Свадебный переполох - Ольга Ружникова

Ну что ж, дать властному и не столь уж глупому родственнику пост главнокомандующего — последняя ошибка дряхлеющего узурпатора. Когда речь идет о Пурпурном престоле — верить нельзя никому.

Октавиан Мидантийский Барс проиграл. Вместе с господином послом. А вот Скорпион Мидантии — выиграл.

Но что же теперь делать? Не мидантийским царедворцам — эвитанскому.

Борис еще задолго до престола многажды заявлял, что Аравинт — провинция Мидантии. Ну и… Ну туда Эрику и дорога, но для успешного осуществления планов самого Ревинтера необходимы года три мира, а не затяжная война с Мидантийской империей. Еще чего доброго — и разбитая Квирина хвост поднимет. А там Роджер в плену…

Как прикажете свергать короля в постоянно воюющей державе? Для полного счастья не хватало еще внутренней смуты или взбунтовавшейся черни!

Кстати, насчет черни. Она ведь и в Мидантии найдется. Надо только не паниковать. Не торопиться и не наломать дров. Кому их ломать — найдется и без Ревинтера. Двое таких сейчас в Аравинте.

Отложить злосчастное письмо. Отвлечься на несколько минут. Налить белого илладийского, прикрыть глаза и задуматься. Спокойно…

Агент упомянул и все намеки нового императора — на утренней аудиенции с послами и ближайшим окружением. Среди прочего свежеиспеченный владыка Мидантии величественно заметил, что хотел бы видеть одну из дочерей королевой Эвитана.

Ну, заявить в первый же день правления, что мечтаешь завоевать сильнейшее соседнее государство, вряд ли посмеет любой правитель, кроме Карла. И даже в Мидантии короны незамужним несовершеннолетним дочерям при наличии взрослых сыновей не раздают. Следовательно, Его Императорское Величество Борис Второй благосклонно примет предложение руки и сердца Карла Третьего для одной из принцесс.

В другое время и при другом короле предложение следовало немедленно сделать. Союзниками вроде мидантийский императоров не разбрасываются. Даже временными. Старшей из принцесс, Марии, семнадцать или восемнадцать. Миловидна, неглупа, кротка нравом, добродетельна, набожна и не лезет в политику. Идеальная эвитанская королева. А также — мать наследника и целого выводка принцев и принцесс. При другом короле.

А сейчас — смерти подобно. Точнее — затяжной и беспощадной войне. Королеву придется отправлять в мир иной вслед за Карлом. А при таком раскладе ею не может быть мидантийская принцесса. И никакая другая! Разве что внучатая племянница уже почти побежденного Георга, Арабелла. Не будь она родной племянницей Карла.

Хотя ее не отдаст даже совсем побежденный Георг.

Наслышан ли Борис Второй о склонностях и привычках будущего зятя? Ну, если разведка в Мидантии работает столь дурно — Бертольд Ревинтер с удовольствием просветит на сей счет наивного императора. Раз уж тот набивается в родственники к дураку и извращенцу.

Должен же кто-то позаботиться о счастливом будущем принцессы Марии — при таком-то беспечном отце. О том, чтобы будущее у нее было.

А еще министр финансов посчитает тогда восшествие на престол нового императора личным вмешательством Творца в дела земные. Потому что никак иначе глупцу трона не завоевать. Значит — кое на что Борис Второй глаза закрыть готов. Но не на смерть дочери, не надейся.

И зачем ему это вообще? Отравить Карла? Будь это так — Ревинтер лично похлопотал бы за мидантийских сватов. Так ведь точно не узнаешь, а рисковать — нельзя…

Министр финансов усмехнулся, резко открывая глаза. Ну что ж, графиня Полина Таррент, ваша мечта сбудется. Официальная помолвка состоится на днях, свадьба — через месяц. А неофициально Карл уже на всю страну растрезвонил, что женится.

Королишка в оставшиеся дни (и ночи!) станет еще настойчивее. Прелестная Полина — еще соблазнительней и увертливей. Очаровательной графине лучше не открывать перед женихом дверь спальни — до самой свадьбы. Иначе (не говоря уже о риске потерять интерес Карла) — даже этой змее в небесно-голубом не удастся скрыть отвращение.

Ни об одном из ее мужей Ревинтер не слышал того, что о Карле. Все радости ждут прекрасную Полину после свадьбы. И до этого Бертольду нет уже никакого дела. От вдовушки требуется лишь одно — родить Эвитану здорового наследника. А мать двоих детей здесь подойдет больше любой девицы. Хотя бы тем, что уже доказала плодовитость.

Полина побудет королевой год-другой — и уйдет со сцены. Тихо и почти незаметно.

Пожалуй, на днях Ревинтер обрадует красавицу своей полной поддержкой. Как очень хитрую мышь — очень большим и вкусным куском сыра. В очень красивой и изящно замаскированной мышеловке.

А породниться с Мидантией — почему бы и нет? Лет через несколько. Обручить будущего сына Карла и маленькую внучку Бориса, дочь принца Евгения.

Потом можно и намекнуть… Когда Его Величество Борис Второй разберется с нынешними проблемами. Ну, уже почти нынешними.

Так в какой мидантийской провинции, говорите, нечем платить налоги? А что насчет соседних?

И неужели у пленного Константина совсем нет сторонников? Даже у Грегори Ильдани были, а ведь он — не законный император, а узурпатор чистой воды.

И как насчет где-то скрывшегося Мидантийского Барса? Вместе с его женушкой Мидантийской Пантерой и обоими детишками?

3

Следующее письмо, вскрытое с теми же предосторожностями, прилетело из Квирины. Аврелиан Четвертый подозрительно долго засиделся на престоле. И теперь вдруг затеял в столице массовое строительство храмов. Эта новость — не первая, но тогда Ревинтер просто посмеялся. «Преторианским» императорам только на Творца и приличное посмертие надеяться и осталось. Последний просто вовремя об этом догадался.

Но теперь ситуация изменилась. Часть святилищ спятивший правитель почти в открытую посвятил языческим богам. И собрался возродить какие-то «древние обряды». Причем — вовлечь в это высшее дворянство. Суть обрядов пока держится в тайне — значит, часть своего исчезнувшего рассудка Аврелиан все-таки сохранил.

Гвардия — пока на стороне императора. (Еще бы — в противном случае он уже превратился бы в бывшего императора.) Плебс получает еще больше хлеба и зрелищ. Патриции либо принимают участие в увеселениях, либо тихо шипят по домам. Церковь делает вид, что ничего не происходит. То ли в Мидантии Патриарх при смерти, то ли Квирину скоро так шарахнет! Всеслав тихим агнцем покажется.

Еще вопрос: надолго ли Аврелиану при подобных тратах хватит государственной казны? И так уже изрядно растрачена предшественниками. И с кого он собирается драть потом повышенные налоги? Как бы месть Патриаршего Престола не опоздала и не ударила по какому-нибудь безвинному Юстиниану Седьмому. Кажется, так зовут Аврелиановского кузена…

Впрочем, терять нынешнему правителю Квирины всё равно нечего. Там престол равнозначен камере