Родная кровь - Вадим Панов

– У нас всё получится, – прошептала она, потеревшись щекой о плечо Влада.

– Я знаю.

– Откуда?

– Потому что мы наконец-то вместе.

– Это важно? – тихо спросила девушка.

– Очень.

Настя улыбнулась… Но в следующий миг резко выпрямилась в кресле и, глядя расширившимися глазами на крепость, глухо произнесла:

– Всё плохо!

– То есть? – растерялся Лисин.

– Не знаю… – Девушка сжала кулачок, с ненавистью глядя на Шлиссельбург, и повторила: – Но всё плохо.

* * *

Они шли по тёмным переходам внутри крепостной стены. Впереди Велена, которой пришлось взять на руки Кирилла, за ней Игнат с книгой в руке, Кирсанов и Ярцев. Шас и люд, которых ведьма планировала использовать в качестве авангарда, от почётной, но опасной роли вежливо отказались и держались чуть позади, объяснив, что, поскольку в крепости засели челы, нелюдям лучше оставаться в стороне. Велена попыталась обвинить их в трусости и почти сумела взять «на слабо» здоровенного люда, но Ашрав пнул Лютополка в ногу и велел не поддаваться.

В итоге получилось так, как получилось.

Шли молча, напряжённо оглядываясь и прислушиваясь. Ведьма – потому что знала, как надо прислушиваться, а челы – машинально, поскольку догадывались, что оказались втянуты в серьёзное и опасное дело.

– Что скажешь, Игнат? – тихо спросила Велена, позволив Климову себя догнать.

– Если тебе интересно, страшно ли мне, то да – страшно, – спокойно ответил чел. – Но я не отступлю.

– Поэтому ты мне нравишься, – улыбнулась женщина, прекрасно зная, как её улыбка действует на Игната. – Решительность позволит тебе подняться очень высоко.

– О чём ты хотела поговорить? – Несмотря на обстоятельства, Климову хватило ума понять, что ведьма обратилась к нему не просто так.

– О наших новых друзьях, разумеется.

– Я так и подумал.

– Ашрав хитёр. – Велена ещё более понизила голос. – Он взял с меня заклятие обещания, и я умру, если нарушу его.

– Я никаких обещаний не давал.

– Именно поэтому, Игнат, тебе придётся пристрелить их, когда всё закончится.

– Как я пойму, что всё закончилось? – тут же поинтересовался Климов. Первая часть заявления вопросов у него не вызвала.

– Я дам знать.

– Хорошо.

Велена хотела попросить Игната взять сына на руки, но вдруг услышала:

– Настя?

И ахнула от неожиданности, резко остановившись посреди коридора.

– Что? – спросил Игнат, пытаясь проследить испуганный взгляд спутницы.

Ярцев и Кирсанов тоже напряглись, но за стволы хвататься не торопились.

– Меня позвали…

– Кто?

– Настя!

Челы резко обернулись и увидели высокого старика в грубом коричневом балахоне. Верхнюю половину его лица скрывал капюшон, хорошо видна была только борода – совершенно белая, без единого тёмного волоса. И ещё челы обратили внимание на его руки: старческие, тёмные, изжёванные временем, покрытые пигментными пятнами и дряблыми складками.

– Настенька, внучка…

Старик протянул ведьме руки, но та машинально отшатнулась, упёршись спиной в Климова.

– Внучка? – прошептал Ярцев, с хрустом сплетая пальцы.

– Хорошо, что ты привела с собой друзей, – произнёс старик, поворачивая голову от одного гостя к другому так, словно прекрасно видел их через ткань капюшона. – Они ведь друзья тебе?

Велена судорожно кивнула и ещё крепче вцепилась в спящего ребёнка. Теперь она ни за что не отдала бы его Игнату.

– Приехала быстрее вестей о себе, моя милая, – проскрипел старик. – Ты принесла мой подарок?

Догадавшись, о чём идёт речь, Климов протянул книгу.

– Муж твой? – поинтересовался старец.

– Друг.

– Понимаю.

– А вы… Вы – Михаил Морозов? – Велена наконец-то взяла себя в руки и решилась на вопрос.

– Не просто Михаил Морозов, Настя, не просто… – Старец выдержал паузу. – Теперь я один из хранителей древней тайны Шлиссельбурга. Один из тех, кому дозволено пить из Источника.

– Значит, он всё-таки существует?! – не сдержавшись, выкрикнула Велена.

– Да…

И мелкими пузырьками ударило в голову ощущение триумфа.

Ведьма расхохоталась. Громко, весело, запрокинув голову и ничуть не стесняясь присутствующих. Расхохоталась, потому что не смогла сдержать эмоций. Потому что она обошла всех и добралась до невероятной тайны. Потому что глупый старик считает её внучкой и пропустит к Источнику Бессмертия. Потому что её ждёт вечная жизнь и вечная молодость!

– Пойдём, я познакомлю вас с братьями, милая. Они будут рады гостям.

И прежде, чем ведьма успела ответить, Морозов вцепился ей в руку и поволок с невероятной для старика силой и скоростью по тёмным переходам. Да так поволок, что она едва не выронила Кирилла.

И ей стало страшно.

Запах влажной земли навевал мысли о могиле, вспомнился давешний кошмар, дурные предчувствия, и Велена задрожала, остро пожалев о том, что ввязалась в это интересное, но такое опасное дело.

Морозов неожиданно остановился, и перепуганная ведьма вскрикнула, увидев перед собой ещё одного старца, только с непокрытой головой.

Вид второго хранителя был ужасен: он напоминал ожившую мумию, которую зачем-то нарядили в балахон; тонкие, почти исчезнувшие губы не скрывали гнилых зубов, жидкие остатки волос едва держались на жёлтом черепе, а запавшие глаза блестели безумием и каким-то жутковатым весельем.

– Гости, – пробормотал он свистящим шёпотом. – Люди…

– Люды? Ты сказал «люды», Григорий? – раздался из тьмы глухой низкий голос.

Морозов хлопнул в ладоши, и окружавшая их тьма осветилась тысячью крошечных огоньков.

* * *

– Где они?

– Откуда я знаю? – огрызнулся люд.

– Разве ты не видел?

– Нет.

– Проклятье! – Забыв об осторожности, Ашрав рысцой пробежался вперёд, туда, где только что стояли челы, потоптался, озираясь, и всплеснул руками: – Проклятье!

Они исчезли.

Во-первых, непонятно куда. Во-вторых, прихватив с собой и книгу, и ребёнка. В-третьих, и в самом деле непонятно куда, потому что Турчи не почувствовал движения магической энергии, а значит, или его не было, или возможности похитителей намного превышали способности шаса.

– Есть мнение, что пора вызывать поддержку, – негромко произнёс подошедший Лютополк. – Происходящее перестало мне нравиться.