Голоса в ночи - Эрин Хантер

— Может быть, ей нужны какие-то травы? — с тревогой спросила Маковка.

— Пока нет, — ответил Воробей. В последнее время он трясся над каждым листком, стремясь подольше растянуть свой жалкий запас лекарств. — Выгони ее наружу, пусть поиграет с Кротиком.

— На поляне? — ахнула Маковка.

— Это самый простой способ сбить жар, — ответил Воробей. — Хрипов в груди у нее пока нет, а снег отлично остудит ее. — Он выгнал Вишенку из гнездышка. — Если почувствуешь себя плохо, — строго сказал он малышке, — немедленно возвращайся и ложись, поняла? — Выпрямившись, Воробей повернулся к перепуганной Маковке. — Позови меня, если она начнет кашлять или чихать.

Он вышел из детской и направился к себе, чтобы проведать Песчаную Бурю.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Воробей, наклоняясь над подстилкой больной.

— Лучше, — немедленно отозвалась Песчаная Буря.

Воробей потрогал ее уши, и с тревогой убедился, что они стали еще горячее. Отойдя от подстилки, он полез в кладовую за травами. Должна же у него где-то заваляться мать-и-мачеха! Воробей выгреб груду сухих листьев, обнюхал каждую кучку, и у него оборвалось сердце. Ничего жаропонижающего!

Зашуршала ежевика, едкий запах защекотал ноздри целителя.

Тысячелистник?

— Ты забыл вот это, — сдавленно пробурчала Шиповница от входа. Листья с мягким шелестом посыпались на пол. Тысячелистник! Но как, откуда? Это растение не переживает даже первых заморозков!

Воробей бросился к куче травы.

— Где ты их нашла?

Наверняка, поблизости с тысячелистником растут еще какие-нибудь травы!

— Они лежали перед нашим лагерем, прямо у изгороди, — ответила Шиповница. — Я подумала, это ты обронил.

Воробей наморщил лоб.

— Нет, это не я.

— Значит, кто-то другой, — ответила Шиповница, поворошив лапой кучку душистых стебельков. Горьковатый травяной запах заструился по пещере. — Наверное, это Листвичка набрала.

— Наверное, — пробормотал Воробей. Листвичка вот уже несколько дней без устали рыскала по лесу в поисках травы. Должно быть, она так устала, что бросила свою находку у входа и забыла о ней! — Я непременно поблагодарю ее, — сказал Воробей, бросаясь мимо Шиповницы к выходу.

Листвичка возилась с котятами перед детской. От ее шерсти пахло лесом, но Воробей не почувствовал даже слабого запаха тысячелистника.

Тем не менее, он со всех лап бросился через поляну.

— Спасибо!

Листвичка удивленно подняла голову.

— Ты меня благодаришь?

— За травы.

— Какие травы?

— Листья тысячелистника, — ответил Воробей. — Шиповница нашла их возле нашего лагеря. Мы догадались, что ты собрала их и бросила там.

— Но я этого не делала! — воскликнула Листвичка, подметая снег кончиком хвоста. — Должно быть, это кто-то еще!

Воробей обернулся в сторону своей палатки.

— Шиповница!

Молодая кошка вихрем вылетела наружу.

— Что?

— Покажи мне, где ты нашла тысячелистник.

Шиповница с готовностью проводила его к выходу и остановилась возле колючей изгороди.

— Вот тут, — она остановилась на маленькой прогалинке между оврагом и деревьями.

Воробей тщательно обнюхал землю. Никакого кошачьего запаха! От земли пахло только снегом и тысячелистником.

— Может быть, кто-то из воинов нашел листья в лесу и решил, что они могут пригодиться? — предположила Шиповница. — Наверное, он шел в патруль и решил рассказать тебе позже.

— Может и так быть, — пробормотал Воробей. — Если никто не признается, я попрошу Огнезвезда поблагодарить нашего неизвестного помощника на ближайшем собрании племени.

Решив, что сейчас не время ломать голову над загадками таинственного появления тысячелистника, Воробей заторопился обратно в овраг.

— Воробей!

Громкий вопль Терновника заставил его прирасти к месту.

— Что еще? — спросил Воробей, привычно втягивая в себя воздух. — Мотылинка, это ты? — Терновник и Долголап сопровождали Речную целительницу вниз по склону.

— Мы встретили ее на берегу, — доложил Терновник. — Мотылинка хочет поговорить с тобой.

Мотылинка с громким фырканьем освободилась от своих провожатых и подбежала к Воробью.

— Спасибо за компанию, — процедила она, — но я уверена, что смогла бы найти дорогу самостоятельно.

Долголап мгновенно ощетинился.

— Разве мы тебя обидели? Мы же просто хотели помочь!

Воробей махнул ему хвостом.

— Не бери в голову, она просто в дурном настроении, а так очень благодарна. — Он прошел мимо воинов, подтолкнув за собой Мотылинку. — Идем к озеру. В моей палатке чихнуть негде.

— Хворь? — быстро спросила целительница, послушно следуя за ним.

— Белый кашель, — буркнул Воробей, невольно морща нос от запаха рыбы, которым обдала его Мотылинка. — Пока заболела только Песчаная Буря, но еще трое начали кашлять.

Когда Мотылинка вздохнула, Воробей невольно спросил себя, знает ли она о том, что Звездное племя пытается разорвать все связи между племенами? Ведь целительница Речного племени не верила в предков, а значит, они не имели над ней власти. Но он, Воробей, не мог выкинуть из головы предупреждения Щербатой. Не говоря уже о собственном видении.

— Как чувствует себя Иглогривка? — спросила Мотылинка.

— С воспалением мы справились. Она каждый день делает упражнения, чтобы не было застоя в груди.

— Это хорошо.

— Передние лапы у нее теперь такие же сильные, как у любого здорового воина, — с жаром продолжал Воробей. — А будут еще сильнее, если она продолжит упражняться.

— Это будет очень долгий путь, — предупредила Мотылинка.

— Я знаю, — кивнул Воробей. — Но поскольку этот путь начинается со знакомой ей тропинки, он не покажется Иглогривке таким тяжелым.

Влажный ветер с озера защекотал ему нос, и он понял, что они стоят на гребне холма. Воробей со всех лап выбежал из-за деревьев и помчался по заснеженному склону. Ему хотелось хотя бы на несколько шагов опередить Мотылинку. Рядом с этой спокойной, мудрой и заботливой кошкой ему было трудно побороть в себе былые дружеские чувства к ней.

Он спрыгнул на берег и охнул, провалившись в снег по самые уши. Чихая и отплевываясь, Воробей стал пробиваться к замерзшей воде, пока не вылез из сугроба.

— Скорей бы настала оттепель, — ворчливо пожаловался он Мотылинке.

Та прошла по снегу и остановилась рядом с ним.

— С каждым днем становится все холоднее, — заметила она. — Мы с трудом удерживаем котят в лагере, они так и рвутся играть на льду! Вчера я лечила сразу три растянутые лапы, представляешь?