боевой клич моего друга, который идет навстречу врагу в последний раз.

– Верность до конца!

Спотыкаясь, я иду на свет факела. Откуда здесь взялся факел? «Какая, к черту, разница. Иди вперед». Когда я доползаю до него, шум и возня наверху прекращаются. Несколько долгих минут я прислушиваюсь в надежде услышать скрежет отодвигаемой крышки люка. В надежде на то, что мой друг появится внизу.

Но он не приходит.

«Он мертв. Черт побери. Фарис мертв». Он погиб по моей вине, точно так же, как мои родители и сестра, Кухарка, Деметриус и Леандр, Тристас и Эннис. Почему я живу, когда их уже нет? Я не заслуживаю этой жизни.

Но, быть может, смерть настигнет и меня в этих темных туннелях под городом, который я обязана была спасти.

Но нет. Я не могу умереть. Слишком многое брошено на чашу весов. И слишком многое уже потеряно. Карконы найдут тела стражников. Они найдут Фариса. А потом они придут за мной.

«Империи нужен ее Сорокопут». Я не могу пошевелить ни рукой, ни ногой, но заставляю себя подняться на четвереньки и волоку свое израненное, кровоточащее тело по грязи и вонючим лужам, взывая к небесам, чтобы жертва моего друга не оказалась напрасной.