Пепел и Мечты: Рубикон - Александр Снурницын

— Сегодня мы собрались, чтобы отпраздновать. Отпраздновать великую победу над великим врагом, — раздался низкий, глубокий голос, прокатившийся по залу, словно грозовой раскат. Каждое слово резонировало от стен, усиливаясь до такой степени, что он оглушал. В этом голосе была неподдельная мощь, но совершенно отсутствовали какие-либо эмоции.

— Наша война со Слугами Турса длится сотни лет. Мы сражались с ними бесчисленное множество раз, теряя друзей и братьев, оставляя сыновей сиротами, а женщин — вдовами. Но страдаем не только мы. Наши союзники из других крепостей платят ту же цену, год за годом противостоя рабам резни.

Мы — люди, и не рождены для того, чтобы вечно убивать друг друга. У нас есть враги пострашнее, ведь Ужасы никогда не дремлют. Но чтобы мир стал возможен, мы должны покончить с одержимыми войной раз и навсегда.

Недавняя победа моего сына приблизила нас к этой цели. Его имя войдет в хроники, что скоро напишут о нашем триумфе.

Так поднимем же бокалы! — голос главы взметнулся, превращаясь в яростный рев. Он поднял кубок высоко над головой, завершив свою речь.

По залу прокатился оглушительный гул: собравшиеся закричали, чаши взметнулись в воздух. Волна торжества и величия была такой мощной, что у меня закружилась голова. Я крепко вцепился в стену, чтобы не упасть, и скривил губы в подобии улыбки, поднимая свой кубок. Чтобы не выделяться, я тоже что-то выкрикнул и залпом осушил горькую жидкость.

Пир начался.

Зал наполнился громкими разговорами, смехом, звоном посуды и ароматами множества блюд, смешанных с запахами парфюма и человеческого пота. Я сохранял своё место в тени, наблюдая издалека. Мой взгляд был прикован к высшему столу, точнее — к Галу.

Для каждого, кто сидел за этим столом, был выделен личный слуга, в том числе и для моего соперника. Они должны были следить за тем, чтобы бокалы хозяев всегда оставались наполненными, а блюда — полными.

Прошло некоторое время, прежде чем слуга Гала извинился и отошёл от стола. Это был мой момент.

Я достал заранее приготовленный кубок и вылил в него жидкость из своего бокала. Затем достал небольшой пакетик из кармана и высыпал его содержимое в напиток. На таких пирах обычно использовали особые зачарованные кубки, способные распознавать яды или даже нейтрализовать их. Однако то, что я добавил, едва ли можно было назвать ядом. Напротив, многие считали это лекарством, но у него имелся "побочный эффект". В сочетании с алкоголем оно усиливало эмоции и "развязывало язык".

Риск, что меня разоблачат, существовал, но он казался крайне низким. Даже если кто-то поймёт, что кубок не зачарован, а напиток решат исследовать, всё, что они узнают, — это то, что я добавил лекарство. За это меня могли лишь пожурить, но не более. К тому же, Галу, как самому младшему, достался худший из слуг, и, судя по выражению его лица, он был явно недоволен своим назначением.

Я дождался, когда угрюмый мужчина в строгом костюме поспешит из кухни обратно к столу с графином, и тут же протиснулся к нему сквозь толпу. Лёгким постукиванием по плечу я привлёк его внимание. Мужчина обернулся, недовольно щурясь, словно собирался испепелить меня взглядом.

Я, сделав самую милую улыбку на лице, учтиво поклонился:

— Господин Дорфилд просил передать этот напиток господину Галу в качестве извинения за своё отсутствие на пиру. Могу ли я попросить вас доставить его?

Он хотел было отказать, но тут я быстро всучил ему кубок.

— Большое спасибо! — произнёс я с преувеличенной благодарностью, не дав ему времени на возражение, и тут же растворился в толпе.

Дорфилд, дядя Гала по материнской линии, действительно не присутствовал на пиру — он был занят делами за пределами Неверленда.

Я бросил взгляд на слугу, который с явным недовольством уставился на кубок, но всё же поспешил обратно к столу. Задержка могла стоить ему выговора или даже наказания. Наклонившись к Галу, он что-то тихо сказал и передал напиток. Гал выглядел слегка удивлённым, но не придал этому большого значения. Он сделал глоток, и я с трудом сдержал ухмылку. Всё шло по плану. Время для следующего шага.

Теперь немного о группе Гала. Она состояла примерно из дюжины человек, большинство из которых были детьми из влиятельных семей. Их родители отправили их в окружение Гала, надеясь извлечь хоть частичку выгоды от связей с кланом Гамби. Однако не все участники этой компании были там по принуждению. Некоторые, к моему недоумению, искренне верили в Гала и преданно следовали за ним. Как можно испытывать преданность к такому жалкому типу — уму непостижимо.

И вот, я направился к одному из таких преданных глупцов. Перед этим мне пришлось ненадолго выйти из зала, чтобы достать несколько заранее спрятанных кубков, но это не заняло много времени. Держа в каждой руке по чаше с напитком, чем-то средним между вином и пивом, я направился к Мелну. Он был одним из тех, кто нападал на меня, когда я впервые столкнулся с группой Гала.

Старше меня и физически сильный, Мелн с его смуглой кожей выглядел внушительно. Когда я подошёл ближе, он громко смеялся, беседуя с незнакомыми мне людьми. Но как только он заметил меня, его взгляд потемнел, а улыбка исчезла.

— Хэй, — я широко улыбнулся, будто не замечая его напряжённого выражения.

— Чего тебе? — коротко бросил он. Его настороженность тут же передалась компании, с которой он разговаривал. Все присутствующие нахмурились, уставившись на меня.

— Не отойдёшь со мной на минутку? Я хочу поговорить с тобой о нашем общем друге, — последнее слово я произнёс с явным сарказмом, нарочно поддразнивая его. Мелн ещё сильнее впился в меня взглядом.

— Мне не о чем с тобой говорить, — отрезал он.

— Не стоит так напрягаться. У меня всего лишь есть предложение, выгодное и тебе, и этому твоему "другу", — мои слова, похоже, заставили его задуматься. Постучав пальцами по столу, Мелн бросил взгляд на Гала, сидящего вдали, и, немного поколебавшись, поднялся.

Мы молча направились в менее оживлённую часть зала, где было потише. Я с трудом донёс два кубка со сломанной рукой, поэтому, когда мы сели, почувствовал облегчение, наконец, поставив посуду на стол. Без промедления я перешёл к делу.

— Почему ты вообще вечно бегаешь за Галом, как пёс за хозяином? — нарочно провоцируя, я бросил эту фразу с лёгкой