Холмы Фэйри: Дэстини - Светлана Суббота

— Признался ли консорт? — голос Королевы грохотал и дробился многочисленным звенящим эхом, улетая наверх. — Да. Ему нравятся человеческие девушки, их чувства, наивность и открытость. Но он заигрался. И сейчас наказан.

Она повернула голову в сторону безопасника:

— Ты знал, Йовильрух?

— Нет, ваше Величество. Проступки совершали в тайне, только один его помощник был в курсе. И тот пал от моей руки. Остальную работу исполняли нанятые люди.

— Все, — лениво сказала королева, и на балконах зашептались, — консорт поступил беззаконно и за это будет наказан. Как обычно.

Я пошатнулась. Как обычно. Она же над Шиэлдирахом постоянно измывается. Из-за этого он отыгрывается на других жертвах. А королева снова над ним. Этот извращенный замкнутый круг никогда не закончится.

— Как вы можете жить с этим? — потрясенно прошептала я. — Он же вас ненавидит. Накрасил меня под вас, называл Лит, блистательной стервой, обещал, что буду целовать ему ноги. Он же не девушек убивает, а вас. Каждый раз издевается, а затем убивает — вас!

Стало тихо. Пронзительно и страшно, только мое сбитое дыхание и все, словно дышала я одна.

Резкий рывок сзади за одежду, и я оказалась плотно прижатой к Брэну.

— А вот теперь молчи, — его голос бы насторожен и хрипл.

Краем глаза я увидела, как отпрянул к стене и согнулся, встряхивая пальцами, зимний.

Мгновение и все вокруг изменилось. После осени и зимы задвигались все. Схватились за оружие стражи у дверей. Сорвалась с места прекрасная Лит.

— Что?! Что?! — повторяла королева. Волной силы ее буквально вскинуло в воздух с дивана, где она все это время расслабленно сидела. Тонкая фигура в ореоле золотых локонов медленно и страшно летела в сторону дальней стены, к консорту.

Стены комнаты опять затуманились, потолок схлопнулся, возвращаясь на место. Балконов и сидов, столпившихся наверху как не бывало.

Иллюзия, просто иллюзия, а не Суд. Как и обещала королева, мне его "показывали".

Со стены, где висел Шиэлдирах начал падать плющ. Он скручивался листьями, коричневел и осыпался с тихим шорохом. И сквозь него проступали скрученные в жгуты то ли ветки, то корни чего-то гигантского и живого, дышащего и пугающего.

— Трон, — выдохнул мне в ухо Брэн. — Она вешала его на Троне…

Меня рывком закинули за спину. Настороженный Вир’ригаш, оказавшийся рядом, вдруг повернул голову и подмигнул мне.

Ему было весело! Эти сумасшедшие сиды радовались потому эмоций!

— Даже мне перепадает, — шепнул Вир’ригаш.

Королева подплыла почти вплотную к скованному ветвями пленнику.

— Ты любишь меня? — ее шепот разлетелся шелестом по комнате, поднимая полоски на коже.

— Да.

Она счастливо засмеялась. Смех звучал неестественно колко, словно разгрызался на кусочки.

— Ненавидишь меня?

— Да.

Пощечина. Так по-женски. Беспомощно и отчаянно. Пощечина от могущественного мага и первой леди Весны. Своему любовнику и наперснику, жертве и другу.

— Ты представлял меня, когда убивал человеческих девушек?

— Да, я всегда и во всех вижу только тебя, Лит.

Вир’ригаш, стоящий рядом у стены, ощутимо расслабился.

— Шиэл сохранил королеве лицо, — прошептал он, — а слышала, как назвал ее? Лит. Коротко. Она отрицает, что умирала, и предпочитает, чтобы ее называли коротко — Лит. Хотя все знают, что она Литаль. Только наша Мэб — Мзб.

И он опять мне подмигнул.

Не уходило ощущение, что он что-то хочет от меня. Но мысли путались, связывались в клубки. По комнате летал весенний флер. Трон гудел так, что ныли зубы.

Я прижалась щекой к спине Брэна в поисках защиты, и зимний отвернулся. Его костюм приобрел металлический блеск, потемнели ногти, а на плече надорвалась материя, приподнялась и опустилась под невидимым ветром.

Консорт закричал, надрывно и тягуче. С ним что-то делали, на что я не хотела смотреть.

— Жаль, — пропела королева, — что убит твой помощник. Никто из весенних не может ненавидеть свою королеву безнаказанно. Я бы повесила его вторым. Чтобы вы слушали друг друга.

— Сегодня ночью в покоях помощника консорта найдена голова, — голос Йовиля по-прежнему звучал ровно, — Роксельтуф, ваш финансист положил заклинание на свое тело и вынес голову своим клоном. К сожалению, тогда его послание перехватили. Но сейчас голова может дать показание. Возможно, он один из них.

— Какая прелесть! — замурлыкала королева. — Даже после смерти мое возмездие настигает. Принесите голову.

Интересно, кто такой Роксельтуф. Я не могу вспомнить. Имя совершенно незнакомое, хотя про голову я что-то слышала.

Моя щека касалась теплого тела осеннего принца, руки обвили его талию. Я вдыхала запах яблок и улыбалась.

— А кто такой Роксельтуф? — шепотом спросила я, поднимаясь на цыпочки, чтобы достать до исковерканного, но чарующе чувствительного уха.

Развернувшись в моих руках, такой приятный и гладкий, он схватил меня за голову и заглянул в глаза. Сейчас поцелует. Я потянулась навстречу и наткнулась на изучающий отстраненный взгляд.

— Ну же, — сказала я Брэну, — целуй меня быстрее. И давай уйдем отсюда. Я не могу смотреть как мучают консорта, он плохой и получил по заслугам, но эти крики…

— Да что с тобой, Дэс? Ты мне сама рассказывала про Роксельтуфа. Ты не могла его забыть?

— Похоже на пищевую адаптацию, — задумчиво сказал подошедший вплотную зимний. — Она ела землянику, но как могла фэйри получить человеческое отравление внутри Холма и начинать забывать?

— Дэс считает себя человеком и… чувствует, как человек, — с тревогой в голосе ответил Брэн, — нам нужно срочно уходить. Иначе она забудет всех, кроме весенних.

Я нахмурилась. Какая глупость. Я не никогда не смогу забыть Брэна. А Роксель… чего-то-дальше-там… Имя совершенно мне не знакомо, а если и забыла, значит не стоило запоминать. Мне так часто говорила моя мама. Женщина по имени… хм.

Стражи занесли голову неизвестного мужчины-фэйри и поставили на один из придиванных столиков. Выглядела отделенная часть тела нестрашно, блестела словно пластиковая игрушка.

— Эй, — сказала королева, подплывая и похлопав голову по щеке, — кто убил тебя, Роксельтуф?

Голова открыла глаза, моргнула и сообщила невыразительным спокойным голосом:

— Шиэлдирах, Опора Трона.

— Ну надо же! — театрально изумилась королева, оглядывая немногочисленную публику. Ее явно все больше бесило происходящее. — Йовиль, говоришь, они были заодно? Чем ты вообще занимался в Мире Людей? Расследованием или таскался с человеческой девкой по клубам, как мне сообщали?