Продажная шкура - Джим Батчер

Я вернулся домой, толкнул плечом заедающую дверь и обнаружил за ней прелюбопытнейшую картину.

В очередной раз.

Морган лежал на полу футах в пяти от двери в спальню. В руке он держал мою трость, обыкновенно стоящую в старой жестянке из-под попкорна у двери — я храню в ней всякие штуки вроде традиционных изделий народного искусства озарков (см. предыдущую главу), магических жезлов, зонтиков и тому подобного. Трость у меня старая, добрая, викторианская, с секретцем. Стоит повернуть набалдашник в нужную сторону, и из нее можно выхватить тридцатидюймовый стальной клинок. Именно это Морган и сделал. Он лежал на боку, выставив руку со шпагой под углом в сорок пять градусов.

Острие шпаги упиралось Молли в яремную вену — чуть ниже левого уха.

Что касается Молли, она сидела, привалившись спиной к одной из моих книжных полок, чуть подогнув колени и широко раскинув руки, словно наугад ощупывала книги позади себя.

Слева от двери чуть пригнулся, оскалив клыки, Мыш; означенные клыки находились в непосредственной близости от горла Анастасии Люччо. Та лежала на спине, а пистолет ее валялся на застеленном коврами полу футах в двух от ее руки. Вид она имела спокойный, расслабленный, хотя лица ее с того места, где я стоял, почти не было видно.

Взгляд Мыша не сходил с Моргана. Взгляд стальных глаз Моргана не сходил с клыков Мыша.

С минуту я глазел на них. Никто не шевелился. Никто, кроме Мыша: когда я посмотрел на него, хвост его в надежде вильнул раз или два.

Я резко выдохнул, отставил в сторону посох и направился к леднику, перешагнув по дороге через ногу Анастасии. Поднял крышку, некоторое время изучал содержимое ящика и извлек холодную банку колы. Откупорил ее, сделал большой глоток. Потом взял сухое кухонное полотенце, вернулся к дивану и сел.

— Мне хотелось бы знать, что, черт возьми, здесь происходит, — произнес я, обращаясь к комнате в целом. — С учетом того, что единственный здравомыслящий свидетель говорить не умеет. — Я внимательно посмотрел на собаку. — И постарайтесь меня не огорчать.

Мыш снова нерешительно вильнул хвостом.

— О'кей, — сказал я. — Можешь ее отпустить.

Мыш сразу закрыл пасть и отодвинулся от Анастасии. Потом подошел ко мне и улегся, привалившись боком к моей ноге. При этом он, правда, продолжал переводить взгляд с Анастасии на Моргана и обратно.

— Морган, — произнес я, — убавьте своего психоза и опустите шпагу.

— Нет, — отозвался Морган перехваченным от ярости голосом. — Нет, до тех пор, пока эту маленькую ведьму не свяжут, не заткнут ей рот кляпом и не повяжут на глаза какую-нибудь черную тряпку.

— Молли сегодня уже поработала моделью с пивного календаря, — заметил я. — Так что обойдемся, пожалуй, без фотосессии с БДСМ.

Я поставил банку на столик и немного подумал. Вряд ли на Моргана можно было повлиять угрозами, от этого его решимость только окрепла бы. Вот вам побочный эффект общения с жесткими как камень типами старой закалки.

— Морган, — повторил я уже тише. — Вы ведь гость у меня в доме.

Морган бросил на меня короткий виноватый взгляд.

— Вы пришли ко мне за помощью, и я честно стараюсь помочь. Черт, да эта девчонка сама рисковала, пытаясь защитить вас. Я делал для вас все, что сделал бы для родного мне человека — потому что вы мой гость. Я от монстров некоторых ожидаю лучшего поведения в случае, если они пользуются моим гостеприимством. Более того, они эти ожидания оправдывают.