Жар ледяного сердца - Анна Пожарская

Надеюсь, моя помощь загладит неприятный инцидент и впредь мы сможем общаться с Вами если не как старые добрые друзья, то хотя бы как честные соседи».

Подписи не было.

Атиль скривилась, и Мильда нахмурилась, одним взглядом вопрошая, не уколола ли госпожу шпилькой. Чародейка махнула рукой. Все-таки Ивир шельмец, каких мало. Не знал он о покушении… Верится с трудом. И с заклинанием все нечисто. Если использовать Пропасть, можно спровоцировать нашествие порождений такой силы, что оно может стать последним.

Покачала головой и развернула вложенный лист. Он был старым и каким-то небумажным: толстый, потемневший от времени холст с письменами на таклу. Атиль поежилась, будто перед ней не лист из книги, а часть ритуального гобелена. Пробежалась глазами по тексту. Похоже, Ивир не врет. Вот только наверняка что-то недоговаривает. Стоит расспросить Эдора, пусть расскажет, что айшала думают по этому поводу. Ради того чтобы обнять Вильяра, она готова на безумства, но хотелось бы понимать, с чем потом придется иметь дело.

Дождалась, пока Мильда уйдет, повязала вокруг торса широкий шарф, погрузила в него спящего малыша и вместо визита в библиотеку отправилась в кабинет. Эдор уже ожидал там. Смотрел выжидающе. Еще у себя Атиль попыталась мысленно передать ему свои сомнения, но, похоже, получилось путано, и мужчина не понял ее до конца.

– Никто из айшала не сталкивался с таким заклинанием, – подытожил он без долгих вступлений, – но таклу действительно умели создать себе человеческую ипостась. Об этом есть свидетельства в книгах.

Атиль кивнула. Встречала рассказы о превращениях таклу.

– Что до договора с Пропастью, то есть другой вариант. Можно попросить сил у черной луны. Чем ближе к ее дню, тем она сговорчивее.

Чародейка усмехнулась. Помощь черной луны имела свою немалую цену. И если для госпожи града Ледяного сердца она была вполне приемлема, то для девицы Атиль могла стать непомерно высока. Черная луна дарила дополнительную частичку айшала, и это почти всегда сказывалось на внешности. Сохранились свидетельства об одном из дальних родственников: он обратился к черной луне и получил помощь, вот только лучше б ему отказали. Чародей навсегда остался наводящим ужас монстром, будто магия постоянно испытывала его на прочность. То, что до поры мелькало во внешности лишь иногда, стало непрекращающимся кошмаром. В книгах говорилось, что черная луна не всегда брала полную цену, но, судя по всему, больше никто не решился обратиться к ней за помощью, и сказать что-то наверняка было невозможно.

Атиль вздохнула и облизнула пересохшие губы.

– Принесите мне книгу, черную с золотыми воронами по углам. Она здесь, в замковой библиотеке. Хочу посмотреть на обращение к черной луне.

Впервые со времен ее детских шалостей на лице слуги отразились сомнения. Он явно не собирался сразу выполнять приказ госпожи.

– В чем дело, Эдор? – поинтересовалась она и удивилась тому, как хрипло звучал ее голос.

– Я… – замялся мужчина, – не поймите меня неправильно, но…

Атиль поймала его взгляд, и он опустил глаза.

– Знаю, о чем вы думаете, – усмехнулась чародейка. – Муж может не принять меня такой, а морок для общения с подданными придется поддерживать постоянно.

– Вздумай луна взять полную цену, ваша жизнь превратится в…

– Не надо! – оборвала Атиль. – Делайте что говорю. Несите книгу, а я пока поразмыслю немного.

Эдор поклонился и отправился выполнять приказ госпожи.

Атиль еще раз перечитала присланное Ивиром заклинание. Не пыталась обманывать себя, знала, что произошло. И Ивир знал, оттого и прислал именно то, что нужно. В книгах о первенце госпожи града Ледяного сердца не говорилось самого важного: отец ребенка человек умрет в любом случае, сам ли он по себе или одна из ипостасей более сильного существа. В отличие от лекаря от крылатых, у Атиль не было никаких надежд на выздоровление мужа. Нет, она прекрасно видела, как выздоравливает Вильяр-дракон, но понимала, что больше не получит Вильяра-человека. А хотелось именно его. До боли, до спазма в груди, до покалывания в пальцах ног. Вот только нет никаких гарантий, что с помощью черной луны она получит желаемое. Вильяру-человеку может не понравиться ее новая внешность.

Атиль прикрыла глаза и спрятала лицо в ладонях. Рисковать, беспокоя Пропасть, она не имеет права. Оставлять Вильяра без человеческой ипостаси – тоже. Но и жертвовать всем просто страшно. Особенно сейчас, когда узнала, сколько потеряет. В конце концов, останься она собой, со временем Вильяру может найтись замена, а позови черную луну – получит вечное одиночество в довесок. Сын, конечно, не бросит ее, но вряд ли его жалость сможет заменить остальные радости.

Вздохнула. Вильяр подарил ей первенца и заслуживает достойной жизни. Пусть даже без нее. Всякий счет хорош, когда оплачен.

Появился Эдор и положил на стол перед госпожой увесистый том. Атиль вручила слуге ребенка и уселась на свое место.

– Погуляйте немного в городе, – попросила она, – только осторожно.

Эдор сверкнул на нее черными глазами, и чародейка мысленно поежилась. Сегодня слуга выглядел удивительно похожим на человека.

– Я освобожусь к вечеру, – торопливо добавила она и вздохнула. Надо решаться, все лучше, чем мучиться от ожидания и невозможности обнять мужа.

Слуга поклонился и пошел к двери. Атиль проводила его взглядом и открыла книгу. Толстые тяжелые страницы знакомо пахли сыростью. Чародейка торопливо пролистывала их в поисках нужных слов. Решимость таяла с каждым мгновением. Черная луна всегда, с самого детства, внушала священный ужас. Безмолвный вечный свидетель договора с Айшала, она не уступала в могуществе Пропасти, жаль только одаривала милостью нечасто. Даже когда ее об этом очень просили.

На глаза попала знакомая картинка: ярко-лазурное чистое небо, испуганное бледное солнце и огромная серая клякса, медленно наползающая на светило. Атиль усмехнулась: вот и нужное заклинание. Пробежалась глазами и вздохнула. Надо решаться! Незачем растягивать волнения.

Встала из-за стола и подошла к высокой подставке для книг, деревянной стойке с широкой перекладиной. Осторожно расправила присланный Ивиром лист и уложила его на гладкую теплую поверхность. Следом пристроила раскрытую книгу и встала рядом. Если луна не ответит, то и с заклинанием таклу ничего не выйдет, а если ответит, то она успеет убрать фолиант, чтобы спокойно прочесть другие слова.

Положила ладонь на рисунок и жадно впилась глазами в текст. Сейчас важно не дрогнуть. Луна чувствует слабость и не даст ничего тем, кто сомневается. А может, и накажет за напрасное беспокойство.

Атиль прочистила горло и начала декламировать. Слова покорно заплясали на языке. От волнения перехватило дыхание. Чародейка знала их, вчитывалась в заклинание множество раз, но никогда не думала, что решится применить его.

В воздухе запахло влажной сыростью. Такой тягучей и едкой, будто Атиль не к луне взывала, а открыла портал для мертвецов. Окна окутала черная непрозрачная вязь, и в кабинете потемнело. Чародейка с трудом различала слова, но отвлечься на создание магического огня не решилась.