Сердце крейсера - Галина Гончарова

— Жила бы и проживу.

— Это хорошо. Вы уверены, дорогая супруга, что не хотите скрепить наш брак брачной ночью?

Девушка наморщила нос:

— Увольте. Я слишком брезглива.

Интаро смотрел на ледяное, спокойное лицо. Аврора была равнодушна. Откровенно безразлична. Холодна, как ледяная скульптура.

И ее ничто не интересовало. В том числе и он сам. Что ж…

Адмирал сделал к ней шаг. Второй.

Ни движения. Ничего.

Так в себе уверена?

А Аврора и правда не боялась.

Она знала, что сможет справиться с любым человеком. С Висеном в том числе. Ее хорошо учили. Даже Рон проигрывал ей четыре схватки из десяти. У них были одни учителя, он был сильнее и массивнее, но она была резче, быстрее, неожиданнее…

Висена она сделает. Быстро и жестоко.

— Ты все равно будешь моей, — прошипел Интаро в самое ухо спокойно стоящей девушки. — Будешь… ты еще умолять меня будешь. На коленях.

— Хвалился кулик, что в болоте велик, — ответила Аврора одной из поговорок Рона. Угрозы ее не трогали.

Если Рон поймет ее — они сбегут вместе. И плевать на Висена. Если же нет…

Ей все равно будет наплевать.

Она уйдет одна. А Висен еще пожалеет.

План мести у Авроры был. И она отступала для виду. Чтобы выжить.

Проводив гостей, Калерия вернулась в комнату Авроры. Огляделась по сторонам.

Ее маленькая девочка. Ее родной ребенок. Солнышко любимое…

Да плевать на все!

Какой бы ее доченька ни была — это ничего не отменит. Она — одна. Она — Аврора, Роша, Рошенька, ее малышка и заинька. И Калерия будет любить свою девочку — любой. Если Рон уйдет, она поможет малышке справиться с этой трагедией. И обязательно найдется тот, кто будет любить ее девочку.

Просто так.

Потому что она есть на этом свете.

Дочка моя родная…

Калерия коснулась фотографии Авроры.

— Дина, Мисико… у нас замечательная дочурка. И я все для нее сделаю.

Уйти? Спрятаться? Жить под чужим именем?

Ради родного ребенка Калерия готова была еще десять раз по десять лет прогибаться перед Сарном. Не то что пойти на такие мелочи!

Скорее бы…

Аврора была спокойна и бесстрастна. Что бы с ней ни происходило. И когда их корабль приземлился на Вашингтоне — она не изменила себе.

Комбинезон. Коса. Ни грамма косметики. И отстраненный, холодный взгляд.

Хотя это давалось ей с трудом.

Интаро обращался с ней подчеркнуто… влюбленно. Смотрел телячьими глазами, обнимал при каждом удобном случае, целовал в щечку, гладил по волосам…

Послать его к черту она не могла. Нельзя. Но и выносить это…

Неприятно? Не то слово!

Омерзительно!!!

И самое противное, что это видел весь корабль. Видели, сочувствовали… и ничего не предпринимали!!!

Твари!

Хотя… что они могли?

«Ты сама согласилась. Сама подписала контракт.

Сейчас ты должна выждать. И ударить так, чтобы Висен никогда не поднялся с колен. Ты сможешь.

А пока терпи.

Ты — робот. Просто человекообразный робот. Тебе все безразлично.

Взгляды. Вздохи. Шепотки за спиной. Сплетни. Слухи…

Тебя ничто не волнует».

С этим настроением Аврора и ходила по кораблю. Единственное, что она себе позволила, заглянуть к врачу и взять у него успокоительное.

Врач смотрел с сочувствием. Но советов не давал. И Аврора, подумав, попросила еще снотворное.

И не встретила отказа. Хотя спала она хорошо. Просто… мало ли что.

Корабельный доктор отнесся к ее просьбе с пониманием.

Выдал ей несколько снадобий и пригласил заходить в любое время.

Мало ли что…

Аврора кивнула.

Посвящать всех в подробности сделки с Висеном она не собиралась. Но подозревала, что медицинская помощь может ей понадобиться.

Может быть, даже психологическая. Она не могла связаться с Роном. С Калерией.

Не могла показать своего страха.

Гордость.

Хорошо хоть Кугуар гонял свою подопечную не за страх, а за совесть. И терпеть боль ей было не впервой. Только вот… Аврора не знала, что душа болит на порядок сильнее тела.

Но…

«Держись, девочка, держись…»

Адмирал Тиндарон Висен встречал сына в космопорте.

— Тар! Здравия желаю, тэр адмирал…

Интаро улыбнулся:

— Отец… Тэр адмирал, разрешите мне представить свою жену. Аврора Иридина Висен.

— Очень приятно.

Тиндарон разулыбался было, но осекся, натолкнувшись на ледяной взгляд черных глаз.

Так на него не смотрела еще ни одна женщина. Как на гибрид козла со слизняком с Терры-6.

— Не сомневаюсь, что вам приятно, — отчеканила Аврора. — Интаро Висен выполнил ваш приказ и перевыполнил. Полагаю, визит к Карлайлу Видрасё назначен на завтра?

— Н-на сегодня, — заикаясь, выдавил из себя Тиндарон.

— Вечер?

— Д-да.

— И наверняка меня записали к какому-нибудь дизайнеру, так?

Тиндарон только головой покачал.

— А ты не промах.

— Не дура. Так вернее.

— И?

— Много ли со мной будет проблем? Нет. Образ леди Висен входит в заключенное Интаро соглашение. Если он не нарушит его первым, я не сделаю ничего, что опозорит вашу семью. Куда мы едем?

Тиндарон молча кивнул на припаркованный рядом катер.

— Летим. Салон Флаймо Аварда.

— Надо показать товар лицом?

Тиндарон молча щелкнул брелоком сигнализации. Печатных выражений у него не осталось.

Аврора вела себя как последняя стерва. Но она имела на это полное право.

Леди Висен повергла Флаймо Аварда в шок, что называется, с порога.

Сначала — своей внешностью. Кругленький симпатичный мастер рассыпался в комплиментах, подбежал к Авроре, намереваясь взять ее за руку, — и вдруг замер.

Его аккуратно взяли в болевой захват. Да такой, что он даже пискнуть не мог.

— Комедию отставить, — скомандовала Аврора. — Или еще поучу.

— А… э…

— Мне нужно десять деловых костюмов — пять с брюками и пять с юбками, десять вечерних платьев, двенадцать юбок — фасон я укажу…