Белая слива Хуаньхуань - Лю Ляньцзы

– Я должна пойти и увидеть все своими глазами, – спокойно ответила я и вырвалась из хватки шуи Фэн.

Я знала, что она не осмелится пойти за мной, потому что панически боится заболеть.

Я подобно урагану ворвалась в зал Мэйчжуан, и никто не посмел преградить мне путь. Но Фан Жо наотрез отказалась пускать меня в спальню, позволив лишь заглянуть в небольшое окошко.

– Госпожа чанцзай в ужасном состоянии, – сказала она со слезами на глазах. – Вам надо поберечь здоровье. Если и вы сляжете, то никто не сможет ей помочь.

Сердце пропустило удар. Я была сильно напугана, но смогла собраться и сказать:

– Хорошо. Я просто загляну внутрь.

В спальне царило тусклое освещение, и обогревалась она только одной-единственной жаровней. В прошлом году Мэйчжуан присылала мне уголь, чтобы я могла пережить зиму, а в этом году настал мой черед заботиться о ней. Окошко закрывала занавеска, на которой скопилось столько пыли, что она стала пепельно-серой. Видно через нее было плохо, но я все равно заметила, насколько исхудала моя подруга. Прежняя прелестная полнота бесследно исчезла. Мэйчжуан лежала на кровати и, кажется, спала, но сон ее был беспокойным из-за частого кашля.

Сердце обожгло нестерпимой тревогой. Я развернулась и зашагала к выходу, бросив через плечо:

– Тетушка Фан, позаботься о Мэйчжуан, а я встречусь с императором и попрошу у него помощи.

Но мне так и не удалось увидеться с Сюаньлином. После долгого томительного ожидания ко мне наконец-то вышел Ли Чан и, горестно вздохнув, сообщил:

– Госпожа, не расстраивайтесь, но император не может вас принять. Как вы знаете, болезнь стала распространяться и среди простого народа. Его Величество сильно этим обеспокоен и сейчас обсуждает положение дел вместе с министрами.

– Когда император сможет меня принять? – Я не собиралась сдаваться так просто.

– Этого я не знаю. Я не имею права строить догадки, когда речь идет о государственных и военных делах.

Я поняла, что не смогу увидеть Сюаньлина в ближайшее время, а обращаться за помощью к императрице без его дозволения было неположено. Необдуманные поступки делу не помогут, это я знала точно. В тот момент я очень разозлилась, но ничего не могла сделать. С помощью Лючжу, державшей меня под руку, я вышла на главную дорогу. Когда я увидела безлюдную улицу, зажатую между красными дворцовыми стенами, я не выдержала напряжения и расплакалась. «Ох, Мэйчжуан, Мэйчжуан! Видимо, не в моих силах тебя спасти! Неужели тебе суждено умереть в Цуньцзюйтане, так и оставшись несправедливо оклеветанной?»

В тот момент, когда я тонула в ощущении беспомощности, на улице раздались шаги. Я быстро вытерла слезы и пошла прочь.

Но шаги звучали все ближе и ближе. Вдруг я услышала позади себя звук, словно кто-то упал на колени, и тут же раздался знакомый голос:

– Ваш презренный слуга Вэнь Шичу рад приветствовать госпожу цзеюй.

Обернувшись, я не стала просить его подняться, как делала обычно. Я равнодушно улыбнулась и сказала:

– Господин Вэнь, в последнее время мне редко удавалось лицезреть вашу персону, и вот наконец ваши драгоценные ноги ступили на эту презренную землю. Даже не знаю, каким ветром вас сюда занесло?

– Госпожа, я не заслужил, чтобы вы так говорили, – лекарь склонил голову. – Вашему слуге неведомо, что случилось, но, прошу вас, успокойтесь.

Я отвернулась, ощущая на своих щеках дуновение холодного весеннего ветра, доносившего слабый запах лекарственных трав. От холода у меня стало замерзать лицо.

– Господин Вэнь, я просто опечалена и растеряна, – негромко сказала я. – Не обижайтесь на меня. И поднимитесь скорее.

Вэнь Шичу посмотрел на меня и очень серьезно произнес:

– Я не осмелюсь.

И тут мне в голову пришла опасная идея.

– Господин Вэнь, вы ведь сейчас все силы отдаете на то, чтобы справиться с эпидемией?

– Да.

– А если я попрошу вас помочь мне, вы сможете в столь напряженное время, когда у вас нет ни одной свободной минуты, протянуть мне руку помощи? – Я старалась говорить как можно спокойнее, хотя внутри все сжималось от страха. – Но я сразу вас предупреждаю, что, если и удастся помочь, вас за это не похвалят. Даже больше, если про это узнают, вас накажут. Это повлияет на ваше будущее и даже может угрожать вашей жизни. Но если у вас не получится, меня всю жизнь будет это тяготить. Я не принуждаю вас. Выбирайте сами, помогать мне или не помогать.

– Позвольте спросить, госпожа цзеюй. Если ваш презренный слуга согласится вам помочь, это успокоит вас хоть немного?

Я кивнула:

– Если вы согласитесь помочь, мне станет чуть спокойнее. А получится у вас или нет, это уже зависит от замыслов Неба, все-таки человеческие возможности небезграничны.

Вэнь Шичу ответил без раздумий:

– Хорошо. Ради вашего душевного спокойствия я изо всех сил постараюсь выполнить вашу просьбу. Приказывайте, госпожа.

– У чанцзай Шэнь, запертой в Цуньцзюйтане, началась лихорадка, – прошептала я. – Боюсь, что без лечения она быстро погибнет. Я прошу вас, спасите ее. Вот только… она опальная наложница…

– Не важно, кто она такая, – решительно ответил Вэнь Шичу. – Если вы прикажете, я сделаю все возможное, чтобы выполнить ваш приказ.

Лекарь поклонился и попросил разрешения удалиться. Но стоило ему отойти всего на несколько шагов, я не выдержала и громко сказала:

– Будьте осторожнее!

Вэнь Шичу остановился и посмотрел на меня. В его глазах затаились радость и удивление. Я испугалась, что он неправильно меня понял, поэтому быстро отвернулась и равнодушно добавила:

– Идите осторожнее, не спешите, господин лекарь.

После того как Мэйчжуан подхватила смертельную болезнь, стражники, которые охраняли ее покои, и служанки, которые ей прислуживали, стали находить любые предлоги, чтобы отлынивать от работы и держаться подальше от ее спальни. Охранники стали менее бдительными, благодаря чему ночью Фан Жо смогла тайком провести Вэнь Шичу в Цуньцзюйтан.

Но все, что он смог сделать, это тайком осмотреть мою подругу и назначить лекарства, которых, к сожалению, не хватало. Да и с питанием были проблемы. Из-за этого болезнь никак не хотела выпускать Мэйчжуан из своих цепких лап. Когда я уже совсем отчаялась, поздно вечером ко мне пришел Сяо Лянь и привел с собой человека, принесшего хорошие новости.

Я в тот же вечер поспешила во дворец императора в надежде получить аудиенцию. Уже совсем стемнело и наступила ночь, когда наконец открылись двери императорского кабинета. Тяжелые красные двери, украшенные резьбой и золотой инкрустацией, распахнулись с громким скрипом, который заставил мое сердце сжаться. От того, получится у меня убедить Сюаньлина или нет, зависела жизнь Мэйчжуан.

Император подхватил меня под руки как раз в тот момент, когда я хотела опуститься на