Звезда Востока - Анна Бахтиярова

Буду рассчитывать на талисманы и милость побочки. Ибо пока на уроках не наблюдалось и намека на контроль. Я поняла объяснения Александра, представляла, как собирать гнев. Нарочно думала в процессе обо всех врагах и свалившихся бедах. Но всё, чего добилась, это подпалила стену. Оставила черное пятно, размером с тарелку.

Новоиспеченного учителя мои неудачи не огорчали. Вот и сегодня он отечески похлопал по плечу и подмигнул.

— Не расстраивайся, Лилит. Это непростая наука. Главное, запомнить принцип действия. Если будешь практиковаться, однажды всё получится.

— Надеюсь, — я смущенно улыбнулась. Странно общаться с отцом подруги, когда она сама его избегает. — Последние месяцы меня, наоборот, учили выплескивать отрицательные эмоции. До уроков.

— Это самый простой способ, но не оптимальный, — Александр кивнул на скамейку в углу, предлагая присесть. — Я слышал, ты живешь в спальне с огневичкой? Наверное, не раз видела, как она создает пламя.

Я легко разгадала замысел собеседника. Хочет ненавязчиво выспросить о дочери.

— Спрашивайте прямо, — предложила, глядя в глаза. — Я знаю, кем вам приходится Агния.

В глазах Александра вспыхнуло пламя. Опасное для недругов. Но не для меня. Едва оно погасло, я разглядела не гнев, а изумление.

— Она призналась? — спросил он, не веря ушам.

— В прошлом семестре. Вынуждено. Знаю только я. И мэтры, разумеется.

Огневик улыбнулся уголками губ.

— Полезно, когда рядом есть кто-то осведомленный. Как она?

Я задумалась, прежде чем ответить.

— Нервничает. Больше обычного.

Правда лучше красивой лжи. Александр не поверит, если скажу, что дочь в порядке.

— Из-за нас с Элеонорой?

— Она не откровенничает. Но думаю, да.

— Жаль, — протянул огневик с грустью. — Мы и так долго откладывали разговор с детьми. Но тянуть дальше было невозможно. Они бы узнали от кого-то другого. Я ждал подвоха от Брайса. Он избалованный богач. Отец слишком многое ему позволял. А после его смерти мальчишка совсем распоясался. С ним нас ждет немало трудностей. Но поведение Агнии — крайне неприятный сюрприз.

Александр говорил спокойно. Без осуждения. Но я распознала нотки обиды. И не поймешь, кто на кого больше сердится. Дочь на отца за появление мачехи на горизонте. Или наоборот — за непонимание и отсутствие поддержки.

— Не судите Агнию, — попросила я. — Дайте время привыкнуть.

— Не уверен, что время поможет, — проговорил он с горечью. — Я прожил вдовцом пятнадцать лет и не помышлял о повторном браке. Но встретил достойную женщину. Я пытался объяснить дочери, что Элеонора не такая, как большинство полноценных. В юности она чуть не сбежала с парнем с несовместимой магией. И сделала бы это, если б он в последний момент не пошел на поводу у родни. У нее и сейчас широкие взгляды. Она, как и я, уверена, что полуцветы появились в мире не случайно. Как и все остальные маги всевозможных цветов. Но Агния ничего не желает слышать. По характеру она — истинная Темнопламень. Больше, чем я.

Я молчала, тщательно подбирая слова. У Александра своя правда. Но и у Агнии тоже.

— Дело не в Элеоноре. И не в банальной ревности.

Огневик хитро усмехнулся.

— Агния же не откровенничает, — поддел он по-дружески.

— Я бы тоже не обрадовалась, соберись мама замуж, — пояснила осторожно. — Это не эгоизм, поверьте. А очень серьезные перемены. Мир полуцвета и без них непрост.

Александр задумчиво потер волевой подбородок.

— С этим не поспоришь. Кстати, может, ты и с Агнией проведешь «разъяснительную» беседу?

Я засмеялась. С ним легко. Появляется ощущение надежности. Неудивительно, что Агния выросла настолько уверенная в себе.

— Попробую. Но ничего не обещаю.

Он понимающе кивнул. Я взглянула на настенные часы и засобиралась. Пора на обряд ордена. Мы с Милли договорились встретиться возле сектора, чтобы добраться до фонтана внутри стены.

— Я бы с удовольствием осталась, но в обители полуцветов ждет гора уроков, — объяснила Александру ранний уход.

— Подождет.

Это сказал не отец Агнии. А кое-кто другой. Эмилио Ван-се-Росса, неожиданно появившийся в зале. Он улыбался, изображая беззаботность. Но бледность лица не сулила ничего хорошего.

— Лилит, завтра господин Темнопламень покинет Гвендарлин. Я бы на твоем месте воспользовался моментом и задержался здесь допоздна. Александр, вы ведь проводите леди Вейн до сектора?

— Разумеется.

Ноги вросли в пол. Во рту пересохло.

Что-то случилось. Крайне серьезное. Эмилио знает, какой сегодня день, но требует, чтобы я не покидала тренировочный зал. Чтобы я не ходила к фонтану!

Стоп! А как же Милли?! Вдруг она решит, что я забыла о договоренности, и отправится к берлоге сама?

— Прошу прощения, мэтр, — проговорила я тоном прилежной ученицы. — Старшекурсница из наших обещала сегодня со мной позаниматься. Она будет ждать и…

— Не думаю, что это проблема, — отрезал Эмилио, давая понять, чтобы я не беспокоилась о Милли.

Но почему? Ее предупредят? Или с ней что-то уже стряслось?

И ведь ни о чем не спросишь!

Александр не заметил ничего необычного в нашем диалоге. Или сделал вид. Предложил вернуться к тренировке. Средний герцог какое-то время понаблюдал за нами, затем прогулялся по залу, поглядывая на остальных учеников, и ушел, сжав губы в одну мрачную линию. В мою сторону больше не взглянул.

Несмотря на старания огневика приободрить и вселить уверенность, сосредоточиться не получалось. В висках пульсировало, пальцы тряслись. В голову лезли самые жуткие предположения. Орден рассекретили! На кого-то из участников напали тени! Директор обнаружил берлогу! А что еще оставалось думать? Эмилио не запретил бы идти на последний обряд по менее глобальной причине.

Я так разнервничалась, что дело кончилось выбросом. Повезло, что у Александра отличная реакция. Он понял, что я «вознамерилась» вытворить. Взмахнул руками, и навстречу едкому черному дыму вырвалось пламя. Они врезались друг в друга и растворились, словно не было ни огня, ни мерзкой витиеватой субстанции.

— Простите, — пробормотала я хрипло. В отличие от остальных учеников, успела вдохнуть дым. — Похоже, контроль эмоций для меня непосильная задача.

— Ерунда, — заверил Александр весело. — Видела бы ты, как учатся контролировать дар дети-огневики. Чудо, что дома остаются целыми. Практика, помноженная на веру в себя, и всё непременно сложится…

…Вернувшись в сектор, я застала в общей гостиной встревоженную Милли. Она ходила туда-сюда, теребя ленту в волосах.

— Наконец-то! Что произошло? Почему всё отменили?