Белая слива Хуаньхуань - Лю Ляньцзы

А его ждет яркая жизнь, похожая на длинный и красивый свиток, который только-только начали разворачивать. Перед ним открывается столько неизведанных путей и возможностей, о которых мне даже мечтать не дано. К тому же моя жизнь похожа на поле битвы, и непредвиденные обстоятельства в его лице, даже если они настолько притягательны, слишком опасны. Лучшим выходом будет относиться к нему с уважением, но держаться на почтительном расстоянии.

Безопасность для меня важнее всего.

– Если бы мы выбирали лучшего оратора среди наложниц императора, то им бы несомненно стала цзеюй Чжэнь, – заговорила императрица со сдержанной улыбкой. – Только она способна так легко и свободно беседовать с шестым принцем. Будь я на ее месте, я бы растерялась и ничего не ответила.

– И правда! – со стороны послышался смех шуи Фэн. – Честно признаюсь, что я и вовсе не поняла, о чем беседовали принц и цзеюй. Какие-то бабочки, Чжуан Чжоу и скромные девушки. Я совсем запуталась.

Сюаньлин тайком сжал мою руку, скрытую под скатертью, и сказал:

– Они беседовали о книге притч «Чжуан-цзы» и о «Книге песен».

Я с нежностью посмотрела на него и одарила ласковой улыбкой.

– Наш император так мудр, – сказала я.

Императрица повернулась вполоборота и взглянула на стоящую позади нее служанку.

– Его Величество, Его Высочество и цзеюй так долго разговаривали, что у них наверняка пересохло во рту. Наполни их чарки вином, которое приготовила цзеюй Чжэнь.

Служанка поклонилась и поспешила выполнить приказ. Прозрачное золотисто-желтое вино красиво смотрелось в чарках из белоснежной яшмы.

В жесте уважения я сначала приподняла чарку в сторону императора, затем императрицы, а после в сторону принца Сюаньцина. Он не спешил пригубить новое для него вино. Сначала он внимательно его рассмотрел, потом поднес к носу и принюхался, после чего посмотрел на императрицу.

– Это османтусовое вино, – пояснил Сюаньлин. – Мы с цзеюй своими руками собирали только что распустившиеся цветы османтуса, чтобы приготовить этот ароматный напиток.

Когда император говорил обо мне, в его голосе появлялись нежные нотки, которые больше подходили для разговоров наедине. Мне было ужасно неловко, а еще спиной я чувствовала направленные на меня злобные завистливые взгляды, поэтому решила сменить направление разговора.

– Чтобы сделать османтусовое вино, надо для начала приготовить вино из клейкого риса. Когда оно будет готово, возьмите только что раскрывшиеся бутоны османтуса и опустите в него, а затем добавьте немного меда. Вино получается сладким, и от него очень сложно захмелеть. – Я пыталась справиться со смущением, рассказывая рецепт приготовления вина. – Это вино очень просто приготовить, а еще одно его достоинство в том, что оно не вредит здоровью. Если Вашему Высочеству оно понравится, вы сможете делать его сами.

Сидевшая неподалеку цзеюй Цао льстиво улыбнулась и сказала:

– Свежее и сладкое османтусовое вино прекрасно подойдет для ужина в узком семейном кругу, но, раз уж сегодня на банкете собрались все принцы, не лучше ли было подать Маотай, Хуэйцюань, Дацюй или виноградное вино из Западных краев? [88]

Она намекала на то, что подавать вино, которое я приготовила сама, было крайне неучтиво по отношению к знатным особам и их женам и что это не соответствует статусу императорского дворца.

Я покосилась на остальных гостей и заметила в глазах некоторых насмешку и презрение. Им было очень интересно, чем же закончится неожиданный спектакль с участием любимых наложниц императора. Я полностью держала себя в руках. Сдержанно улыбнувшись, я ответила:

– На юго-западе все еще идут бои. Тайхоу и император стараются уменьшить траты двора, чтобы сэкономленное направить на нужды армии. Нам, наложницам государя, положено всячески помогать ему и поддерживать во всем. Мы должны быть благодарны за то, что вместо дорогих напитков он преподнес нам в подарок вино, которое сделал собственными руками. Поступок государя выражает не только его стремление к экономии во время войны, но и его искренние родственные чувства ко всем членам императорской семьи.

– Сестренка, ты такая заботливая и понимающая, – сказала наложница Цао, мило улыбаясь.

– Что ты, сестрица! Если говорить о заботе и понимании, то мне еще очень далеко до тебя. – Я отвернулась от Цао и посмотрела на принцессу Хэ из Жунаня. – Принц Жунаня изо всех сил бьет врагов на поле боя. Он гордость великого рода Чжоу. Думаю, что вино, которое я послала, должно было уже дойти до его лагеря.

Принцесса Хэ привстала и поклонилась:

– Мы премного благодарны, госпожа цзеюй. Вино уже прибыло, и принц раздал его генералам и солдатам. Генералы были очень тронуты заботой императора и цзеюй. Благодаря вам поднялся боевой дух всей армии.

– Не стоит благодарности, принцесса. Я знаю, что в пограничных землях холодно и мрачно. Османтусовое вино хорошо тем, что оно не пьянит и поэтому не помешает воинам в бою. С другой стороны, оно хорошо согревает и помогает прогнать неприятный холод, а аромат османтуса поможет солдатам и генералам развеять тоску по родному дому.

– Так и есть, – согласилась со мной принцесса Хэ.

– В знак уважения нашему императору, чья мудрость была ниспослана Небесами, и генералам и солдатам, доблестно сражающимся с врагами, предлагаю поднять наши чарки и выпить! – провозгласил тост принц Сюаньцин и первым же осушил свою чарку. – Отличное вино! – сказал он на весь зал, довольно вытирая рукавом влажные губы.

После его тоста напряженная атмосфера разрядилась и вновь воцарилось праздничное настроение.

Когда я встретилась глазами с императрицей, она поднялась и сказала:

– От лица всех своих младших сестер наложниц я хочу пожелать императору долголетия и счастья, а нашей стране мира и благополучия.

Гости снова опустошили свои чарки и позабыли о нашей так и не случившейся перепалке с Цао. Их теперь больше занимала выпивка и оживленные беседы с соседями.

Когда собравшиеся полностью погрузились в атмосферу праздника, я бросила на принца Сюаньцина благодарный взгляд. Мне хотелось сказать спасибо за то, что он помог мне выпутаться из сложной ситуации. Он в ответ чуть заметно ухмыльнулся и больше не обращал на меня никакого внимания, сосредоточившись на кувшине с вином.

Сюаньлин наклонился и прошептал мне на ухо:

– Когда это я приказал тебе послать вино нашим генералам в благодарность за службу?

Я улыбнулась и тихонько ответила:

– Ваше Величество, ваша рабыня видела, насколько вы заняты государственными делами, и ей захотелось разделить с вами ваши тяготы и заботы. Вы ведь не запретите мне? – Я замолчала, а потом так, чтобы никто не услышал, прошептала: – Император и его подарки всегда были основой высокого боевого духа армии. Нет никакой необходимости в чужой помощи.