Наследница бури - Лариса Петровичева

Весело было бы.

— А потом? — спросила я, понимая, что ничего хорошего теперь уже точно не услышу. Настя одобрительно посмотрела на меня и показала большой палец.

— А потом ты сняла с него кофту, надела и ушла. Спасибо тебе от всего коллектива, Деня теперь сидит тише воды, ниже травы, — Настя проникновенно взглянула мне в глаза и спросила: — Поля, скажи честно: что это было-то? Наркотики? Соли эти, прости Господи..?

Я попробовала улыбнуться, но улыбка вышла кривой.

— Уже неважно, Настюш, — ответила я. — Пока.

* * *

Я провела день в неспешном блуждании по магазинам. В торговых центрах всегда лето, особенно, если у тебя есть деньги и мысли, как их потратить. Деньги были в заначке — золото я решила пока не трогать — и их вполне хватило на хорошее белье, новые джинсы, удобные ботинки и теплую куртку. Судя по погоде, куртку стоило купить всем и каждому. Потом я устроилась на фудкорте и, пластая на кусочки треугольник пиццы, стала смотреть местные новости, которые лениво показывали на экране огромного телевизора.

— Синоптики обещают, что циклон, который принес нам проливные дожди и похолодание, скоро уйдет… — виртуальная карта региона была заполнена тучами и выглядела крайне угрюмой. В этот момент мимо моего столика с гиканьем и воплями проскакала стайка малышни, и я упустила часть слов диктора: — …Инга Флокк.

На экране появилась девушка, и, всмотревшись в ее лицо, я не донесла пиццу до рта и едва не расплескала чай на стол. Это была та самая наследница бури! Сейчас, одетая в модный деловой костюм с иголочки, стильно подкрашенная и причесанная, с изящным кулоном на тонкой цепочке, она производила впечатление крайне уверенной в себе особы. Инга Флокк, значит. Официальное лицо.

Быстро же она развернулась. Невольно внушает уважение.

— Буквально завтра в нашу область придет тепло, — очаровательно улыбнулась наследница бури, — но сами понимаете, лето уже не вернется, выше двадцати градусов температура не поднимется. Так что МЧС рекомендует одеваться по сезону.

Двадцать градусов в октябре? В наших широтах? Так это и есть лето, грех жаловаться.

Прогноз погоды уступил место рекламным роликам, и я вновь вернулась к поеданию пиццы. Но молодец девчонка! Мгновенно освоилась в чужом мире, не пропала. Конечно, если она выбрала такую решительную модель поведения, то явно не собиралась прозябать на обочине.

Похоже, вторым номером программы последовало требование отвести ее к местному королю.

А ведь управление погодой удобная штука. Полезная и наверняка очень денежная. Перешел человечек дорожку кому не надо — а ну-ка, Инга Флокк, нашли ураган на этого человечка! Я уж не говорю про тушение лесных пожаров и укрощение наводнений… Неудивительно, что Инга Флокк сейчас сидит в верхах. В панорамное окно торгового центра было видно здание городской администрации: должно быть, именно там сейчас и сидела наследница бури.

Пацанчик в футболке с мультяшными тачками, набивавший рот картошкой фри, вдруг внимательно посмотрел на меня и ткнул маму под локоть:

— Ма! Смотри, там тетя из телевизора!

Мама, которая была чрезвычайно занята своим смартфоном, не обратила на него внимания. Я тоже сделала вид, что не заметила его восклицания — тогда пацанчик сунул в уши по палочке картошки и высунул язык.

— Митя! — воскликнула мама и незамедлительно отвесила сыночке хорошего леща. — Прекрати немедленно!

Я подумала, что в нашем мире тоже есть свои бешеные гномы дошкольного возраста. Вон, поскакали целым стадом за пиццей, едва родителей не затоптали.

За окнами по-прежнему шел дождь. Инга Флокк сегодня не собиралась разгонять тучи, а вот мне эта сырость надоела до чертиков. Вчера, когда проход между мирами закрылся, я несколько минут постояла в прихожей, глядя, как мигает огонек счетчика на стене, а затем бросилась в ванную — смывать магическую пыль. Управление погодой — отличная штука, и я не собиралась его лишаться.

Подхватив пакеты с покупками, я вышла на открытый балкон торгового центра. Вид на город отсюда был просто изумительный: неудивительно, что по теплому времени года здесь было не протолкнуться от фотографов и их моделей. Сейчас тут было сыро и скучно, но все равно обнаружился какой-то типок, одетый по последней моде, то есть хуже всякого нищего — он делал селфи на фоне осеннего города. Я терпеливо дождалась, когда он уйдет, и, пристроив свои пакеты на сухом клочке пола, подошла к витой ограде балкона и несколько минут смотрела на тучи.

Низкие, тяжелые, разбухшие от воды, они делали трудную работу, и у них почти не осталось сил. Они старались, очень старались — и они устали так, что не могли двинуться с места. Ничто не напоминало им о легкой облачной беззаботности, о синеве неба, которую они закрывали, о сиянии солнца…

— Летите, — промолвила я. — Летите, милые, я вас отпускаю.

Сначала они мне не поверили. Их привела сюда чужая безжалостная воля, которая не допускала сопротивления и неповиновения. И вдруг появился некто, который пожалел их и дал им свободу. Просто так.

— Летите, — повторила я. — Вы все сделали, спасибо.

Дождь, хлеставший по городу, стал стихать. Грязно-серый цвет, наполнявший тучи, постепенно стал бледнеть и размазываться, он уходил, и тучи поднимались выше, становясь облаками. В просвет между ними тотчас же вынырнуло солнце — чистое, умытое, румяное, наполнило их насыщенной синевой, обрызгало всеми оттенками розового. А через несколько минут над городом лег огромный мост радуги, а над ним — еще один.

Дождь перестал. Я еще несколько минут постояла на балконе, а потом взяла пакеты с покупками и подалась прочь. Денек обещал быть светлым и веселым, так почему бы не забросить вещи домой и не погулять в парке?

Но стоило мне выйти из торгового центра, как все надежды на приятную прогулку накрылись пресловутым медным тазом.

Потому что в моей голове прозвучал чужой разгневанный голос:

«Что ж тебе на месте не сиделось, мать твою?»

* * *

Конечно, я не стала отвечать.

Когда-то давным-давно мама научила меня простенькой медитации, которая помогала абстрагироваться от проблем: надо было представить, что между мной и миром выстроена стена, которая оклеена зеркальной пленкой. Все плохое, что мне приносят, отражается и возвращается недоброжелателю. А поскольку с воображением у меня никогда не было проблем, то я с легкостью представила зеркальную стену, которая закрыла меня и мой разум от наследницы бури.

Потому что это могла быть только она.

Я добралась до дома, стараясь не терять концентрации, сварила кофе и принялась бояться. А боялась я всегда основательно, со знанием дела.

Я уже успела понять, что Инга была отъявленной оторвой, которая к тому же обладает и решительным характером, и смелостью, и нетерпимостью. И понятное дело, ей не понравилось появление конкурентки на территории, которую наследница бури уже считала своим королевством. Оставалось понять, насколько далеко она зайдет.