Бояться нужно молча - Мария Британ

Я срываюсь с места. Ник не успевает мне помешать. Удар. Мой или этого ублюдка – не разобрать. Мы двигаемся синхронно. Мне удается продержаться пару мгновений, но потом я теряю равновесие.

За спиной кричит Ник. Он не знает, что мой демон на свободе. Что, возможно, сегодня меня окончательно поглотит мрак.

Я падаю и подставляю ладонь. В запястье вспыхивает резкая боль. Марк обхватывает мою шею. Я прижимаюсь спиной к тому, кого хотела прикончить. На нас налетает Ник, но тварь уклоняется.

Злость отступает под напором боли. Какая же ты дура, Шейра.

– Дернешься – я сломаю ей шею! – хрипит Марк.

Ник поднимает руки.

– Хорошо.

– Сними линзы. Покажи им, кто ты на самом деле.

Проходит секунда. Вторая. Третья. С каждым мгновением я старею лет на десять и, когда счетчик замирает на отметке «двести», вижу то, о чем мечтала: белые глаза, чересчур человечные для сущности.

– Что… – Альба прикрывает глаза и трясет головой. – Что это значит?

– Он обманывал вас, да? – участливо спрашивает Марк. – Скажи громко, кто ты.

Нет, это не сон. Происходит что-то нехорошее. Что-то, не вписывающееся в законы Семерки. Что-то, наряженное в костюм джентльмена.

Мне больно смотреть на метания Ника. Система нашего города сломана. Назовите дату, когда идея Семерки дала трещину. Что-то пошло не так. Только я не заметила, что именно.

– Скажи, кто ты! – Грудь Марка сотрясают судороги.

– Я – сущность, – почти беззвучно шепчет Ник.

– Громче!

– Я – сущность! Сущность!

Держись, Альба, держись. Кто, если не ты, будет меня ненавидеть?

– Это шутка, да? – нервно смеется Ольви. – Молодцы. Ха-ха.

Не обращая внимания на друзей, Ник поворачивается к Марку.

– А теперь отпусти ее.

– Ты думаешь, это все? Судьба подкинула мне подарок. Я не надеялся тебя встретить, но ты пришел. Пришел, когда я только начал забывать. Грэди так приветливо вас принял… Он просто не знал, что приютил крысу.

Мне жаль, как же мне жаль, Марк. Ты сошел с ума. Тебе не хватило мужества выстоять. Ты не лидер и поэтому не имеешь права жить. Наш мир не приспособлен для слабых.

– Отпусти ее, – цедит Ник. Лицо полыхает красными пятнами.

– Смотри-ка! А твой индикатор не такой уж и зеленый! Ты пополняешь запас раз в два часа? По десять гигов, да? Непозволительная роскошь для третьего блока! Сколько же минут до следующей трапезы?

Вот ты и перешел грань. Я так этого боялась…

Ник бросается на нас с неестественным, нечеловеческим рыком. Мы падаем. Я не различаю, где заканчивается моя боль и начинается боль Марка. Я будто превращаюсь в фотокамеру: вспышка – к нам подбегает Ольви. Еще одна – чей-то кулак попадает мне в висок. Мысли улетучиваются. Зато я необычайно остро слышу.

Обещаю, Элла, я выберусь отсюда. Я найду тебя, как бы далеко ни отшвырнул меня неудавшийся эксперимент Семерки. Найду. Полумертвой, чудовищем, призраком. Умоляю, не бойся. Ты единственная, кому мой демон ничего не сделает.

* * *

– Это уже было. Дежавю какое-то, – рассуждает Ольви.

– Лучше заткнись, – грубо перебивает Ник.

– Не могу. У меня на нервной почве язык развязывается.

– Тебе помочь его завязать?

– Да ладно, успокойся! – Ольви на миг умолкает, а затем хмыкает. – Выходит, ты сущность… Это больно?

– Как мы поняли, в четыреста тридцать девятый раз – нет, – неохотно отзывается Ник.

– А в первый?

– Ребят… – я распахиваю веки. Небо по-прежнему темное – спит. В этом его счастье: оно пропустило все, что с нами творилось.

Надо мной наклоняются сразу два парня.

– Что у нас здесь? – хмурится Ник, осматривая мой индикатор. – Зеленый. Жить будешь.

Буду. Но главное – как.

Я приподнимаюсь.

– Что произошло?

– Когда я оглушил Марка, твой индикатор начал пищать, – отстраненно сообщает Ник. Будто говорит не он, а голос из динамиков электрички. – Ты пролежала без сознания минут пять, не больше.

– Неужели он надеялся, что победит нас четверых? – недоумеваю я.

Голова кружится, на губах – металлический привкус.

– Иногда ненависть убивает рассудок.

Неподалеку сидит Альба. Безучастно наблюдая за нами, она снова насвистывает свою песенку.

Я кошусь на спящего в колосьях Марка.

– Как мы с ним поступим?

– Никак. Скоро он придет в себя, – передергивает плечами Ник.

– И… ты оставишь его здесь?

– Тебе что-то не нравится?

Почему, почему он больше не излучает тепло? Почему тот снег, который я мечтала увидеть, отталкивает меня?

– Все так… – я умолкаю, дотрагиваясь до запястья Ника.

– Я к Альбе, – быстро реагирует Ольви.

Ник накидывает капюшон, отгораживается, и я чувствую себя идиоткой, поверившей в чудо. Я подбираю слова, но все до ужаса банальны.

– Конечно, тебе тяжело.

Что утешит человека, у которого отняли семью, здоровье, счастливое будущее? Что, черт возьми, утешит того, чей друг превратился в монстра?

– Это тут ни при чем, Шейра.

– А что при чем?

– Зачем ты набросилась на него? Зачем? Это мой друг. Я бы разобрался с ним сам. А ты… Ты не понимала, что слабее его?

Демон высвободился, но лишь на миг. Я успела ухватить его за крыло и затолкать обратно.

– Это… как наводнение.

Как сон длиной в пятнадцать лет.

– Ты права, – внезапно смягчается он и неуверенно касается моей кисти. – Зря я на тебя накинулся. Не вини Марка. Просто ему не повезло.

– Так ты оставишь его здесь?

– Не совсем, – горячо мотает головой Ник. – Я… Ладно. Я установил в его индикатор программу. Вирус, что называется. Стер память. Марк забудет свои четыреста тридцать девять раз.

– Возможно, ты и прав…

Возможно, вместе с памятью исчезнет и монстр. Возможно, у Марка появится второй шанс.

Все возможно, если бы он не был так слаб. Я не верю в него. Если честно, я давно ни во что не верю.

Мы молчим, но это не та тишина, в которую я хотела бы окунуться. Напряженная, будто заряженная электричеством. После такого обычно случается взрыв.

Тикает, тикает счетчик. Тикаем, тикаем мы.

– К черту все! – выплевывает Альба.

А вот и взрыв.