Колдун - Надежда Волгина

Там, куда меня отправили за Вудом, я была полна сил и какой-то даже необузданной энергии. Готова была покорять вершины и рушить все препятствия на пути к цели. Цепи, вон, рвала голыми руками, храбростью аж искрилась… Но тут, стоило только вернуться, я поняла, что готова умереть. От упадка сил, близкому к истощению. И меня о таком не предупредили. Вуд выглядел даже пободрее меня, как успела заметить, прежде чем провалилась в первый сон. И это тоже удивило, ведь он провел ТАМ куда как больше времени.

Учитывая все вышесказанное, становилось понятно, почему сейчас мы лежали и таращились на Дарину – просто-напросто мы ожидали новой волны сонливости.

– Чего смотрите? Неужто я помолодела лет эдак на …дцать? – рассмеялась Дарина.

Видеть ее смеющейся тоже было в диковинку. И смех ей невероятно шел. Может и не на …дцать, но молодела она от него точно!

Как только мы с Вудом снова упали откуда-то, так сразу же очутились на своих досках, но в сознании. Я только и успела убедиться, что Вуд жив, как и заметить, что нас с ним уже не покрывает белое облако. А потом мне сразу же стало так плохо, что хоть руки на себя накладывай. Голова не просто заболела, а принялась раскалываться на миллион мелких частей. От этой боли меня затошнило и вырвало тут же в ведро, заботливо поднесенное Ерденом. Краем глаза видела, что возле Вуда хлопочет Дарина. С каждой секундой и ему, и мне становилось только хуже – адская боль разливалась уже не только в голове, но и во всем теле. И снова меня тошнило, а мучительные спазмы сотрясали как при сильном ознобе.

Думаю, если бы Ерден и Дарина не заговорили нас с Вудом, одновременно и хором, на крепкий сон, вряд ли мы выдержали все эти муки. Ну а потом…

– Вы проспали почти трое суток, голубки. Пора возвращаться к жизни.

А вот и ответ на мой мысленный вопрос – Дарина сказала, что спали мы трое суток. Какой кошмар! Что же получается – что сегодня двадцать девятое декабря??? Совсем скоро Новый год, и мы запросто могли его пропустить.

– Вставайте, но не очень резко. И приходите на кухню. Я напекла гору блинов. А вам нужно подкрепиться и восстановить силы.

Дарина ушла, а я повернула голову к Вуду. Он уже тем и занимался, что рассматривал меня с ласковой улыбкой.

– Кажется, ты в меня влюбилась, – неожиданно проговорил он.

Меня аж в жар бросило от такого утверждения. А губы Вуда разъехались в еще более довольной улыбке. Я ожидала чего угодно: благодарности за спасение, восхищения моей храбростью, поцелуя, в крайнем случае, но точно не такого заявления.

Дальше-хуже! Пока я приходила в себя и соображала, что можно ответить на такое нахальство, осознала вдруг, что после трех суток сна, должно быть, выгляжу не просто ужасно, а огородным пугалом или бородавчатой ведьмой на метле. Вот тогда я мигом забыла про все и пулей вылетела из кровати. Да меня даже родители не видели сразу после сна уже пару лет точно. А до этого, пока жила с ними в одном доме, никогда не разгуливала по квартире неумытая и не причесанная. Пробуждение, водные процедуры, одевание, а потом уже все остальное. А тут Вуд – мужчина, который… с которым… О боже! Я совсем запуталась. Как и в ногах – пока металась по комнате, собирая вещи и хватая косметичку, несколько раз споткнулась и чуть не растянулась на полу. Вуд молчал, слава богу. Я же, не глядя на него выскочила из спальни и рванула в ванную.

Стоя перед небольшим зеркалом и разглядывая свое помятое лицо, я мысленно рыдала в голос. Нет, я не лила слезы, да и не собиралась, но издевку Вуда оценила по достоинству – захотеть любви такого чудовища вряд ли кто сможет. При этом, сам он выглядел свежим и отдохнувшим. Вот еще одна несправедливость жизни – мужчине не нужно прилагать даже минимума усилий, чтобы выглядеть хорошо. Даже в момент просыпания. Женщина же несколько раз на дню должна освежать макияж, поправлять одежду, чтобы никто не назвал ее замарашкой и неряхой. Почему все так в жизни?

В ванной я проторчала не меньше получаса, пока не осталась удовлетворенной своим внешним видом. Вот теперь можно было и обдумать слова Вуда, если это, конечно, не было шуткой.

– Он сказал правду? – требовательно поинтересовалась я у своего отражения.

– Чушь собачья! – тут же ответила самой себе. – В такого как он, да еще и при таких обстоятельствах может влюбиться только ненормальная, – с этой мыслью я и покинула уборную.

Не успела я порадоваться царящей в доме тишине, как и сделать пары шагов, как была схвачена за руку и прижата к стене. Надо мной навис Вуд, и выглядел он тоже умытым, свежим и бодрым. А еще насмешливым и возбужденным одновременно, если такое вообще возможно.

– Думаешь, от меня можно сбежать? – приблизил он ко мне свое лицо.

– Да я и не собиралась! – вздернула я подбородок, глядя ему в глаза и плавясь от той страсти, что плескалась в них.

– Вот и умница, – в следующий момент он захватил в плен мои губы, срывая с них мое дыхание, врываясь в рот языком и создавая вихрь в моей голове.

Поцелуй длился долго и показался мне самым страстным из всех тех, какими мы обменивались раньше. Я аж задохнулась, и мысли потекли ровно не сразу после того, как поцелуй прервался. И руками я вцепилась в плечи Вуда, чтобы не рухнуть к его ногам. Мои ноги отказывались держать меня после такого поцелуя. Вау! Это был настоящий крышеснос. Ничего удивительного, что именно сейчас, в самый неподходящий момент я захотела снова оказаться в постели с этим мужчиной.

– Догадываешься, почему я тебе сказал такое?.. Там в спальне?..

Первой реакцией было включить дурочку и прикинуться, что не понимаю его. Но потом я решила, что не стоит выглядеть перед ним еще глупее.

– И почему? – напустила я на себя подозрительности в качестве брони.

– Потому что я мечтаю об этом.

Снова он меня поставил в тупик. Дар речи пропал, и никак не получалось подобрать слова. А фраза Вуда казалось мне ну очень загадочной. Во что это он вздумал со мной играть?

– А знаешь, почему я об этом мечтаю? – задал он очередной вопрос из разряда загадочных, естественно.

На этот раз я решила ответить ему удивленным взглядом и взлетевшими на лоб бровями.

– Потому что я люблю тебя, моя храбрая девочка…

И я поплыла… Утонула в нежности, струящейся из глаз Вуда. Задохнулась подтверждением его любви, что прочитала во взгляде. Опьянела от поцелуев, которыми он принялся покрывать мое лицо. Я воспарила к самому небу на крыльях счастья и ни в какую не желала спускаться на землю. Ведь тут, на земле, оставалась толика сомнения в услышанном признании. Кто знает, возможно, именно совместные испытания внушили Вуду подобную мысль. Да и такая любовь может осложнить между нами все. В любом случае, пока еще я к ней не была готова.

– Имей в виду, – через какое-то время, что разглядывал мое лицо, снова заговорил Вуд. – Если ты пока не влюблена в меня, то в скором времени я заставлю тебя это сделать, хочешь ты того или нет. А сейчас, пошли есть блины, – решительно взял он меня за руку и повел на кухню.