Лебединый трон - Кэтрин Корр

– Но я не знаю, кузина. Единственное, что я должна сделать, – это выйти замуж.

Я сжимаю кулаки.

– Одетта, я пытаюсь найти доказательства, подтверждающие мои обвинения, но в то же время ты должна защитить себя…

– Мне всегда нравилось это окно.

Сбитая с толку, я следую за взглядом Одетты и смотрю на огромное витражное окно. Оно должно быть обращено на юго-запад; цветастые стеклышки пылают, как будто освещены огнем. На нем изображена карта королевства, но вместо привычных границ доминионов и Собственности Короны представлены другие картинки: крошечные, застывшие изображения Соланума. Заснеженная гора, зеленый луг, бирюзовое озеро, дуб с золотыми листьями. Слишком много, чтобы я могла все разом разглядеть.

– Наше королевство прекрасно, не так ли? – спрашивает моя кузина.

– Да. Так и есть.

Она поворачивается ко мне лицом.

– Ты говоришь мне, чтобы я защищала себя. Но кто защитит народ королевства, если не я?

– Арон действительно хочет править. Если бы нам удалось убедить Собрание…

Одетта качает головой:

– Ты же знаешь законы, кузина. Если я откажусь выйти замуж, я не смогу править. Арон не способен летать, поэтому он не может править. А теперь ты говоришь мне, что тоже бескрылая. Если мой отец умрет, а я не выйду замуж или откажусь от престола, к кому обратится Собрание? Кто следующий в очереди?

Я бормочу в ответ:

– Аурик из Олориса. А за ним – Зигфрид.

– Именно. Зигфрид. – Ее голос становится жестким. – И я могу назвать тебе дюжину придворных, которые согласятся выйти за него замуж, убийца он или нет, чтобы носить корону. – Она берет меня за руки. – Как я уже говорила, я не слепая, кузина. Я знаю, что мой жених не тот человек, каким бы я хотела его видеть. Я признаю, что ты пытаешься помочь мне. И если бы у тебя были доказательства, о которых ты говоришь…

– Но если мы скажем об этом Собранию, они могут помочь. Где-то под Цитаделью лежит тело…

– Кузина, ты лишь недавно избранная защитница, ты не можешь летать и провела при дворе всего несколько недель. У тебя нет поддержки за пределами твоего собственного доминиона. Собрание тебе не поверит, – она вздыхает. – Они будут слишком бояться Зигфрида, чтобы поверить тебе. Если королева не вмешается, я выйду за него замуж. Если то, что ты говоришь, правда, как только я стану королевой, у меня будет власть остановить его. Я надеюсь.

Входит одна из почтенных монахинь и начинает подливать масла в лампы. Она улыбается нам и наклоняет голову.

– Как пожелаешь, Одетта. Но если ты придумаешь хоть один способ, с помощью которого я смогу помочь тебе…

– Останься здесь. Не возвращайся в Атратис. Не оставляй нас с Ароном одних.

Понимает ли она, о чем просит меня? А может, и нет. Но я не могу бросить ее.

Раздается колокол замка.

– Опять? – Одетта хмурится. – Больше никаких арестов. Или… – Она сглатывает и ускоряет шаг. – Возможно, это мой отец…

Вместе мы возвращаемся к Цитадели. Вестибюль с высоким потолком полон придворных, сбившихся в кучки или нервно озирающихся по сторонам, а над нами все еще звенит колокол. Несколько человек замечают меня и начинают перешептываться.

– Смотри, – Одетта указывает на лестницу: Арон идет нам навстречу. – Брат, что случилось? Отцу хуже?

– Нет, его состояние не изменилось, – Арон смотрит на меня.

– Но члены Собрания, которые были осуждены за измену, по-видимому, добровольно сообщили некоторые дополнительные детали этого предполагаемого заговора. Никаких арестов пока нет, но некоторые люди были привлечены к допросу.

Одетта берет меня за руку. Я задаю вопрос, хотя и уверена в ответе.

– Люсьен?

Он кивает, и мое сердце колотится в остром приступе паники…

Но паника сейчас ничем не поможет. Я делаю глубокий вдох.

– Где их допрашивают? И кто ведет допрос?

– На верхнем этаже, в южном крыле. Там есть небольшой зал, Солнечная камера. Главный секретарь проводит собеседования, очевидно, при содействии… – Он поднимает бровь, глядя на сестру. – …Лорда Редвинга.

Зигфрид. Если он находится в этой Солнечной камере, значит, его комната пустует.

– Как вы думаете, когда им разрешат выйти?

– Понятия не имею. Думаю, через несколько часов.

– Спасибо, Арон. Прошу меня извинить… – Я кланяюсь своим кузенам и спешу так быстро, как только могу, не привлекая излишнего внимания, обратно в свои комнаты.

К тому времени, когда через несколько минут появляется Летия, запыхавшаяся – наверное, она убежала после того, как я так яростно дернула за звонок, – у меня в голове уже созрел план.

– Адерин, я слышала о лорде Люсьене…

– Я знаю, но у нас есть дела, которые не могут ждать. – Она выглядит испуганной, но я продолжаю настаивать: – На днях ты говорила мне о горничных. Они все носят форму, не так ли? Они все абсолютно одинаковы?

Она кивает.

– В оттенках серого. Темно-серое платье, светло-серая шапочка и фартук.

– Как думаешь, сможешь достать мне один комплект?

– Думаю, что да – я знаю хозяйку прачечной. Но что ты собираешься с ней делать?

– Люди не обращают внимания на слуг, – в глазах Летии мелькает обида, я себя поправляю: – Мне очень жаль, мой друг. Я хотела сказать, что дворяне, придворные, мы привыкли не замечать людей, которых нанимают в качестве слуг. Особенно горничных: все одеты одинаково, все в каждой части Цитадели… Ни один дворянин не бросит второго взгляда на горничную. Сомневаюсь, что и старшие слуги смотрят на них.

– Верно.

– Мне нужно вернуться в покои лорда Зигфрида. Мне удалось сохранить ключ, и я знаю, что сейчас Зигфрид наверху допрашивает людей – это идеальное время. Если ты достанешь мне форму, то даже если кто-то войдет, это будет выглядеть как будто я просто вытираю пыль.

Выражение лица Летии весьма скептическое.

– Адерин, я люблю тебя, но ты никогда в жизни ничего не вытирала. – Она усмехается. – У меня есть другая идея… Я сейчас вернусь.

Пока я жду возвращения Летии, я рассматриваю потенциальных союзников среди моих коллег-защитников и других придворных. Патрус, будь он здесь, вероятно, встал бы на сторону Зигфрида, хотя бы из вредности. Грейлинг Рен, вероятно, почувствует, что ему нужно обратиться к отцу за советом. Если и вовсе не улетит. Но Ланкорфис, учитывая, что Нисса и Люсьен родственники, несомненно, присоединится к Атратису. И Арден Дакийский тоже может дважды подумать, прежде чем позволить Олорису управлять короной; хотя я точно не знаю, какое давление оказывает на него арест его кузена. Я решаю начать с Ардена. Завтра день бракосочетания, а утром состоится турнир, но после этого я найду способ поговорить с ним наедине. Возможно, Одетта права – может случиться так, что он мне не поверит. Но я узнала то, что иногда правда имеет меньшее значение, чем положение. Особенно здесь.