Дом с сотней часов - Энн Мэри Хауэлл

Хелена сидела рядом с отцом на берегу реки. Небо было чистым, словно решение загадки дома с часами разогнало облака и лето наконец расцвело во всей своей красе. Болтая ногами в колышущейся воде, девочка подняла голову и проследила за сине-зелёными крыльями попугая, парившего над ивами.

– Oрбит! – устало позвала она. – Спускайся, пожалуйста, милая птичка! – Лёгкий ветерок ерошил ей волосы, свистел в ушах. Мимо пролетела рыжая бабочка. – Орбит! – снова крикнула Хелена в небо.

Отец заботливо положил руку ей на плечо. Они весь день ходили вдоль реки, отец нёс клетку, а Хелена, держа в вытянутой руке кусочки яблока и горсть семечек, пыталась подманить попугая. Иногда он спускался так низко, что задевал хвостом макушку девочки, но тут же снова взмывал вверх.

Люди в лодках с восторгом глазели на попугая, тараторящего в ветвях деревьев детские считалочки.

Велосипедисты, виляя, замедляли скорость и смеялись.

Прохожие останавливались и сочувственно наблюдали за усилиями отца и дочери.

Когда накануне вечером Хелена вернулась домой с пустой клеткой, отец удивлённо смотрел с порога, как Евангелина Уэсткотт выходит из экипажа в сопровождении мужа и дочери, и слышал, как мистер Уэсткотт посоветовал Кэтрин безотлагательно вернуться в Лондон. Кэтрин явно возмутило это предложение, но спорить она не стала. Прощаясь с Флоренс, она наставительно сказала:

– Только ни в коем случае не бросай учёбу. Дай бог, чтобы жизнь подарила тебе возможности, которых никогда не было у меня. – И щёки её расцвели румянцем.

Хелена надеялась, что мистер Уэсткотт когда-нибудь простит сестру и они найдут способ помириться. Хотя, судя по холодному взгляду мистера Уэсткотта, произойдёт это очень нескоро.

– Я чуть с ума не сошёл, – сказал накануне вечером отец, забирая у Хелены клетку. – Поезд опоздал, а когда я наконец добрался сюда, то нашёл пустой дом с остановившимися часами.

Тогда Хелена расплакалась и, уткнувшись ему в грудь, объяснила, как пропал Орбит. Отец гладил её по голове и успокаивал, обещая рано утром пойти к реке и попытаться поймать упрямую птицу. Они приехали сюда на рассвете, провели здесь целый день, но Орбит не хотел спускаться.

– Пожалуйста, поедем домой! – снова крикнула Хелена, запрокинув голову вверх и бренча привязанным к клетке зеркальцем.

Флоренс нашла свою маму, и Хелена была за неё рада. Но её собственная мать уже никогда не вернётся, а теперь последнее напоминание о ней улетело в небо. Сердце у девочки щемило, когда она вспоминала руки матери, её журчащий смех и занятия с попугаем.

– Орбит – всё, что осталось мне от мамы, я не перенесу разлуки с ним, – надтреснутым голосом произнесла Хелена.

– Это не так, дорогая, твоя мама всегда здесь. – Отец постучал себя по груди в районе сердца. – Она часть тебя и останется в душе на всю жизнь.

– Но я никогда больше не услышу её смеха, – заплакала девочка.

Отец привлёк дочь к себе и прижался колючей бородой к её волосам.

– Мама обожала этого попугая, но Орбит всего лишь подражал ей. Птицам нужна свобода. Помнишь, как мама выпускала его из клетки и он кругами летал по комнате?

Хелена кивнула и вытерла слёзы.

– И как трудно было заманить его назад. Больше всего он любит летать.