Гнев ангелов - Мара Вульф

– Ты уже поела?

– Нет. Но я не хочу идти в салон. Там сидит Люцифер и распространяет плохое настроение.

– Может, мне пойти взять чего-нибудь? А потом я приду к тебе в комнату.

– Было бы отлично. Люцифер будет рад, что я не появлюсь у него на глазах.

Лилит гладит меня по руке:

– Значит, в порядке исключения мы сделаем ему одолжение.

Мы съели все эти вредные штуки, которые принесла Лилит. Хлебные чипсы, шоколад и соленый миндаль. Теперь мне немного нехорошо, но я продолжаю пить сладкий ликер, с каждым глотком которого моя голова все сильнее кружится. К сожалению, я еще не придумала, как расспросить Лилит о планах Люцифера. Чем дольше я думаю о его разговоре с Форфаксом и Сэмом, тем более странным он мне кажется.

– А что вообще происходит между вами с Сэмом? Почему ты плачешь из-за него? – спрашиваю я, подавляя в себе чувство вины. Лилит всегда уважительно ко мне относилась, а я ее допрашиваю. К сожалению, я сейчас не в том положении, чтобы тонуть в угрызениях совести. – И не отрицай этого. Ты просто боготворишь его, и несколько раз вы с ним оба куда-то исчезали вечером.

Она сидит на кровати напротив меня, грустно улыбаясь, и ее крылья цвета радуги опускаются вниз.

– У меня нет причин жаловаться. Он отлично справляется с тем, что делает.

Я гримасничаю потому что это звучит не очень восторженно.

– Но вы не вместе или как? Он тебя не любит?

Лилит смотрит в окно.

– Не так, как люблю его я. Я не она, понимаешь, – Лилит говорит это так тихо, что я с трудом понимаю, что она мне рассказывает.

– Она – это кто?

– Его жена Леа. Он ее очень любил. Больше, чем свою собственную жизнь. Я уже тогда очень ей завидовала, – Лилит закрывает свое лицо ладонями. – Я такая жалкая…

Я глажу ее по руке.

– Это неправда.

Лилит задумчиво прикусывает нижнюю губу.

– Ее убили, как и его сына. Сэм так и не оправился от того, что не смог спасти ее. Со мной он только забывается.

Грусть в ее голосе просто убивает меня.

– Она была моей подругой и умерла у меня на руках. – В глазах Лилит блестят слезы. – Мне пришлось пообещать ей, что я позабочусь о Сэме, и я делаю это. Он не всегда позволяет мне это, но я стараюсь изо всех сил. После того как Адам изгнал меня, было нелегко, но мне показалось, что Сэм совсем другой. А я тогда даже не была настоящим ангелом. Только чем-то средним.

– Я видела сон о вас, – тихо говорю я, чувствуя, что тоже должна поделиться с ней чем-то. – О тебе и Адаме. Вы ссорились, а потом ты вдруг оказалась во рве, заполненном огнем. – Даже воспоминание об этом сне пугает меня, и Лилит вдруг бледнеет.

– Это тебе приснилось? – Глаза Лилит округляются, и она смотрит на меня.

– Последние несколько дней я часто вижу эти мечты или видения. Я не знаю, что это такое. Это ощущается так, будто я вижу все через глаза другого человека, который переживает это. Я даже не понимаю, как еще это описать.

Лилит кивает. Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но потом снова закрывает его. Вздыхая, девушка откидывается назад.

– Я так и думала. Это твое наследие крови, и ты не можешь никак повлиять на это. Ни на видения, ни на то, как часто ты их видишь. Это что-то вроде коллективного воспоминания. Ты видишь и чувствуешь то, что когда-то пережили нефилимы. Тебе нужно рассказать об этом Люциферу. И тебе больше не стоит переживать о третьем испытании. С ним ты точно справишься.

В этом я не очень уверена. У Пьетро моим видениям наверняка нашлось бы другое объяснение.

– Но что они значат? Почему мне представляются эти видения, с которыми я ничего не могу поделать? – Эта тема волнует меня больше, чем я раньше предполагала. Какой смысл в том, чтобы узнавать что-то о прошлом?

– Тебе и не нужно ничего с ними делать. Это просто твое наследие.

Наверное, этого мне на первое время должно быть достаточно.

– Хочешь рассказать мне об Адаме?

Лилит некоторое время размышляет, прежде чем начать.

– Мы никогда не подходили друг другу, хотя я его и любила. Ну, правильнее будет сказать, мы подходили друг другу, пока ангелы не шепнули ему на ухо, что я должна быть более послушной женой. Не перечить ему и подчиняться. Он так легко поддавался чужому влиянию…

– Как ты думаешь, зачем они это сделали?

– Они хотели спровоцировать Люцифера. Он слишком много времени проводил с нами, людьми. Мы постоянно с ним болтали. Рафаэль всегда завидовал ему. Сначала из-за того, что наш отец создал его первым. Потом тогда, когда Сариэль проявила к нему благосклонность и, наконец, когда Адам слушал только Люцифера. Рафаэль просто хотел хоть раз одолеть Люцифера, поэтому он просто шепнул Адаму на ухо этот бред. Я думаю, он не знал, что сделал. Мы мирно жили в раю и были счастливы, пока Адам не начал требовать от меня беспрекословного послушания. Он не отличался силой духа и никогда не подвергал сомнению то, что говорили ему архангелы. Я попыталась усомниться в этом. Но тогда он потребовал, чтобы я держалась подальше от Люцифера, Сэма и жен падших ангелов. Но эти женщины были моими подругами. Я умоляла его не позволять другим ангелам себя обманывать, просила его не верить им, но он просто запер меня. Это было ужасно. День ото дня Адам становился все более безжалостным, и я ничего не могла поделать с этим. Я не знала, когда он перестал любить меня, но когда я окончательно отказалась слушаться его, Адам выгнал меня и взял Еву в жены.

– Должно быть, он был полным идиотом, – фыркаю я, и Лилит смеется.

Ликер окрасил ее щеки в красный цвет.

– Адам – прародитель всех людей, – напоминает мне она. – И, к сожалению, он не особенно много думал и постоянно нуждался в одобрении ангелов.

– Прародитель мужчин, – поправляю ее я. – И это уже о многом говорит.

В душе я прошу прощения у мужчин, которые не похожи на Нерона и его прихвостней. Если бы в мире было больше таких мужчин, как Алессио, Пьетро или мой отец, мир бы стал лучше.

– Возможно, он действительно был идиотом, а я просто этого не замечала.

– Ты любила его, а когда любишь, можно наделать ошибок.

– Да, любила, наверное, именно поэтому его предательство так сильно ранило меня. Люц спас мою жизнь. Я в долгу перед ним за это.

– Почему ты присоединилась к ним?

– Мне некуда было идти. У меня не было дома, и Люц предложил мне остаться в его небесном дворе. Я ни разу не пожалела об этом. Даже когда мне пришлось провести в заключении десять тысяч лет.

– Должно быть, это было ужасно.

Лилит пожимает плечами:

– Ну, мы все были друг у друга.

Только Люцифер оставался один. Я не хочу жалеть его и толкаю Лилит локтем.