А обещали сказку... - Ольга Мяхар

Меня догнали, вернули, прибили… заклинаниями к кровати. После чего устало уселись на стульях рядом, прожигая гневными взглядами и разыскивая признаки совести на лице. Я старательно изображала раскаяние и криво улыбалась. Говорить не рисковала, опасаясь, что поймут: не раскаиваюсь.

— Итак. — Хорт сходил за птицей и предъявил мокрую икающую тушку поморщившемуся вампиру, удерживая ее за хвост. — Значит, говоришь, принц любит Марину как брат?

В мозгу что-то щелкнуло. Я вспомнила заклинание котенка. Так… но если я люблю Вирха тоже как брата, то… почему тогда не смогла выговорить имя Хорта?

— Да. — Фея, икая, покачивалась над полом.

— Нет. Я люблю ее как свою женщину, — почти спокойно.

Сердце замирает в груди. Прикусываю губу, стараясь дышать ровно. Хорт приблизил фею чуть ли не к носу принца.

— Ты просто никогда толком никого не любил. А тут такое… чудо, — покорно вещает она.

— Хм, — выгнув дугой черную бровь, — но ведь это легко проверить. Если она моя суженая, то после укуса должны были начать резаться клыки.

Все посмотрели на мой рот.

— Нету, — тихо.

Столько пальцев сразу мне в рот еще никогда не пихали.

— И вправду нет. — Хорт выглядит немного обескураженным, посасывая прокушенный мизинец. Жаль, не откусила. Хоть бы руки помыл.

— Значит, как сестру…

Прекращаю отплевываться, хмурюсь. Мне не нравится взгляд Вирха.

— Что ж, тогда всего доброго. — Хорт с усмешкой протянул руку вампиру.

— Обойдешься. Я хочу провести еще пару тестов. Один — не в счет.

Фея тихо хмыкнула, я отчего-то напряглась.

— Каких тестов?

— А можно, можно я расскажу?!

Хорт кинул птицу на подушку, не обращая на нее внимания. Его в данный момент интересовал только Вирх.

— Там тесты — это нечто! — не унималась пьяньчужка. — Мой любимый: забеременеешь или нет!

У Хорта дернулась щека. Еле заметно, но я заметила.

— Эм…

— Не волнуйся. Все вампирши начинают беременеть всего через год совместной жизни, — уточнил Вирх, взглянув на меня.

— Экспериментатор хренов, — сквозь зубы я.

Вирх и Хорт же снова стояли друг напротив друга. Только в руке у охотника был крохотный не расколдованный меч, который он зачем-то сжимал в пальцах, вампир же выпустил вполне настоящие когти и сузил глаза.

Нет, ну неужели опять?!

Но тут, как в романе, в комнате возник огромный черный клыкастый зверь, сверкнул когтями, зарычал. И низким грудным голосом возвестил:

— Вирх! Тебе нашли новую суженую, сестра сказала, это была… не та.

Зверь замер и удивленно уставился на парней.

— Вирх! Ты меня слышишь?

— Фас! — крикнула я с кровати.

Ну. Он и укусил — Хорта.

Птичка радостно смеялась, катаясь по простыне. Охотник, ругаясь, пытался развести сжавшиеся на его пятой точке челюсти пантеры. Я же с трудом сохраняла спокойствие, стараясь быть как можно менее заметной в этой комнате. И только Вирх просто стоял в сторонке и смотрел… на меня.

Вирха уговаривали месяц.

Он везде ходил со мной: таскал на руках, дарил цветы, подарки… даже спал со мной рядом. Правда, не раздеваясь. Все доказывал, что никто другой ему не нужен и что никому он меня не отдаст. А я все искала на непроницаемом лице Хорта хоть какие-то признаки глубокого страстного чувства. И не находила. Что буквально убивало.

А еще через три недели, когда я уже почти согласилась на помолвку с Вирхом, прибыла его сестра, заперлась с ним в комнате и три часа о чем-то говорила, наложив на дверь и стены чары тишины.

Не знаю, какие она там аргументы приводила, но в итоге Вирх вышел, привлек меня к себе, чмокнул в лоб и сказал, что будет скучать. После чего отвернулся и пошел по коридору, оставив меня стоять с широко открытыми глазами и смутным ощущением того, что меня снова бросили.

— Мурз, останешься с ней. И чтобы ни один волос… — не оборачиваясь.

— Я понял. — Пантера ощерилась клыкасто и зевнула.

Вампир кивнул и исчез за гранью открывшегося перед ним перехода.

— Я ему сказала, что ты беременна, — шепнула проходящая мимо «сестренка» и, улыбнувшись, также исчезла за гранью, растворяясь вместе с порталом.

Тяжело дышу, приходя в себя и чувствуя, как все тело бьет дрожь. Сволочи.

Поворачиваюсь к Хорту. Он, уже одетый и собранный, выходит из комнаты и, поведя плечами, идет по коридору к лестнице, ведущей на первый этаж.

Смотрю ему в спину и судорожно сжимаю кулаки, чтобы не броситься вслед. Сердце мечется в груди загнанным зверем, на глазах закипают слезы. И что-то внутри подсказывает мне — если бросят второй раз за сегодня… не выдержу.

Хочется окликнуть, побежать следом, забиться в угол…

Но стою и молчу.