Рабыня драконьей крови. Часть 2 - Сильвия Лайм

Создавалось впечатление, что Ренвиэль всеми силами пытался уверить меня в собственном… расположении? Увлеченности? Влюбленности?..

В том, что я ему интересна.

Он сменил тактику. В его действиях больше не было нарочитого запугивания или безразличия на грани жестокости. Он начал дарить подарки, кормить и обходиться со мной, как с принцессой.

И если это не ухаживания за возлюбленной, то что?

Потому что в ухаживания верилось слабо.

– Чего ты добиваешься?

– Как тебе еда? – спросили мы одновременно.

Ренвиэль улыбнулся. Из-под алой верхней губы как-то игриво сверкнули клыки, которые вампир даже не пытался скрывать, в отличие от своих истинных мотивов.

– Ты первая, – кивнул он, скопировав мою позу и положив подбородок на сцепленные руки.

Я удивленно приподняла бровь, прищурившись.

– Утка – блеск, паштет – огонь, вино – вообще сказка, – выдала я, не отводя взгляда от блестящих голубых глаз.

Ренвиэль даже не моргал.

– Полагаю, что так и есть, – проговорил он неторопливо, – по крайней мере, это лучше, чем отравленный омлет, рассыпанный по ковру в твоей спальне. Дарки так не любят тебя, что хотят отравить?

Он сказал это все так невозмутимо, словно размышлял о бессмысленности сочетания салатовых кружев на лиловой юбке или нелепости турнюра в моде современных вампиров.

– Что ты сказал? Отравленный омлет?.. – выдохнула я, мгновенно вспоминая завтрак, который уронил на пол сегодня утром мой ирлис. Завтрак, от потери которого у меня сердце три раза кровью облилось, а желудок скрутился узелком. – Моя едва была отравлена?!

– А ты не знала? – с легкой иронией спросил княжич, приподняв бровь. – Я думал, ты потому и не стала его есть. От омлета так фонило эребулой, что не заметить было трудно.

– Я понятия не имею, что это такое и как оно пахнет, – проговорила я ошарашенно. – Эта эребула… меня убила бы?

На мгновение в сознание закралась мысль, что вампир лжет. Может, пытается запугать, но зачем?..

Страх все равно не пришел. Судя по всему, это была часть вампирского влияния, и теперь я вдруг ощутила это совершенно точно. На что еще, интересно, Ренвиэль умел воздействовать?..

– Не убила бы, – покачал головой княжич. – Из корней эребулы добывается особое масло. Его легко добавить в любое блюдо, где масло и так входит в рецепт. Подмена будет незаметна для любого, чье обоняние недостаточно развито. Для людей в первую очередь.

– Так что со мной было бы, если бы я все же позавтракала? – настойчиво выдохнула я, даже подавшись вперед.

Улыбка на губах княжича стала едва заметно шире.

– Ярость, – ответил он несколько туманно. – Ты была бы в бешенстве примерно десять часов. Любая мелочь была бы способна вывести тебя из равновесия, выключить разумную часть твоего сознания.

Я откинулась назад на стуле, так до конца и не веря. Однако тот факт, что Гвенвин лишил меня сомнительного удовольствия попробовать завтрак с сюрпризом, говорил о том, что Ренвиэль, скорее всего, не лжет. Ирлис меня защитил, ведь его обоняние гораздо лучше моего. Оставалось неясно только, откуда ему известен запах этой эребулы, ну да это уже не слишком важно. То, что мой диковинный зверь понимает гораздо больше, чем прикидывается, я узнала уже давно.

Также в копилку правдивости слов княжича можно было кинуть одну монету за факт появления в моих покоях новой служанки и еще одну – за пропажу сережек.

Вряд ли все это лишь череда совпадений. Скорее уж чья-то диверсия в мой адрес. Только вот чья?..

И вот тут у меня вдруг появился еще один вопрос к вампирскому наследничку.

– Как ты проник в мои покои? – спросила я, сдвинув брови и вспоминая, что и новая служанка сделала это легко и невозмутимо. А ведь Валира говорила, что сам Айден накладывал на мою дверь защитные заклинания, препятствующие появлению врагов.

Ренвиэль мгновенно понял, что я имею в виду. А вот то, что он решил не лгать, меня даже слегка удивило:

– После того как Айденион Огненнокрылый впал в кому от черного золота, печати, которыми он защитил твои покои, сломались, – проговорил он, на этот раз без улыбки. А затем пригубил вина из своего бокала.

Алые губы заблестели, и он неторопливо их облизал.

– Полагаю, что не только я сумел воспользоваться сложившейся ситуацией, не так ли?.. – приподняв бровь, спросил он. – Кто-то хочет тебе навредить, моя хорошая. Хочешь, я найду его и убью?

Он снова отпил из бокала и спокойно поставил его на стол. Металлическая ножка мягко легла на шелковую скатерть.

– Благодарю, – сжала губы я. – Полагаю, что если навредить мне хочет кто-то из дарков, то у тебя все равно не получится выполнить свое обещание, – фыркнула я в итоге.

И потянулась за кувшином, чтобы самостоятельно налить себе вина в опустевший бокал.

Ренвиэль поднялся так быстро, что я едва успела заметить. Выхватил у меня кувшин и, расположившись за левым плечом, медленно наполнил серебро чаши.

Когда пузатый кувшин так же тихо приземлился на стол, княжич склонился к моему уху и, опершись о столешницу по обеим сторонам от меня, выдохнул:

– Не стоит недооценивать меня, милая Селина… Убить дарка не так уж сложно… Тем более если делать это ради такой красивой женщины…

Горячее дыхание коснулось моей кожи, и вопреки ощущениям повеяло колючей стужей. Воздух вокруг, казалось, начал потрескивать от растущего напряжения.

Я на миг закрыла глаза, пытаясь прислушаться к тому, что происходит внутри меня, и… резко развернулась, взглянув в льдины мужских глаз.

Между нами оказалось не более ладони звенящего воздуха.

– Зачем я тебе нужна, Ренвиэль Эстерийский? – спросила я прямо и твердо, совершенно уверенная, что больше ему меня с мысли не сбить. И надеясь, что не ошибусь.

– Какие непростые вопросы ты задаешь, Селина, – ответил мужчина негромко, а затем вдруг обхватил мою ладонь, потянув на себя и заставив встать. – Разве знает сокол, почему он летает под облаками? Разве знает смертоволк, почему вынужден разрывать горло косуле, чтобы не умереть от голода?

– Ты сам отвечаешь на свои вопросы, Ренвиэль.

– Зови меня Рэн, – оборвал он, направляясь на широкий каменный балкон.

И через мгновение передо мной как на ладони раскинулся весь Шеллаэрде. Оказалось, что комната, в которой мы находились, располагалась на самой вершине огромной черной башни. До земли тут было так далеко, что перехватывало дыхание. Прохладный воздух щекотал ноздри, и казалось, вот-вот можно будет дотронуться до облаков.

А еще я видела вдали множество домов. Больших и маленьких, каменных и деревянных. Они располагались на приличном расстоянии от замка, словно дворец повелителей вампирского княжества нарочно выстроили подальше от жилищ простых горожан. У меня вдруг закралась мысль о том, что в этих домах могут вести свой скромный быт… люди. А вовсе не вампиры. Слишком уж обыкновенными смотрелись эти места.