Проживи мою жизнь - Оля Бас

— Это верно, — Молли ласково провела по коротким, рано поседевшим волосам своего мужчины, — а мы с тобой ни к тем, ни к другим не относимся.

Как быстро все меняется в моей жизни, думала Ника, глядя на счастливую подругу и совершенно изменившегося Родерика. Где суровый равнодушный вояка, с которым она познакомилась всего несколько месяцев назад? Где смертельно уставшая, потерявшая надежду на счастье лекарка? Где истощенные и изможденные ребята?

Аконитовая долина перестала быть страшной тюрьмой, смертельной ядовитой ловушкой.

Придет весна, и зацветут в садах нежные первоцветы, в лесах на склонах гор родятся зайчата-настовички, а по ту сторону хребта бывшие пустышки впервые увидят проснувшееся Северное море.

Вечером, проводив Молли с Родериком, Вероника стояла на крыльце, накинув на плечи легкий платок. И было ей совсем не холодно в надежном кольце родных рук. Тонкий, слегка горьковатый аромат любимого мужчины проникал в легкие, заполнял каждую клеточку тела, дразнил, рождая в душе сладкое томление и желание большего.

Ника легко развернулась и шепнула прямо в твердые обветренные губы:

— Останешься сегодня со мной?

Нетерпеливый горячий поцелуй прекрасно заменил любые слова. Окруженные танцующими снежинками, они стояли на крыльце и исступленно целовались. И в этот миг не было во всем мире пары красивее и счастливее.

Почувствовав, что маленькие ладошки любимой стали мерзнуть, Барт подхватил девушку на руки и зашел в дом, ногой захлопнув за собой дверь. В эту зимнюю ночь в маленьком домике, затерянном среди безбрежных лесов и высоких гор, они окончательно подарят себя друг другу. И лучшим доказательством их сильных чувств станет крохотная искорка новой жизни, поселившаяся у Ники под сердцем.

Глава 36

Королевство Фродлэнд. Продолжение жизни

Подоткнув одеяло любви, И поправив подушку счастья, Я скажу тебе: сладко спи, Не страшны нам любые ненастья.

Зима уже доживала последние дни, когда Барт привез в долину новеньких. Двое ребятишек жались друг к другу, сидя в телеге, и недоверчиво разглядывали улыбающиеся лица встречающих.

— Ну, пострелята, чего застыли? — спросила подошедшая Молли. — Слезайте и в дом бегите, а то носы отморозите.

В большой комнате общего дома Вероника накрывала праздничный обед. В поселении теперь постоянно проживало всего десять человек: она с Бартом, Молли с Родериком, неразговорчивый Картер с хохотушкой Мартой и четверо ребятишек, не пожелавших менять ставшую комфортной и спокойной жизнь в долине. Теперь их будет двенадцать. А скоро и еще больше. Ника незаметно погладила чуть округлившийся животик и улыбнулась. Ее любимого мужа ждет сюрприз! Надо будет поговорить с Анели и попросить ее помощи, когда наступит время. Если рядом будут верные подруги, появление на свет малыша пройдет легко и быстро.

Патрик и Пенни оказались братом с сестрой. Родители их прятали, сколько могли, но появление на свет двойняшек считалось в королевстве исключительным случаем, поэтому правда об их ущербности быстро выплыла наружу.

— Мы у мамки с папкой одни были, как они теперь без нас жить будут? — рассказывал Патрик, печально качая головой.

Его сестренка молчала, тихонько шмыгая носом и смаргивая с длинных ресниц слезы.

— Ничего, пострелята, годик у нас поживете, а там можно будет и встречу с родителями вашими организовать. Подрастете пока тут, оздоровитесь на свежем воздухе. — Молли ласково погладила девочку по голове и подложила ей на тарелку еще кусочек сладкого пирога.

— Правда, тетя? — огромные серые глаза озарились надеждой, но потом в них поселилось сомнение. — А нам в гарнизоне сказали, что тут долго не живут, быстро за Туманный край уходят.

— Ничего подобного, ерунда это. Вот наступит весна, увидите, красивее места не найти не то, что в королевстве, а на всем материке!

— Это я постарался, простите, — весело покаялся Родерик. — Когда вернулся в гарнизон, наговорил им с три короба. Теперь нас еще больше боятся. Сказал, что зелье пить перестал, потому что флакон разбил. И в какой-то момент аконит-камень стал на меня влиять, с ума сводить и на безрассудства толкать. Вот и ушел я в леса, получил сильные обморожения, с трудом добрался до долины, а там мое здоровье настолько ухудшилось, что продолжать работу в гарнизоне я уже не могу. Глядя на мои поседевшие волосы и покалеченные руки, все пришли в ужас, особенно новый начальник, которого мне на смену прислали. Он теперь, мне кажется, двойную порцию зелья пьет.

— Его страх перед аконитом и равнодушие к бедам пустышек я сегодня прочувствовал в полной мере, когда камни на пропитание менял, — проворчал Барт. — Но это хорошо, нам здесь незваные гости не нужны.

— Повезло, что мы находим достаточно камней, — добавил Картер. — Завтра Рикс обещал книг принести, магических светильников и нагревателей новых. Будет, чем отблагодарить.

— Вот видите, пострелята, жизнь у нас тут хорошая и интересная! — поставила точку в разговоре Молли. — Помогите-ка мне со стола убрать и посуду помыть. А потом выберем вам комнату, самую уютную и красивую.

Вечером Барт, глядя как Ника возится по дому, с затаенной улыбкой отметил, что его драгоценная женушка наконец округлилась, как и подобает счастливой здоровой женщине. А то была худая, как тростиночка, да бледная, как привидение. В чем только душа держалась? Своим наблюдением он тотчас же поделился с Никой, но совершенно не ожидал, что ее это рассмешит до слез.

Успокоившись и промокнув влагу в уголках глаз, Вероника села к растерявшемуся мужу на колени, обняла крепко за шею и шепнула в ухо:

— Солнце мое, надеюсь, ты не расстроишься, если я округлюсь еще немного? А потом еще немного… и еще…

— Н-нет, конечно, ты всегда будешь для меня самой красивой! Только я не совсем понимаю…

Ника снова рассмеялась, чмокнула его в нос, повозилась, устраиваясь, и наконец призналась:

— У нас с тобой будет малыш. Сейчас, конечно, это еще не очень заметно, но готовься к серьезным переменам в моей фигуре.

Мужские руки, бездумно скользящие в привычной ласке по ее телу, замерли. Сильное сердце замедлило свой бег, а затем застучало с удвоенной силой, заполошно и неровно. Шершавые натруженные пальцы осторожно коснулись округлившегося животика, неверяще погладили. Как бывало и раньше, в самый ответственный и важный момент все слова куда-то улетучились, а от щемящей нежности и любви к этой невероятной девушке перехватило дыхание. Боги, как справиться со своими чувствами? Как поверить в свое счастье и суметь принять его? Барт прижал к себе любимую и зарылся носом в ее волосы, надеясь, что она поймет его беспомощное молчание, поймет и простит своего глупого мужа.

И Вероника поняла. Провела пальчиками