Арена 13. Кровь - Джозеф Дилейни

Небольшая толпа на балконе начала кричать, подбадривая его, а потом одобрительно затопала. Керна очень любили, все ожидали, что он станет чемпионом этого сезона. Люди верили в него. Он был для них лучшим, и все желали ему победы над ненавистным Хобом.

Схватка была яростной, но постепенно Хоб начал брать верх и Керна снова стали теснить.

А потом прозвучал гонг. С трудом верилось, что уже пролетело пять минут. Теперь оба бойца должны были сражаться, стоя перед своими лаками.

Они перестали биться и сменили позиции.

Люди утихли; я ощущал их тревогу. Хоб был быстрым, неумолимым, куда опаснее любого лака. Теперь меч Керна будет сражаться против его меча. Протянув длинные руки поверх плеч Керна, его лак попытался его защитить – но сумеет ли он?

Хоб неистово атаковал, и Керн отступил.

Тина закрыла лицо руками, не в силах больше смотреть. Дейнон кусал ногти.

– Прочь от стены, дурак! Прочь от стены! – крикнул Тайрон, опустившись на сиденье рядом с Тиной. Он тяжело дышал.

Эти слова могли показаться слишком грубыми: было ясно, что Керн и так отчаянно пытается отойти от стены, но ему мешает яростно атакующий Хоб. Керн прижался спиной к защищенной доспехами груди своего лака, и податься ему было некуда: прямо перед ним стоял Хоб, с двух сторон напирал триглад. Но я знал, что Тайрон любит зятя как родного сына и только страх за Керна заставил его выкрикнуть эти слова.

Тина подняла голову с перил, прислонилась к отцу, и тот взял ее руки в свои. Она смотрела на арену словно загипнотизированная.

И тут – внезапно, ужасно, ошеломляюще – все закончилось.

Лак Керна упал: клинок вошел в его горловую втулку.

Керн с потрясенным видом шатнулся вбок. Хоб уже ранил его – его лицо было в крови, темное пятно медленно расплывалось по правому боку, сочась из-под кожаной куртки. Я увидел, как Хоб снова вонзил в него меч.

Меня замутило. Этого просто не может быть, это слишком жестоко! Керна убивали на глазах у жены, и никто ничего не мог сделать, чтобы его спасти.

Керн покачнулся, но не упал, хотя было ясно, что он тяжело (может, даже смертельно) ранен. Если бы действовали обычные правила, победивший боец и его триглад подались бы назад сразу после того, как пролилась кровь. Так уж были устроены лаки, если шаблоны их не изменяли для участия в бою насмерть или для сражения по другим правилам, таким, какие властвовали на арене сейчас.

Триглад наконец-то отступил, но это не могло спасти Керна. Он был побежден и, живой или мертвый, принадлежал Хобу.

Мы ошеломленно наблюдали, как он покидает Арену 13.

Зрители молчали.

Керн хромал впереди Хоба и его лаков, храбро стараясь не упасть и морщась от боли. За ним тянулся кровавый след, и возле двери «макс» он остановился и покачнулся.

Я думал, он сейчас рухнет, но он повернулся к балкону и посмотрел вверх, на Тину, видя далекое лицо жены в последний раз.

Тина пронзительно выкрикнула его имя; ужасно было слышать в тишине ее страдальческий голос. Керн шагнул за дверь и исчез из виду.

Мы тут же покинули балкон: Тайрон и Квин крепко стиснули руки Тины и наполовину провели, наполовину втащили ее вверх по ступенькам. Зрители остались на своих местах, давая нам выйти. Они молчали, и на их лицах отражался целый спектр чувств: сострадание, гнев, сожаление, горе и уныние.

Тина вся напряглась и дрожала с ног до головы.

Когда мы вернулись в дом Тайрона, слуги, как всегда умелые и проворные, бросились на помощь. Послали за доктором, Тину завернули в одеяло и усадили перед очагом. Она все еще дрожала, но первая волна истерии прошла, и она вела себя спокойно и здраво.

– Помоги ему, отец, – тихо взмолилась она. – Пожалуйста, помоги ему! Я знаю, ты можешь это сделать.

Тайрон покачал головой и принялся расхаживать по комнате, как зверь в клетке.

– Выкупи Керна, пожалуйста… Если ты дашь Хобу много денег…

Тайрон продолжал расхаживать, и пролетело еще несколько драгоценных безвозвратных минут.

– Позволь мне предложить себя вместо него, – сказала Тина. – Пожалуйста, отец…

Вошел доктор, и Тину пришлось держать, пока доктор вливал ей в рот принесенное лекарство. Когда она лишилась чувств, двое слуг отнесли ее наверх в спальню. Квин отправилась следом, и только тогда Тайрон перестал ходить туда-сюда.

Он сделался очень спокойным и решительным – я очень хорошо знал это выражение его лица.

– Ступайте в постель, живо! – рявкнул он, бросив сердитый взгляд туда, где у двери стояли в ожидании я, Палм и Дейнон.

Но когда я повернулся, чтобы уйти, он окликнул:

– Не ты, Лейф! Ты ступай за мной.

Я последовал за ним в заднюю часть дома, а оттуда в подвал. В каменной стене подвала была маленькая металлическая дверь, которую я замечал и раньше, но никогда не задумывался, зачем она здесь. Теперь Тайрон ее открыл, и я понял, что за ней сейф.

Вынув из сейфа мешок, Тайрон протянул его мне. Мешок был тяжелым и гораздо больше того, который Квин отдала кисточкам.

– Золото, – сказал Тайрон. – Единственная монета, которую примет Хоб.

Мы вышли в холодную ночь, и Тайрон зашагал к высокой деревянной повозке, в которую уже была впряжена шестерка лошадей. Он собирался нанести визит Хобу и выбрал меня, чтобы я его сопровождал. Конечно, я был польщен, но в то же время волновался и гадал – почему именно я?

Забравшись в повозку, Тайрон взял вожжи, но прежде чем отправиться в путь, повернулся ко мне и спросил:

– Ты знаешь, куда мы отправляемся?

Я кивнул.

– Тебе не обязательно ехать. Если боишься, возвращайся в дом.

– Я не боюсь, – ответил я.

– Это потому, что ты не родился в нашем городе. Тебе было бы страшно, знай ты о Хобе больше. Тебе известно, что он сделал с твоей матерью, но это лишь малая толика того, на что он способен. Я беру тебя с собой для того, чтобы ты понял, против чего выступаешь, – это одна из причин, но есть и другая. Я доверяю тебе. Доверяю так же, как доверял твоему отцу. Никто не должен в одиночку входить в цитадель Хоба, поэтому я хочу, чтобы со мной был человек, на которого я могу положиться.

– Нас могут убить там? – спросил я, показывая на холм.

– Не этой ночью – если ты сохранишь спокойствие и будешь в точности выполнять указания.

– А он послушает? Он отдаст Керна?

– Он может, – мрачно ответил Тайрон. – Но я подозреваю, что бедный Керн уже умирал, когда покидал арену. Мы отправляемся туда не в надежде вернуть Тине тело Керна, хотя я отдал бы за это почти все на свете. Мы отправляемся туда за другим…

– За другим? – повторил я.

– Да, – сурово кивнул Тайрон. – Я надеюсь выкупить душу Керна.