Попала, или Жена для тирана - 2 - Валерия Чернованова

— Ваше величество что-нибудь слышали о Спящих?

На следующее утро Редфрит снова меня поймал. Столкнулся со мной как бы невзначай и пригласил на прогулку. Отказаться, сославшись на то, что неважно себя чувствую, я не могла. Я как раз бодро спешила в библиотеку за новой дозой знаний и совсем не походила на умирающую.

Сказать, что занята? Но сильным мира сего, как известно, не отказывают. К тому же приглашение Галеано скорее прозвучало как ультиматум:

— Госпожа Вертано, мы с вами сегодня гуляем.

Прежде чем успела ответить хотя бы что-то, он подхватил меня под руку и повел к лестнице. Вскоре мы уже брели по широкой аллее, наслаждаясь предгрозовой свежестью. Небо обложили седые тучи. С каждой минутой становясь все темнее, они наливались дождем и силой. Еще немного, и нам придется прервать только что начавшуюся прогулку.

Пожелав себе удачи, я коснулась темы, которую до сих пор с подачи Велебора считала запретной. Но раз уж я вроде как против него бунтую, то почему бы не подготовить для накаи благоприятную почву.

Услышав мой вопрос о Спящих, Редфрит нахмурился:

— Не припомню. Расскажешь?

Я ненадолго задумалась, воскрешая в памяти все, что узнала от Арайны.

— Это древние духи. Очень древние и могущественные. Дикие считают, что один из них пробудился и несет в себе опасность для ни много ни мало целого мира.

— По-моему, госпожа Вертано, вы чересчур осведомлены о накаи для той, кто никогда с ними не встречался.

Король не сумел отказать себе в удовольствии снова меня уколоть, но я сделала вид, что не обратила на его замечание внимания и тихо добавила:

— Это потому они убивали.

Я заглянула ему в глаза и пожалела, что вообще это произнесла. Мгновение, и Редфрита точно подменили. С губ исчезла расслабленная улыбка, черты лица заострились, а глаза, несколько мгновений назад безмятежно синие, вдруг потемнели, как потемнело небо над Хельвивой.

— Это ему, Спящему, они приносили жертвы?

Ну вот, он меня даже толком не выслушал, а уже успел сделать выводы.

— Нет, — поспешила ответить. Вдохнув поглубже, на выдохе продолжила: — Его нужно усыпить, пока он не стал слишком сильным. А для этого нужна телесная оболочка, в которую накаи пытаются загнать духа. Они уверены, что юные девушки подходят лучше остальных. По какой-то причине тела мужчин духа не интересуют.

— Ну так почему же Дикие не кладут на алтарь своих? — Редфрит мрачно усмехнулся. — Почему страдают люди?

Вот мы и подошли к тому, о чем мне совершенно не хочется говорить.

— Они… они считают людей виновных в пробуждении духа.

Я даже зажмурилась, понимая, что следующие мои слова ему еще больше не понравятся. Каково Редфриту будет узнать, что во всех несчастьях следует винить отца и мать? А вдруг не поверит? Вдруг еще больше разозлится? Решит, что накаи мне просто голову задурили, а я, наивная душа, сразу поверила.

Что, если я сделала только хуже, заговорив о духе? Может, стоило доверить это дело профессионалам — самим Диким? Они лучше знают, что из себя представляет Спящий, а мой рассказ больше похож на страшилку, которыми пугают перед сном непослушных детей.

— Они всегда и во всем винили людей.

— И люди делают то же самое, разве нет?

Редфрит не ответил. Остановившись, повернулся ко мне, заглянул в глаза. Я тоже молчала. Все искала в себе силы наконец дорезать правду-матку, но язык будто прилип к небу и больше не слушался. Никак не получалось рассказать ему о родителях.

Грянул гром. Крупные капли посыпались с неба, разбиваясь о гравий, о мрамор фонтанов, напитывая землю.

— Нам стоит вернуться. — Я оглянулась на темную, бесформенную в набежавших сумерках громаду дворца.

— И долго ты собираешься выдавать себя за другую? Даниэла… — Редфрит взял меня за руку. Заключив в свои ладони, поднес к губам, согревая кончики пальцев дыханием и поцелуем.

С неба лились реки дождя, но ни он, ни я не обращали на это внимания. Одежда быстро промокла, но я не чувствовала холода. Наоборот, с каждым прикосновением горячих губ внутри меня как будто разгоралось пламя.

Такое не только согреет, но и обжечь может запросто.

— У тебя есть жена, — тихо напомнила я.

Мгновение спустя гром грянул с новой силой, свинцовое небо расколола яркая вспышка и… дрогнула земля. Сильно, яростно. Казалось, вот сейчас она разверзнется, разрываемая глубокими трещинами.

Поднявшийся ветер рвал листву с деревьев, уничтожал клумбы, заставлял воду в фонтанах покрываться рябью. Новый толчок, еще более мощный, и я громко выкрикнула, пытаясь заглушить очередной раскат грома:

— Что это?!

— Скорее во дворец! — Редфрит схватил меня за руку и потянул за собой.

Путаясь в юбках, я бежала по аллее, то и дело спотыкаясь, — земля дрожала не переставая.

Вскрикнула, застыла, когда в шаге от нас рухнула тяжелая ветка. Приземлись она чуть левее, и каждый из нас в лучшем случае отделался бы сильным сотрясением. В худшем — я бы все-таки ушла из этого мира, пусть и не так, как планировала.