Королевская гончая - Оливия Штерн

— Бедняга, — шепнула она Луизе, — Миранда доведет его до позорного бегства.

— Но она ведь не виновата, что Клайв ей нравится.

«И я не виновата, что чем дальше, тем сильнее влюбляюсь в Дарса Эшлина. Просто так получается».

— Привет, — сказал Клайв, — а я уже был на балу в прошлом году. Каждый раз одно и то же. Могу поспорить, что и доктор Варус будет произносить прошлогоднюю речь.

— Поглядим, — хмыкнула Элла и устремилась к накрытым столам. — Лу, давай сюда. Ух, сколько здесь всего!

Угощение и в самом деле было роскошным: крошечные круглые бутерброды на шпажках, тарталетки с пестрыми салатами, пирамиды, сложенные из ломтиков фруктов, мясные и сырные нарезки. Луиза аккуратно взяла бокал на тонкой ножке, наполненный бледно-золотистой жидкостью, принюхалась. Пахло яблочной сладостью. На вкус оказалось непривычно, но куда лучше, чем те коктейли, которыми угощала Элла. Подцепив крошечный бутерброд, Луиза тихонько отошла к стене — но так, чтобы видеть Дарса. В зале потемнело, и было не совсем понятно, то ли это искусственно гасили освещение, то ли подкатывали сумерки. Как раз в это время вперед вышел ректор и начал монотонно бубнить в усилитель о начале года, о роли науки в современном обществе, о блистательных перспективах, которые непременно ожидают самых успешных и талантливых. Дарс Эшлин стоял, облокотившись спиной о стену, и неторопливо потягивал что-то из широкого бокала. Полумрак медленно сгущался, Луизе было плохо видно его лицо, но ей казалось, что мысли мистера Эша слишком далеки от осеннего бала.

— А сейчас я предоставляю слово куратору нашей академии! — прозвучал голос Варуса.

И одновременно с ним хриплый смешок Клайва:

— Я же говорил, то же самое, что и в прошлом году.

Луиза покосилась на парня. Он незаметно оказался рядом, где-то потеряв Миранду, но разжившись при этом бокалом вина и тарталеткой.

— Ты же только в этом году поступил, — сказала Луиза.

— Меня отец еще год назад хотел сюда определить, с собой брал, чтобы посмотрел на бал.

Клайв придвинулся чуть ближе, и Луиза обнаженным плечом ощутила мягкую ткань пиджака.

— А где Миранда? — поинтересовалась вскользь.

— Пошла припудрить носик, — Клайв усмехнулся, — и тем самым дала моим ушам возможность отдохнуть.

— Ты ей очень нравишься, — Луиза покачала головой, — не смейся.

— Мне уже не до смеха.

Клайв обезоруживающе улыбнулся, осторожно тронул Луизу за плечо.

— Знаешь, я тут подумал на досуге. Если отец и впрямь тебе нравится так, как ты говоришь… то я не буду против, если вы будете вместе. Просто все это слишком неожиданно.

— Я хочу окончить академию, — немного невпопад ответила она, — я очень хочу быть свободной.

— Ну так что, все-таки друзья? — Клайв протянул руку и тут же добавил: — А у меня в ангаре корабль стоит. Хочешь как-нибудь полетать?

— Было бы интересно… как-нибудь, — вежливо ответила Луиза и аккуратно пожала его пальцы.

Тут наконец заговорил куратор академии, и она невольно прикрыла глаза.

Хотелось слушать этот голос бесконечно долго. Плыть по его бархатным волнам.

О чем ты думаешь, девочка без прошлого?

Но речь закончилась, раздались бурные аплодисменты, и после этого зазвучала музыка. Несколько пар закружились в центре зала в незнакомом Луизе танце, а Дарс шагнул назад, утонул в золотистом полумраке. Темнота стремительно сгущалась, а потом засверкали каплями света мелкие кристаллы, хаотично разбросанные по стенам.

— Ты танцуешь? — спросил Клайв.

Луиза покачала головой.

Нет, она не знала ни одного па из исполняемого танца.

— Это всего лишь вальс, — подсказал он.

— Я это впервые вижу. — Она отпила из своего бокала. — Знаешь, мне здесь комфортнее. Совсем не хочется туда, в центр…

— Ну, как знаешь, — он не стал настаивать, — пойду разыщу Миранду.

Луиза осталась одна.

В искрах звездной пыли, что рассыпалась по залу, взгляд то и дело выхватывал Эллу и Хельма. Это было несложно, потому что они оба были высокими и худыми. А вот мистер Эш будто растворился в потемках, и Луиза вздохнула. Ей хотелось быть рядом с ним. Очень. Пусть и не танцевать, но хотя бы прислониться головой к груди, прислушаться к размеренным ударам сердца. Согреть дыханием его большие сильные руки. Зарыться пальцами в волосы, вдыхая его запах, растворяясь в нем…

Она переступила с ноги на ногу.

Все же не привыкла подолгу быть в такой обуви. Тонкие ремешки босоножек начинали нещадно врезаться в ступни. Лодыжки затекли, онемели.

Один танец сменялся другим.

Время от времени к ней подходили незнакомые ребята, приглашали, но она отказывалась, ссылаясь на усталость, головную боль, еще на что-нибудь.

Ждала.

Но Дарс Эшлин словно сквозь землю провалился.

На душе сделалось горько. Но ведь он ничего и не обещан, верно?

Говорил, что на платье посмотрит на балу.

Вздохнув, Луиза мелкими шажками просеменила к выходу на открытую террасу. Ей хотелось спокойно посидеть и снять босоножки, которые превратились в орудие пытки. На террасе она столкнулась с горячо целующейся парочкой. Кровь прилила к щекам, Луиза пробормотала извинения и поспешила в сторону свободной скамьи. Краем глаза она заметила, что из зала вышел еще кто-то, но в темноте не разобрать. Добралась до вожделенной скамейки, села и уже наклонилась было, чтобы избавиться от треклятой обуви, как ее руку мягко перехватили.

— Мисс Мар. — От звуков этого голоса по спине побежали колкие мурашки. Все мысли вмиг куда-то делись, оставив после себя стаю шуршащих мотыльков. — Позвольте, я облегчу ваши страдания.

Опустившись на колени, коварно поглядывая на нее исподлобья и ничуть не смущаясь перспективой испачкать брюки, Дарс аккуратно расстегнул ремешок, снял босоножку и поставил рядом. Горячая ладонь скользнула по ступне, заставляя судорожно выдохнуть. То же он проделал со второй босоножкой, щекотно пробежался пальцами по голени вверх. Нервные окончания превратились в раскаленный металл.

— Дарс, — прошептала она, — что ты… делаешь…

Он усмехнулся, затем быстро поднялся на ноги, стряхнул с коленей налипшие соринки и присел на скамейку.

— Ты не танцуешь? — спросил тихо. — Почему?

— Я не умею. Но… если бы ты пригласил…

— Я тоже не танцую. — В потемках был виден лишь бледный абрис лица. — Если начну танцевать, то придется это проделывать со всеми студентками. А мне это не нравится.

Дарс посмотрел в небо.

— Ты не против, если я закурю?

Луиза кивнула. К сердцу мутными волнами подкатывала тоска. Почему-то… совсем другого она ждала от этой встречи.