Колдун - Надежда Волгина

У Вуда за спиной висел походный рюкзак. Интересно, зачем он ему, если идем мы не далеко по его же утверждению? И что за таинственности он нагнал?

Скользя на лыжах на небольшом расстоянии от мужчины, идущего впереди, я поймала себя на мысли, что любуюсь им. Даже не замечаю того, что в лыжах. Все происходит как-то само собой и довольно легко, словно зимой я только тем и занимаюсь, что лыжными прогулками. А вот то, как умело отталкивается Вуд палками, какие уверенные выпады делает ногами, всей его статной и мощной фигурой – я откровенно любовалась. Он очень красивый! А то необычное, что присутствует в его внешности, лишь добавляет ему экзотического шарму. Но также он и очень нестандартный, не такой как все. И не только внешне… Да он в любой компании будет смотреться белой вороной!

– Далеко еще? – выкрикнула я, когда Вуд свернул с лыжни и принялся прокладывать ту в нетронутом снеге.

Такое катание мне уже нравилось куда как меньше. Еще и среди деревьев приходилось лавировать. Ему-то было сложно, я это видела. А представьте, каково было мне. Как корове на льду, точно.

– Почти пришли, – обернулся он. – Потерпи еще чуток.

Потерпеть пришлось и правда не больше пятнадцати минут. Вуд остановился и спешился. То же самое помог проделать мне. Но я ничего необычного не видела вокруг нас. Все тот же зимний лес, хоть и очень красивый.

– И что мы тут делаем? – улыбнулась я, прислушиваясь к пению одинокой и далекой зимней птички.

– Догадайся, – приблизился ко мне Вуд и заключил в свои теплые объятья. – Включи свою фантазию.

Фантазию? Да моя фантазия работала в одном направлении, когда он был так рядом и смотрел с нескрываемой страстью на меня. Но не здесь же мы этим будем заниматься. Тогда, для чего он меня сюда привел? Подышать свежим морозным воздухом?

Предположение свое я высказала, и Вуд тут же громко расхохотался.

– Мне в тебе нравится все! Но больше всего твоя непосредственность, – после этих слов он наградил меня жарким поцелуем. – Порой ты ведешь себя как ребенок. В такие моменты мне хочется защищать тебя от всего мира. Быть твоим папочкой.

– Спасибо, но папа у меня уже есть, – хихикнула я, польщенная его словами. Да! Мне нравилось быть слабой рядом с ним – таким сильным.

– А кем ты хочешь, чтобы был для тебя я? – голос Вуда стал интимным, а сам он прижался губами к моей шее, разгоняя по коже толпу мурашек.

– Я не знаю, – невольно выгнула я шею, чтобы ему удобнее было целовать меня. От его губ и рук я млела и таяла. Даже жарко стало.

– Как тебе вариант – мужчиной, который тобой восхищается?

– М-м-м!.. Ничего так, подходит, – обхватила я его за талию, не доверяя своим стремительно слабеющим ногам.

– А защитник? Ты разрешишь мне стать твоим защитником? – снова подобрался он к моим губам, и ответить я смогла только после поцелуя.

– Наверное, и это мне не помешает, – расплылась в счастливой улыбке.

Я была счастлива! Не хотелось ничего делать и ни о чем думать. Так бы и стояла, обнявшись и целуясь. С Вудом, и только рядом с ним! – опалила сознание мысль. Ведь я никого больше не могу представить на его месте. И себя теперь не вижу одной, а только с ним рядом!

– А любимым мужчиной? – голос его дрогнул, и в глазах я прочитала робость.

Даже странно было видеть его робеющим, когда во всем остальном он может кого угодно заразить своей уверенностью и непоколебимостью. Сейчас он просил… Ответить на свое чувство ко мне, поверить ему, да и довериться тоже. А так ли много он просит? И стоит ли сомневаться в том, что настолько очевидно для меня?

– Любимым тоже, – не менее робко отозвалась я.

Слова дались мне неожиданно с трудом. Чувствовать легче, чем говорить о своих чувствах.

– Значит ли это, что ты меня тоже любишь? – руки Вуда сильнее сомкнулись на моей талии. Это было похоже на эмоциональный спазм, с которым у него не получилось совладать.

– Именно это и значит, – улыбнулась я и прижалась к его губам, чтобы спрятать ту толику стеснения, что продолжала трепыхаться в душе.

На этот раз мы целовались очень долго и со всей страстью. Оба потом не сразу пришли в себя. И пусть я по-прежнему не знала, что ждет нас в будущем, но неясным оно было отныне для нас обоих.

– Так ты привел меня сюда, чтобы вырвать из меня признание? – вернула я и себя, и его с небес на землю.

– Не совсем, хоть и для этого тоже. Сейчас мы с тобой займемся мелким браконьерством. Ты будешь соучастницей, не одному же мне отдуваться, – тихонько рассмеялся Вуд.

Я видела, как он счастлив, и от этого только чувствовала и себя счастливее прежнего.

– Убивать животных отказываюсь! – категорически заявила.

– А я тебя к этому и не призываю.

– Не хочу смотреть, как ты это делаешь…

– Помолчи, болтушка, – прижал Вуд кончики пальцев к моим губам. – Лучше скажи, какая из этих елочек тебе больше всего нравится? – указал он на небольшую рощицу из молоденьких и невысоких елочек.

Елка?! Так мы сюда пришли за елкой?! Боже мой! Совсем скоро Новый год, и Вуд хочет срубить для меня елку! Не капельки не сомневалась, что делает он это только для меня. Чтобы порадовать атмосферой праздника. Чтобы растопить мое сердце, которое и так уже растеклось теплой лужицей. И это так замечательно! Ну а елочка, что сразу приглянулась мне – пушистая красавица нас простит, ведь делаем мы это не со зла, а из любви.

Возвращались мы домой, везя за собой ценный и праздничный груз. По дороге мне Вуд поведал, что и игрушки елочные, оказывается, имеются на чердаке дома. Только после смерти своего второго отца и невесты он их ни разу не доставал. Значило ли это, что он готов вернуться к нормальной и настоящей жизни? Мне очень хотелось на это надеяться.

Еще месяц назад, думая о приближающемся и любимом празднике, я готовилась хлопотать в поте лица, прилагая все усилия, радуясь наступающему новому году, но в одиночестве. Нет, я конечно собиралась и по гостям ходить, поздравлять, принимать поздравления… Но дома оставаться одной и украшать квартиру к празднику. Вечерами гулять по улицам родного города, любуясь нарядными витринами. Обязательно забежать вечерком к родителям, чтобы отведать рождественского кекса, который мама готовила вот уже несколько лет по какому-то старинному английскому рецепту. Планировала поздравить всех сотрудников нашей бухгалтерии, преподнеся каждому небольшой, но приятный сердцу сувенирчик…

Еще месяц назад я даже не подозревала, насколько сильно и совсем скоро изменится моя жизнь. И вот я стою рядом с Дариной, на кухне, в доме посреди тайги. Я занимаюсь селедкой под шубой, а мать Вуда режет традиционный салат Оливье. Кстати, селедку нам принес Семен. Уж где он ту взял, остается тайной, но мы его в ответ пригласили к нам встречать новый год. И кажется, приглашению он обрадовался.