Книга демона - Михаил Кликин

Команда «Цветка» с завидным удобством расположилась в таверне «Черный спрут». Пива здесь, конечно, уже не подавали, но еду испуганная скорой войной служанка приносила исправно, не требуя денег. Правда, и еда эта была соответствующая: старая вонючая солонина, крепкие, будто каменные сухари, моченая капуста да подпорченный плесенью сыр. Скользкие куски солонины матросы нанизывали на ручные вертелы и совали в огонь очага – получалось довольно сносно, хотя запах такое блюдо распространяло чудовищный.

– Отвратительно, – переступив порог «Черного спрута», с чувством произнес капитан Хрюк. И, обернувшись к нашедшемуся юнге, тут же спросил: – Жрать хочешь?

Гай, быстро оглядевшись, помотал головой.

Таверна была переполнена людьми. Кто-то, скорчившись, спал на соломенных, брошенных на пол тюфяках, кто-то неспешно трапезничал, кто-то играл в митс на расчерченной ножом столешнице. Появление капитана хоть и было замечено, но особого впечатления не произвело. Разве только чуть тише стало да низкорослый Вельбет, прозванный Тумбой, метнулся за ширму, отгораживающую дальний угол, а через миг из-за нее выскользнул второй помощник Сналт и заспешил навстречу Хрюку с докладом.

– Ладно-ладно, – добро, почти ласково проронил капитан. – Вот привел, – он указал рукой на мнущегося позади Гая. – Ведь все самому приходится делать. Никакого от вас толку, мерзавцы, одно расстройство.

Сналт сделал виноватое лицо.

– Чего уж теперь, – сказал Хрюк. – Принимайте юнгу, накормите, снарядите, место определите…

Ни кормить, ни снаряжать Гая не стали; когда капитан ушел по ему одному ведомым делам, хмурый Сналт подвел юнгу к свободному тюфяку, велел никуда без разрешения не отлучаться и, посчитав на том свою миссию исполненной, поспешил убраться за плотную занавеску, скрывавшую, очевидно, начальственные апартаменты.

Гай, прислонив меч к стене, сел на хрумкую солому и пригорюнился. «Ну что за невезение такое, – выговаривал он себе, – сперва одних друзей потерял, теперь вот и с другим знакомым разлука вышла. Может, попросить капитана Хрюка, пусть он и Скабби в экипаж возьмет…»

Горевал Гай недолго. Из скорбных раздумий его выдернул чей-то радостный вопль сбоку:

– Ага!

Гай быстро повернулся и увидел помятое, еще сонное лицо Джайла, выглядывающее из-под замызганного одеяла.

– Ага! – повторил Джайл чуть тише. – Все-таки сцапали тебя! Не вышло сбежать?! – В его голосе одновременно слышались сочувствие, ехидство и сдержанное ликование.

– Да я и не бежал! – возмутился Гай.

– Ладно тебе, – Джайл подмигнул приятелю. – Чего уж теперь… Я вот тоже не сумел, хотя почти был… Но поймали… Эх, знать бы заранее… – Он помотал головой и, зевнув, совсем выбрался из-под одеяла.

– Давно тебя привели-то? – спросил он, осматривая таверну.

– Только что, – сказал Гай.

– Тогда понятно… А я вот дрыхну, не слышу ничего. Открываю глаза – а тут ты… Нашел кого из своих?

– Нет… Вернее, нашел, но не тех, кого искал.

– А кого?

– Просто знакомого. Он меня подвез как-то. И брюквой угощал.

– Поня-ятно, – протянул Джайл и, оценив наконец обстановку, лениво поднялся на ноги. – Ты погоди тут, – сказал он зашевелившемуся Гаю. – Я сейчас…

Вернулся Джайл с большим глиняным блюдом, полным капусты и вонючей дымящейся солонины.

– Вот, – сказал он довольно, опуская тяжелую посудину на пол между собой и Гаем. – Небось тоже успел проголодаться?

Гай дернул плечом.

– Ешь, – строго велел Джайл. И, ухватив самый большой кусок мяса, рассудительно добавил: – Как знать, может, дней через десять будем дохлых кошек жрать и радоваться этому. Осада – дело долгое. А сколько в городе припасов, никто не знает.

– На три месяца должно хватить, – припомнив разговор герцога и бургомистра, сказал Гай.

– Это тебе что, сам почтенный Снейр доложил? – усмехаясь, спросил Джайл.

– Да, он. Только не мне, а герцогу. Я просто рядом был, слышал.

– Это где это? – недоверчиво поинтересовался Джайл.

– На стене. Там еще Рмоан был. А потом капитан появился и велел мне идти за ним.

– Надо же, – уважительно сказал Джайл. – А что еще ты слышал?

– Ну, разное… Я особо не прислушивался. И не запоминал.

– Осада-то будет?

– Наверное, будет.

– Конечно, будет. Как же без нее… Только… – Джайл осмотрелся по сторонам, подвинулся ближе к Гаю, подался вперед, понизил голосе – Кажется мне, что Хрюк чего-то замыслил. Уж не знаю, плохое ли, хорошее ли. И думается мне, что неспроста он нас по всей Гарде искал. Сам посуди – кто мы такие? Нас и юнгами-то назвать нельзя, морскому делу мы не обучены, на корабле только мешаемся. А он половину команды снарядил на поиски! Так что кажется мне, что есть у Хрюка на нас какой-то расчет.

– Какой? – шепотом спросил Гай.

– Знал бы – рассказал, – выпрямляясь, буркнул Джайл. И, ухватив щепотью кислую капусту, отправил ее в рот.

День прошел шумно, но скучно. Томящиеся матросы устало переругивались, боролись на руках и на пальцах, пели печальные морские песни и рассказывали страшные истории о древних чудовищах и кораблях-призраках. Кое-кто, ища новых развлечений, пытался задирать притихших юнг, но второй помощник Сналт, каким-то особенным чутьем чующий непорядок, тут же выглядывал из-за ширмы и грозным окриком или просто суровым взглядом осаживал задиру.

Вечером появились капитан Хрюк и его помощник Олфо. Оба они имели усталый, но довольный вид. Набрав еды, они уселись за дальний стол, выставили перед собой оплетенную лозой бутыль и принялись трапезничать, тихо о чем-то переговариваясь.

– Видишь? – Джайл толкнул Гая в бок. – Точно чего-то замыслили…

За окнами быстро темнело. Большую часть светильников унесла служанка, и «Черный спрут» действительно становился черным. Унявшиеся матросы, радуясь концу очередного дня, потихоньку расползались по спальным местам. В густом полумраке еще слышалось бормотание и смешки, но постепенно бормотание становилось тише, а смешки раздавались реже; кто-то уже храпел, кто-то сопел носом, кто-то, зевая, молился Халоту – морских людей покровителю.