Верните мое тело! - Лючия фон Беренготт

– ЫЫЫ...

Зашедший в этот момент в комнату священник был крайне удивлен увиденной сценой – стоящий на коленях воющий Ольф и склонившийся над ним виконт.

– Браво, виконт! – похвалил священник. – Скажу откровенно, мне никогда не доводилось видеть столь быстрого раскаяния. Чем вы его проняли? Рассказали о грехе лжи или обещали выпороть? Или он так боится за жизнь?

– Да поможет нам небо, святой отец! Это она в его образе! Им удалось вернуть её так! Это она! Ника! В этом огрызке! – он восторженно слегка потряс её за плечи.

– Я не очень молод, – отводя взгляд, произнес священник, – для таких сюрпризов. Мне кажется, пора на покой. Нужно оставить работу идущим после тебя. Я слабею, виконт. У меня сейчас мозги слегка… вскипели, – он вытер лоб тыльной стороной ладони.

– Я ошарашен не меньше! Да что там, больше вашего! Эй, я рад тебя видеть, Ника! Плевать, что ты в этом теле, не плачь! Я рад, повторяю. Так рад! Если бы с тобой случилось невозвратное, я не простил бы себе! Мы вернем тебе тело, чего бы мне это ни стоило, вот увидишь! Не плачь давай, расскажи же мне, что у вас вышло там.

Ника, плача непрерывно, срываясь иногда от неловких похлопываний виконта по её плечу, как могла рассказала происшедшее с ней до этого момента.

– Амулет крови? – встрепенулся ошарашенно слушающий священник. – У тебя? Сейчас?

– Да, – испугавшись и с большой надеждой на чудо прошептала Ника.

– Это невероятная удача! Когда была взята кровь?

Ника объяснила точнее.

– Я не хочу зарекаться, – осторожно произнес священник. – Нужно проверить записи, но мне кажется, появился неплохой шанс!

Ника, затаив дыхание, следила за каждым его словом.

– Вы сможете, святой отец! Ну же?! Решайтесь! – начал давить виконт.

– Я думаю, да. Нужно дать той выпить эссенции, добавлю в неё дистиллят её крови. И тогда да, должно. Пойти.

– Готовьте вашу смесь, святой отец, – гаркнул виконт. – Не ждите же!

Священник, нелепо кивнув, быстрым шагом покинул помещение.

– Ника, – ласково глядя через глаза прямо куда-то ей в душу, произнес он. – Привет!

– Привет, – боясь поверить в успех ответила Ника. – Они не смогли обмануть вас?

– Нет, не смогли, – широко улыбнулся он. – Я приготовился играть в сложнейшую игру, правда зная карты соперника. А у меня – джокер!

– Вы имеете в виду меня? – скромно потупилась она.

– Конечно! Ты – карта удачи, я чувствую!

– А что значит, вы знаете карты соперника?

– Эта, в твоём теле, ты знаешь кто?

– Конечно, моя подруга Маринка, лживая лицемерка.

– И не только! – радостно потёр он руки. – Забудь пока про неё. Ты голодна? Я не держал бы тебя в подвале, зная, что это ты. Мне нужно как-то компенсировать тебе вред! Сколько ты там провела?

– Ничего страшного, – пожала плечами Ника. – Хотя, конечно, очень страшно. Очень, – она поёжилась, вспоминая темноту подвала.

– Я велю зажарить мяса, а пока принесу тебе молока, – он дернулся к двери.

– Спасибо, – только теперь поняв, что у неё нет больше никаких сил, Ника опустилась прямо на пол, сев мимо подогнутых ног.

– Я сейчас, не раскисай! Жди! – он ринулся прочь.

Через какое-то продолжительное время накормленная и разомлевшая Ника очумело слушала, как виконт со священник обсуждают план действий.

– Через час снадобье будет готово, – объяснял монах. – Главное её не спугнуть, будет открывать портал, будет пить воду, лишаясь сил. Туда ей подольёшь. Тогда вообще всё легко должно быть.

– Подольёшь? Не боишься её? – узнавал виконт.

– Я ей всю физиономию бы расцарапала, вот так её боюсь. Как врала мне всё время... Как притворялась... Дрянь же?

– Дрянь, – согласно кивнул он. – Всё у нас получится!

– Я бы очень хотела вернуться в себя! Очень! Поговорить не из этого вот обличья.

– Я очень жду этой встречи Ника. Назвавшая салат в честь святой Клары, – его лицо осветила мягкая улыбка. – Знаешь, а я вижу тебя там, в глазах.

Ника грустно улыбнулась, пожав слегка плечами:

– Я тут как пойманное в клетку эхо самой себя.

– Давай убирать тебя из клетки, – кивнул он. – продолжая глядеть ей глубоко в глаза.

– Давай, – мягко согласилась она, кивнув дурацкой головой Ольфа.

– Давайте, – поддержал монах. – Доверимся небесам, вперед!

***

Когда в комнату, наполненную вещами для открытия портала, ввели Маринку, она первым и пытливым взглядом попыталась выведать у Ники, не сломалась ли та? Увидев твёрдую её уверенность, Маринка успокоилась и еще раз обговорив с виконтом задание, начала смешивать ингредиенты. Двигая реторты и чашки перед собой, она совершенно не обращала внимания на стоящий сбоку и сзади кувшин для питья. Просто время от времени протягивая вбок руку и отхлебывая из кувшина. После второго такого отхлебывания Ника, вытащив из-за пояса мензурку с приготовленной монахом жидкостью, легко вылила её в кувшин.

Маринка пила раза три и успела уже создать в реторте серебристую амальгаму, которую уже можно было лить на пол, как помнила с прошлого раза Ника. Как вдруг пошатнулась, и в недоумении схватилась за висок. Её брови начали гневно подниматься, рот возмущённо открылся, стараясь сказать что-то в последний момент. Но всё вокруг работало быстрее, чем её затуманившиеся сознание и не успевшая сказать и слова Маринка была подхвачена в последний момент метнувшимся к ней виконтом. Закатившую глаза Маринку аккуратно уложили на пол.

– Быстрее, – протянул Нику другую мензурку священник.

Ника кивнула им и немедленно выпила содержимое и заранее опустилась на пол, по знакомой уже, к сожалению, процедуре.

Сознание, подхваченное легким, необъяснимым ветерком, легко закружило голову, и уложив Нику на спину, покинуло её, сбежав, словно птица из клетки.

Пришла она в себя непонятно после какого количества времени. Голова всё так же дико кружилась, руки были ватными от лежания в неудобной позе, затекло вообще всё, что могло.

Первым, что осознанно понял просыпающийся мозг, это была картина, где с каким-то тихим бешенством восторга в глазах смотрел на неё виконт, ожидающий её осмысленного взгляда. Внимательный взгляд священника и безумное, не верящее происходящему качание головой сидящего напротив Ольфа.

Ника поднесла к глазам руку и не особенно внимательно наискосок оглядела палец. Палец был похож. Не дав себе поверить и жутчайше боясь разочарования Ника чуть внимательнее оглядела свою ладонь и, схватив себя за щёки, радостна завизжала!

Подсевший к ней на корточки виконт, легко взял её за ладони и придерживая их в руках как невесомую ткань, светло улыбнулся.