Свадебный переполох - Ольга Ружникова

— А вы стали бы пить?

— Нет, при условии, что вино отравил я. А если — нет? Я тоже пью противоядия, но вдруг — не те? А на вас — ни подозрения. Вы-то остались бы живы-здоровы в любом случае.

— Вы преувеличиваете мою живучесть, — усмехнулся Анри.

— Да нет, ни капли. На вас недавно было покушение…

Тенмар чуть не поморщился. Опять!

— Эта несчастная покушалась лишь на себя.

— Да нет, герцог. Розы были отравлены. Весьма редким сильнодействующим ядом. Да, лично я от него противоядий не знаю. Солдаты, подобравшие по вашей просьбе розы, чтобы положить на могилу старухи, через день скончались в лихорадке. Что эти бедолаги вам сделали, а? Кстати, герцог, вы ведь тоже укололись. Тому тьма свидетелей. И как всё это понимать?

Брешет? Похоже, нет. Солдат жаль. Они-то точно ни при чём.

А одна роза летела в Сержа — Анри сам видел! И сейчас, вспомнив, похолодел. Хорошо, что обошлось. То ли Поппей врет и розы никто не травил, то ли мальчишку не задело!

Огненная колесница в небе! Пылающий всадник мечет сполохи огня.

Сумасшедший закат во всё небо Сантэи… или не только ее…

Не сейчас!

«Колесница…» Роджер Ревинтер, чье преступление и раскаяние сделало его игрушкой потусторонних сил, рвущихся сюда…

Не сейчас!

— Мой отец, герцог Ральф-Луи-Эжен Тенмар, давал противоядия всей нашей семье. А нам с братьями — с раннего детства, — холодно ответил Анри. — Та несчастная мать просто не знала, какие.

Действительно — есть знания, передающиеся из поколения в поколение, от отца к сыну. Вполне возможно, Ральфу Тенмару было известно то, чего не знал Поппей Август.

Впрочем, иногда любые противоядия — бесполезны. Арно Ильдани убили простой пулей…

— Передайте мои сочувствия семьям погибших.

— Они не женаты. И бездетны — не считая сомнительных ублюдков. Это наемники из провинций, — отмахнулся Поппей. — Не преторианцы же гладиаторов охраняют.

— Тем не менее — у наемников из провинций могут быть отцы и матери. И сомнительные ублюдки тоже хотят есть.

— Хорошо, подполковник.

— И раз уж вы сообщили о смерти моего отца, — отчеканил Анри, — то не будете ли так любезны упомянуть, когда он умер?

— В восьмой день Месяца Сердца Весны его обнаружили мертвым в личном кабинете, — равнодушно ответил Кровавый Пес.

— Благодарю, — Тенмар встал.

В приемной ошивается очередной разряженный патриций с малочисленной свитой. Молодой и еще более гладкий. Наверняка приятель Поппея по кутежам и иным придворным удовольствиям.

Анри прошел мимо обдавшего его почти дамскими духами фанфарона и наконец оказался в прохладном коридоре. С обязательными в Квирине мраморными статуями — куда же без них?

Один. Наконец-то! Каменные боги и герои — не в счет. Они не задают жадных вопросов, не высматривают реакцию на смерть отца. Даже отравить не пытаются…

Восьмой день. Значит, Ральф Тенмар умер в ночь с седьмого на восьмой. Огненная колесница, пылающий всадник, алые сполохи на невозможно синем небе Сантэи…

Отец, с какими силами ты связался? И… что в ту ночь отдал сыну?

Вино в том графине было самого обычного цвета. И запаха.

Глава 11

Эвитан, Лютена.

1

Алан растерян — и это забавно. Бертольд Ревинтер даже решил успокоить чересчур услужливого мальчишку. В конце концов, не стоит зря обижать преданного человека. И верного друга Джерри.

— Вашей даме сердца просто только что сообщили о смерти ее дорогого дяди и покровителя. Отныне прелестная Ирэн — опечалена горем, безмерно одинока и свободна. И вы, Алан, можете смело просить ее руки…

Ревинтер едва не расхохотался. Как вытянулось лицо бедного Эдингема! Кажется, кое-кто теперь опечален куда сильнее миловидной дурочки Ирэн.

— Это приказ? — парень из последних сил старается спрашивать спокойно. Молодец.

И чего испугался? Жениться на дуре? За ней наверняка дадут неплохое приданое. За единственной-то дочерью барона — отнюдь не самого бедного в Тенмаре.

И чем это пугает полунищего нетитулованного дворянина, скажите на милость? Личное баронство или графство выслуживают единицы. А без этого никто графиню в жены не отдаст — можно даже не мечтать.

И потом: дура-жена — это очень хорошо. Плохо — умная, властолюбивая стерва. Жаль, в юности этого никто не понимает…

— Да нет, Алан, — мягко улыбнулся министр финансов еле живому от ужаса мальчишке. — Это — совет.

— Я должен на ней жениться?.. — басовитый голос не дрожит. Всё еще.

— Не сразу. Ты должен продолжить за ней ухаживать. Подольше. Девушка сейчас — одинока и растеряна. А тенмарские родственники вряд ли окажут ей поддержку.

Разве что гроб помогут нести. Заколотив в него и Ирэн. Или попытаются спихнуть девчонку замуж за кузена Констанса.

— Я имею в виду ее дядей. Им будет некогда. Грызня друг с другом за титул займет всё их время.

И если не совсем кретины, то сначала объединятся против Эрика. Впрочем, если полупринц вернется победителем Аравинта — сам будет всерьез рассчитывать на Тенмар. А победителем Эрик вернется.

Значит, нужно сделать так, чтобы зарвавшийся незаконный брат короля не получил ничего. Анри Тенмару герцогом не бывать — хватит с Эвитана одного Арно Ильдани. Но и принц, захапавший столь жирный кусок земли, нужен еще меньше.

Значит, придется выбирать одного из бастардов старого волчары. Желательно — поглупей и полизоблюдистей. Но тут уж как получится. В крайнем случае — любой сойдет. Всё не Эрик.

— Но…

Как же Алану не нравится Ирэн — это даже забавно! Поженить их, что ли, в самом деле? Потом когда-нибудь?

— Герцог умер. Зачем продолжать слежку за девушкой? Ведь на других родственников она влияния не имеет…

Умолк. Сообразил, что перегнул палку. Точнее — целую дубину. Стоеросовую.

Ладно хоть заметил. Молодец. На первый раз — будем великодушны и не заметим. Эдингем — нужен. Да и Роджера огорчать незачем.

— Девушка будет рассказывать вам, Алан, обо всём, что происходит в окружении принцессы Алисы. Особенно — о письмах, что получает принцесса от супруга. И о реакции на них кое-кого из придворных дам. А уж когда вернется принц Эрик Ормхеймский — Ирэн станет незаменимой. Девушка, как я понял, любопытна как сорока и весьма болтлива.

Незаменимой она станет точно. Эрик любит ярких брюнеток. Ирэн Вегрэ — глупа. И без ума от тряпок-сонетов-романов. Но всё же соображает, что влиятельным покровителям не отказывают. Иначе не оказалась бы в холодной постели старика.

Здесь вопрос лишь во времени. Как быстро королевский бастард заметит в своем цветнике новую хорошенькую розу и ринется на штурм? И хватит ли у девицы ума, чтобы поупираться для вида? Понабивать цену.

Хватит