Наблюдатель - Валерий Большаков

Командир корабля протиснулся сквозь молчаливую толпу звездолетчиков и пассажиров корабля – ксенологов и негромко доложил:

– Мы обнаружили его в ста мегаметрах. Эсминец класса «Эдокко». Пришлось повозиться – дашт держат включенным камуфляжный модуль.

Иван кивнул и заревел, наклоняясь к Ющенко:

– Твое задание? Зачем тут «Сквигги-со»?

– Я должен был угнать «Ра», – всхлипнул Ющенко. Слезы потекли по его сморщенному лицу, но жалости у Виты они не вызвали, только легкую брезгливость. – Я собирался заблокировать палубы и отсеки и дождаться подхода дашт. Затем два корабля стыковались бы, группа пилотов перешла бы на борт «Ра» и увела бы нуль-звездолет.

– А пассажиры? А команда?

– Никто бы не пострадал! Уверяю! Всех бы поместили в аварийном бобе и отправили к Йу толо!

– Благодетели! – процедил Грига. – И чем же они тебя купили?

– Подожди, – поморщилась Вита, но Лобов и сам заинтересовался.

– Ну-ка, – оживился он, – на какого червячка нынче клюют шпионы?

– Мне была обещана целая планета в управление, – глухо проговорил Ющенко, – со всеми почестями и привилегиями Верховного владыки.

– Так у дашт же нет лишних планет.

– С помощью «Ра» нашлись бы. Первой целью стала бы Маран-им – планета отсталая, феодальная. Дашт бы справились с маранитами легко.

– Вот наглецы! – восхитился Лобов. – Слов нет! Ладно, теперь слушай меня. Ты выйдешь на связь с эсминцем и передашь сигнал. Разыграешь всё как по нотам, понял?

Ющенко закивал так усердно, что чуть голова не отвалилась.

– Ляжем в дрейф, и пускай дашт стыкуются. – Лобов обернулся к Вите: – Надо отвадить этих шустриков от космоса – рано им еще к звездам летать, пускай сперва дерьмо из мозгов повыжмут. По местам!

Команда, подымая шум, стала расходиться, и только тут Пиньон обернулся к Вите.

– Мадемуазель! – воскликнул он, прижимая ладонь к сердцу. – У меня просто нет слов!

– Николя, – хмуро спросил Лобов, – вы почему ничего не сказали о своих подозрениях?

Пиньон кисло улыбнулся.

– Ну, вы же понимаете, Иван. – затянул он. – Мне не хотелось потерять лицо, и…

– А этих мальчиков и девочку, – загремел Лобов, – вам было не жалко потерять?

В этот момент на галерею кое-как вскарабкался Ричард и пропыхтел, потирая ушибленный живот:

– Мы уже большие мальчики.

– Я вижу! – сердито сказал Иван. Посопев, он продолжил: – Мы следили за Ющенко с самой Земли, тщательно готовили операцию по захвату, я был ее руководителем-исполнителем.

– А чего ж вы так поздно поспели? – осведомился Грига и сам испугался собственной наглости.

Но Лобов не рассердился.

– Проблемы возникли… – проворчал он. – Группа захвата столкнулась еще с четырьмя биороботами типа «Терминатор».

Грига присвистнул.

– Серьезные машинки, – протянула Вита.

– Да уж. А нам надо было их не просто ликвидировать, а так убрать, чтобы Ющенко ничего не заподозрил и не послал сигнал готовности.

– Но зачем?! – воскликнула Бока.

– А затем, – усмехнулся Лобов, – что операция «Фагоцит» еще не закончена. Так, все в рубку, и чтобы духу вашего не было на палубах! До особого распоряжения.

2

Виолетта не слишком-то и расстроилась, оказавшись в пилотской кабине. Достаточно было поймать на себе восхищенный взгляд Новикова – и ее вялое возмущение улеглось. Даже суровый командир корабля поглядывал на нее с одобрением. И Вита успокоилась. А операция «Фагоцит» подходила к концу – Ющенко, умытый, причесанный, накачанный адаптогеном и витмобилизатором, сидел перед экраном в боевой рубке и вел разговор с капитаном «Сквигги-со» – высоким тощим гуманоидом с длинными и очень гибкими конечностями, похожими на щупальца. Обе картинки Бока и ее друзья наблюдали на малых мониторах, но ни им, ни, тем более, капитану-дашт не был виден гипноиндуктор, направленный психоизлучатель, поддерживающий в генеральном инспекторе КМО бодрость и веселое настроение.

– Всё в порядке, – тараторил «Волдеморт», – пассажиры блокированы в каютах, команду мы согнали в аварийный бот. К стыковке готов!

– Жаль, что придется отдать бот, – утробным голосом проговорил дашт, зверски выпячивая челюсть. Видно, артикуляция терралингвы давалась ему с трудом.

– Ничего, – захихикал Ющенко, – был бы корабль, а боты найдутся!

Дашт кивнул и сказал в сторону:

– По местам! Окончательное торможение при восьми «же»! Планетарный осветитель включить! Зажечь посадочное освещение левого борта! Наружная группа, надеть скафандры для присоединения галереи!

Все эти четкие команды дашт отдавал на своем языке, приставка-анализатор оперативно переводила гортанные нутряные звуки чужой речи.

Приближающийся звездолет в поясе голубых огней не выглядел инопланетным. Еще бы, незадолго до Первой межзвездной войны он сошел со стапелей ИС-5, старейшего орбитального завода Земли. Сигарообразный корпус, раздутый в корме, вытягивался метров на двести. Гладкую обшивку продавливали полушария и амбразуры боевых постов, позади главной боевой установки из своих шахт выглядывали три десантных бота.

– Класс «Эдокко», – пророкотал командир «Ра». – Помнишь, Кирилл?

Бортинженер хмыкнул, приглаживая седой ежик на голове.

– Еще бы… – проворчал он. – Это «Шикотан», а я служил на «Сайпане». Мы на нем в рейды ходили, штурмовали Орбитальный Пояс. М-да. Пойду-ка я помогу ребятам.

– Сиди, – буркнул командир, насупясь. – Думаешь, мне тут уютно? Да только реакция у нас уже не та, Кир.

– Да… – увял бортинженер.

«Сквигги-со», он же «Шикотан», заметно сократил дистанцию. «Ра-3» выставил с правого борта гигантские причальные упоры в виде телескопических труб.

– Всё равно, не пойму, – проворчал бортинженер. – Зачем надо было так рисковать? Ну передал бы этим дашт информацию по кораблю, и все.

– Думай, что говоришь, – пропыхтел недовольно командир. – Информацию. А эмбриотехнику им тоже передать? А квазиорганическую и мезоатомную химию? Технологию производства телемерных пластмасс? Полихордных кристаллов? У-технологию? Толку с того, что они вышли в космос! Они ж – во! – Командир постучал по подлокотнику кресла. – Тупые дикари! Только и могут, что красть чужое, – на свое тяму не хватит…

Мягкий пружинящий толчок – и оба корабля соприкоснулись.

– Есть касание! – радостно кудахтал Ющенко. – Есть стыковка!

Соединительная труба-галерея выдвинулась из нижней части корпуса «Ра». Встречный рукав вытянулся из шлюз-камеры «Шикотана». Круглые переходники встретились и сцепились накрепко.