Рабыня драконьей крови. Часть 2 - Сильвия Лайм

– Да, теперь вопросов нет, – выдохнула я, закрывая глаза ладонью, лишь бы не видеть этого ужаса. – Ну и ладно, спасибо, что хоть не всю одежду испортил, а только половину… – проговорила, протягивая руку к одному из нарядов, что висел подальше от наглого животного.

Это оказалось легкое платье из тончайшего светло-розового шелка, подпоясанное красивой золотой цепочкой. Недолго рассматривая раздобытое сокровище, я осторожно надела его и подошла к зеркалу.

Тонкий, но чуть усиленный лиф красиво очерчивал грудь, демонстрируя довольно глубокое декольте. Золотая цепочка на поясе неожиданно хорошо контрастировала с волосами, распустившимися по плечам незнакомыми солнечными волнами.

С момента своего попадания в этот мир на волосы я старалась не смотреть. Потому что стоило подойти к зеркалу, как оказывалось, что они будто бы стали длиннее и ярче. Теперь от моей довольно-таки обычной русой шевелюры, как я любила говаривать: с персиковым отливом, совершенно ничего не осталось, кроме этого самого отлива. Сейчас шевелюра была ярко-золотой, отдающей в розовый.

И если бы я не видела этот цвет собственными глазами, сказала бы, что привиделось.

И теперь девушка в зеркале выглядела ужасно знакомой и чужой одновременно. Не верилось, что вот так могу выглядеть… я.

Но, немного встряхнувшись, я отбросила пагубное самолюбование, постаравшись не зацикливаться на собственной внешности, пока это не вошло в привычку, и стала озираться по сторонам в поисках любимых и по совместительству единственных сережек.

Нахмурилась, вспоминая, куда положила украшение перед тем, как пойти в ванную, и вдруг обнаружила… что их нет на месте.

– Это еще что за фокусы… – выдохнула, думая, что перегрелась в горячей воде.

Я быстро обежала всю комнату, заглянула под кровать и в ванную, но украшения нигде не было!

А затем резко замерла, вспомнив необычную служанку, которая сегодня принесла завтрак.

– Очень странно, – выдохнула тихо, краем глаза замечая, что ирлис наконец-то выпрыгнул из шкафа, и обратившись к засоне: – А вот ты, между прочим, мог бы и проследить за странными субъектами, проникающими в наши с тобой покои! – бросила я ему, кусая губы. Серёжки действительно было очень жалко.

Ирлис дернул хвостом, даже не думая глядеть мою сторону. Затем красноречиво зевнул.

– Да-да, я поняла, что ты очень сладко спал, – проговорила я расстроенно и села на кровать. – Что же теперь делать? Не могу же я обвинять кого-то в воровстве, не имея к тому никаких доказательств? Может быть, я действительно сама потеряла эти серёжки? Вдруг они завалились куда-нибудь за матрас или вообще ты их утащил? – погладила я за ухом черного зверька.

По всему выходило, что украшение могло деться совершенно куда угодно.

Но ирлис тут же убрал от меня голову и фыркнул. А стоило мне протянуть руку к тарелке с едой, как он взял и вдруг прыгнул на поднос, перевернув его на ковёр.

– Эй, ты что творишь?! – взвизгнула я. – Ты не представляешь, как мне есть хочется! – возмутилась я уже совершенно расстроенно, вскочив с кровати. – Ну и что мне теперь делать? Есть с ковра? Хорошо хоть, платье не испачкал…

Я отошла от постели, понятия не имея, как поступить дальше. По-хорошему, было бы неплохо найти тазик, губку и какие-нибудь чистящие средства, потом прибраться тут, однако что-то мне подсказывало: среди дорогущих платьев и сундучков с украшениями вряд ли завалялись несколько швабр с половыми тряпками.

– Прекрасно… просто прекрасно, – пробормотала я устало, закрыв глаза.

И вдруг почувствовала на своей шее прохладное до мурашек дыхание. А затем услышала тихий бархатистый голос, от которого всё внутри начало потихоньку переворачиваться:

– Согласен… действительно прекрасна…

А в следующий миг к моему уху едва заметно прикоснулись чужие губы. Осторожно, едва ощутимо и будто случайно.

Я резко повернула голову, уже зная, кого увижу перед собой.

За спиной раздалось тихое шипение Гвенвина.

– Ренвиэль Эстерийский, – выдохнула я, однако все еще не веря своим глазам.

Но это была правда. Передо мной действительно стоял наследный княжич вампирского государства.

– Давно не виделись, моя сладкая девочка, – проговорил он мягко, взяв меня за руку и прикоснувшись губами к тыльной стороне ладони.

Меня бросило в дрожь. Кончики пальцев похолодели, а внутри, где-то под желудком, словно свилось змеиное кольцо ядовитого жара.

Дикие, хрустально голубые глаза напротив смотрели на меня, не отрываясь.

Ренвиэль Эстерийский был невероятно красив, но такой морозной и злой красотой, о грани которой, казалось, можно обрезаться. Его льдисто-белые волосы падали на глаза, едва прикрывая уши, но лежали в столь идеальном порядке, будто он был статуей, высеченной из мрамора. С одной стороны прямо под острыми кончиками снежных прядей виднелась длинная сережка, блестящая голубым кристаллом. Падая на нее, свет преломлялся на разноцветные блики, играющие затем на мощной мускулистой шее и широких плечах, спрятанных под бело-голубым камзолом.

В этот миг княжич замер, медленно переведя взгляд на зажатую в собственных пальцах добычу.

Я невольно посмотрела на свою руку вслед за ним и с трудом сдержала улыбку. Ренвиэль глядел на два разноцветных кольца, обхватывающих мои пальцы.

Перстни имперских принцев: Айдена и Сирглинариона.

В душе всколыхнулась мрачная радость. Я впервые была счастлива носить два этих возмутительный символа, означающих мою принадлежность мужчинам, словно вещи.

Однако либо княжич прекрасно держал себя в руках, либо его это нисколько не смутило, потому что на мягких алых губах продолжала алеть опасная улыбка.

– Что вы здесь делаете? Как попали в мою комнату? – осторожно спросила я, стараясь не выдать страха и какого-то сковывающего чувства внутри.

– Я соскучился, этого мало? – игриво ответил он, приподняв темные брови. – А проник сюда без особого труда, – добавил, изящным движением указав в сторону двери.

Я посмотрела туда же и заметила, что дверь действительно приоткрыта. Будто она вообще никогда не была заперта.

– Ко мне теперь можно входить всем, кому попало? – возмущенно выдохнула я, вспоминая утреннюю служанку и собственные исчезнувшие серьги.

– Кому попало? – переспросил вампир, и его чёрные с изломом брови нарочито удивленно взлетели вверх. – Я могу и обидеться, моя драгоценная.

Я вздрогнула и наконец высвободила собственную руку из его захвата. Княжич нехотя отпустил, выпрямился и сцепил кисти за спиной.

– Я не имела в виду вас, Ренвиэль, – осторожно проговорила, понятия не имея, как нужно обращаться к вампирскому наследнику престола. – Хотя и вы тоже, насколько я понимаю, не должны находиться утром в покоях девушки, состоящей в атрисе драконьего принца, разве не так?